Чтение онлайн

Я могу тренироваться и сам.

Полигон есть, хотя там и нужно время от времени наводить порядок. Заменять сгнившие или разрушенные элементы, калибровать подвесы, выстраивать домино. Завозить новые игрушки. Для этого придется в режиме инкогнито садиться в поезд или на самолет, лететь в Питер, затем, попутками, добираться до локации. Вероятно, с палаткой. Дожди и снега сделают своё черное дело. Когда сойдут зимние сугробы, работы будет навалом. И такие вылазки придется совершать раза четыре за год. Накладно и хлопотно. Потому что расплачиваться за билеты я буду честно и нечестно заработанной наличкой, спрятав клановый браслет в комнате. Дабы у Кротова не возникло желания за мной следить.

Вздохнув, начинаю сворачивать пожитки.

То есть — плед.

Трамбую клетчатого в рюкзак, слегка потеснив тонфы. С которыми тоже надо бы поупражняться, но это позже. Острой необходимости в открытых нелюдимых пространствах при работе с тонфами у меня нет. Сгодится что угодно — балкон, лаундж, кухня, спортплощадка. Без разницы. День или ночь — тоже пофиг.

Спускаясь по тропинке вниз, продолжаю обдумывать своё положение. В теории я могу отказаться от наследия корректировщиков и начать жизнь с чистого листа. Шанс мне предоставлен. Церковь на меня не выйдет, если я не стану забавляться с реальностью. Уверен, наш класс вычисляется по последствиям вмешательств в физический план, а не по потенциалу возможностей. А этот потенциал, кстати, может во мне проснуться и без учителя…

Прокачивать себя или нет?

Техники-то запрещенные.

К тому моменту, как я добираюсь до полуразваленной автобусной остановки, ответ намертво впечатывается в подкорку. Меня ведь не оставят в покое. Спецслужбы и те, кто вырезал боковое ответвление рода Друцких, не успокоятся. Наймут другого шиноби, более крутого и компетентного. Станут землю рыть, но докопаются до правды. И придут за мной сюда.

Я должен подготовиться к этой встрече.

Чудище протяжно ухнуло, раскрыло пасть и уставилось на меня. Поначалу я решил, что всё это дерьмо мне снится, поэтому отреагировал на появление визитера спокойно. Сами подумайте: вы просыпаетесь незадолго до рассвета и видите массивную пернатую тушу, вцепившуюся когтями в ограждение террасы. Монстр размером с шестилетнего ребенка. С крыльями и клювом. С глазами-бусинами и шарообразной головой. Сова и не сова. Не пойми что. А когда зверюга распахнула зубастую пасть, я понял, что клюв — это не клюв, а, по всей видимости, нос. Черный провал, усеянный острыми клыками, как бы намекал, что мне пора обратиться к психиатру. Таких животных просто не бывает. Ни в моей старой реальности, ни в этой, новой.

— Ух, — сказало чудовище. — Вставай, лежебока.

— Зачем? — возразил я. — Тебя нет. Сейчас я проснусь, и всё закончится.

— Не закончится, — ухмыльнулся пернатый демон. И совершил весьма любопытный трюк. Перенес массу тела на одну лапу, расправив крылья, а второй лапой потянулся к москитной сетке. Щелк — и дверной проем открыт. Лапа, как мне показалось, растянулась, словно резиновая. Такому фокусу позавидовал бы и Юрий Долгорукий. — Потому что это не сон, дружок. Тебе некуда просыпаться.

Я сел в кровати.

Скрестил ноги.

И внимательно посмотрел на чудовище. Создание пыхтело, восстанавливая равновесие на перилах. Темный силуэт был слегка подсвечен ущербной луной и четко вырисовывался на фоне звездного неба.

— Ты кто? — не выдержал я.

Игра в гляделки начала напрягать.

— Посланник.

Голос у монстра был глухим и шелестящим, словно шорох перебираемых ветром осенних листьев.

— Чей?

— Меня направили те, кто перебросил тебя в этот мир, Ярослав.

Я невольно покосился на спящего Сыроежкина.

— Он не помешает, — заверило существо.

— Ты его убил?

— Погрузил во второй сон.

— Сон внутри сна?

— Вроде того.

— А от меня чего хочешь?

— Я пришел, чтобы помочь.

Пришел…

Скорее уж — пришло.

— Ты — нечто вроде фамильяра?

— Я реальнее, чем тебе кажется, человек. Просто я умею скользить за гранями.

— Скользить за гранями, — тупо повторил я.

— Не отвлекайся. Сейчас я — посланник. Велено передать, что времени у тебя меньше, чем хотелось бы. И не только у тебя. У всех людей. Поэтому они решили ускорить твоё обучение. Указать дорогу к наставнику.

Шелестящий голос посланника сбивает с толку. Я вообще не уверен, что у этой твари есть голосовой аппарат.

— Кто они? — этот вопрос терзает меня с того дня, как я умер и воскрес. — Боги? Перун и остальные?

— Ты узнаешь, если возникнет необходимость. Теперь слушай внимательно. У корректировщиков есть свои кланы, просто их мало. И эти кланы себя не афишируют. Порой между ними случаются трения. Войны корректировщиков скрыты от обычных людей, но последствия таких конфликтов обширны. Родители Сергея Друцкого принадлежали Клану Когтей.

— Кто их убил?

— Выяснить это надлежит тебе.

— А что с наставником?

— Это изгнанник. Много лет назад он решил отойти от дел, и отец твоего отца сильно разозлился. Отступник был изгнан без права на возвращение. Ему запретили использовать свои навыки для заработка. Это ронин без меча.

— Как его найти?

— Никак. Он сам тебя найдет.

— С чего бы ему это делать?

— Ты его призовешь. И пообещаешь отменить решение деда, если изгнанник обучит тебя всему, что умеет.

— Ему это нужно?

— Они полагают, что да, — сказав это, чудовище ухнуло и, тяжело переваливаясь с лапы на лапу, сместилось левее.

В голову лезут дурацкие мысли.

Почему-то я не волновался из-за визита странной твари, но переживал, что комары налетят в комнату и следующей ночью придется с ними воевать. А еще представилось заспанное лицо Сыроежкина, узревшего спросонья моего гостя. Невольно улыбнулся.

— Как я могу с ним связаться?

— Родовое имя твоего будущего учителя — Такеши Харада. Когда его изгнали, имя ушло в небытие.