Чтение онлайн

Мы перешли через дорогу и оказались на пересечении двух расходящихся под острым углом улочек. Над нами навис треугольный дом стародавней постройки. Век девятнадцатый, вторая его половина. Три этажа, чугунные перила узких балкончиков, высокие окна. Прямо перед нами – мясная лавка. Выше – квартиры горожан. Пустые квартиры.

Знаете, эвакуированный город производит гнетущее впечатление. По улицам не ездят машины. Тротуары безлюдны. Тишина, нарушаемая разве что далеким лаем бездомного пса. И это – в самый разгар весны. Сейчас конец мая. Деревья в цвету, листья распускаются, птички поют. Мостовая еще не высохла после ночного дождя.

Ни души.

Словно идешь по питерским окраинам в пять утра.

– Что мы ищем? – спросила Арина.

– Тссс, – я приложил палец к губам. – Не шуми.

Звуковые колебания очень хорошо распространяются по иным измерениям. Представьте себе рыбаков, переговаривающихся на рассвете. Или китов в океане. Только здесь – еще выразительнее. Тварь способна услышать шорох осеннего листа под вашим ботинком за десятки километров. Видят эти чудовища гораздо хуже, а запахи воспринимают на уровне земных псов. Проблема в том, что у иномирных созданий есть и другие органы чувств, улавливающие, к примеру, геометрические сдвиги. Когда жертва находится в движении, конфигурация пространства в разных измерениях меняется. Хищники подмечают эти нюансы. Вы застываете. Думаете, спаслись? Нет. Ветер шевельнул волосы на голове, распахнул полу плаща – и вы труп.

Сворачиваю налево.

Улица изгибается, сокращая обзор. Двери и окна домов заперты – хозяева явно рассчитывали вернуться. Сами дома – как машины времени. Осколки старины, вмурованные в техногенную ткань 2031 года. Когда идешь по такой улице, ожидаешь встречи с фонарщиком или трубочистом. И невольно прислушиваешься – не раздастся ли стук копыт проезжающего мимо фаэтона. Атмосферу нарушают разве что потухшие вывески, сложенные из неоновых трубок, да остановки общественного транспорта. Кое-где в кирпичных стенах виднеются базы для подзарядки дронов.

«Сверхвосприятие» встрепенулось.

Слегка.

Не уверен, что уловил изменения правильно – надо приблизиться к объекту еще метров на триста.

– Прикрой меня.

Арина кивает.

И достает свой чудо-пистолет. Костяной, стреляющий водяными пулями. Стихия воды позволяет зарядить эти снаряды убийственной энергией. Главное – видеть цель…

На помощь бодигарда в Верейске я особо не рассчитываю. Основную работу по зачистке выполнили боевые фамильяры приказных, напичканные артефакторикой как танки. Автоботов и пилотируемых шагателей правительство тоже попыталось задействовать. Первые оказались слишком неповоротливыми, вторые не обеспечивали надлежащую защиту пилотам. Насколько мне известно, Друцкие получили заказ на доработку своих изделий. Так вот, Арину я взял с собой, чтобы обкатать в полевых условиях. Показать тварей, понаблюдать за реакцией. Всё же, первая ученица, как ни крути.

Показать тварей, ага.

Она же их еще не видит.

Убивать, что ли, поаккуратнее? Так, чтобы оставалось не голубоватое месиво, а хотя бы половина туловища? Для эксперимента нужна подходящая особь.

Вперед, на поиски.

Пока Арина меня прикрывает, я стою, прислонившись к кирпичной стене бывшей пекарни, и обшариваю прилегающие улицы «телезрением». Связываюсь с Такеши-саном, моим наставником. Всё никак не привыкну называть предка по отцовской линии новым именем.

Рэйден?

Слушаю.

Мы оба в этой реальности относимся к классу корректировщиков. Общаемся в режиме «подхвата», так что наставник видит город как своими, так и моими глазами. Точнее – внутренним взором. Рэйден Тиба – основатель Клана Когтей, притворяющийся изгнанником, отошедшим от дел. Возможно, сильнейший на Земле Абсолют. Человек, обучивший меня «чистому листу» – редкому и смертоносному умению, доступному единицам шиноби.

Ты видешь тварей?

Которых ты разделал – да.

А других?

Ощущаю. Мне кажется, есть нездоровая активность в квартале от тебя. Двигай по этой улице до следующего перекрестка и поверни направо.

Спасибо.

Если что – я на связи.

Как и в былые времена Рэйден – мой ангел-хранитель. Удаленный, но от этого не менее эффективный. Он, кстати, Сейчас в Токио сидит. Даже не в России.

Возвращаюсь в реал.

– Идем дальше.

Тварей в городе почти нет. Это чувствуется. Разведчики ползают по складкам мироздания, ищут корм, но без фанатизма.

Улица продолжает забирать влево.

Дома жмутся друг к дружке, нависают эркерами и балкончиками над мостовой, почти срастаются с кронами тополей и каштанов. Я сегодня в черной футболке и легком худи. На ногах – рваные джинсы и кроссовки. Обычный подросток, таких пруд пруди в Японии. В России на меня бы косились. Особенно в провинциальных городишках. Вот только коситься некому…

А вот и перекресток.

Ощущение опасности усиливается.

«Чутье» ясно говорит: беги! Прямо-таки взывает к моим первобытным инстинктам. Нечто быстрое мчится сквозь стены, проемы и перекрытия.

– Готовься, – приказал я.

Арина напряглась, попыталась применить «чутье» и тут же отшатнулась от потока ярости и голода. На меня хлынули страх и отвращение, перемешанные с желанием защититься. Девушка окружила себя «пузырем», один из браслетов на ее правом запястье начал светиться красным.

Старается.

Уже хорошо.

Я не стал рисковать своим бодигардом. Увидев, как с трех сторон к нам ринулись твари, собрал в кулак побольше эфира и рубанул по ближайшему существу «молотом». Хищника буквально расплющило адским давлением. Вторую тварь я срезал чакрой – так, чтобы развалить аккурат на две части. А вот третий красавец приподнес мне небольшой сюрприз. Вильнув вниз, тварь прокралась под моей чакрой, переместилась на первый этаж парикмахерской и оттуда попыталась дотянуться до моей головы. Через оконный проем.

Врешь, не возьмешь.

Чакрой отсекаю костлявую лапу с длинным когтем и бью через толстую кирпичную кладку «гневом Руевита». Тварь истошно верещит на ментальном плане и захлебывается собственной кровью. Фишка «гнева» в том, чтобы порубить зверя в капусту, используя фрактальную геометрию многомерности. Дружелюбные пространственные складки на долю секунды становятся смертельно опасными. Мясорубка – ближайший аналог этой способности.

Арина в ужасе смотрит на забрызганное слизью и внутренностями окно. Выглядит отвратительно, согласен. Что ж поделать. Профессия у нас такая…