Шрифт:
Это было в середине девяностых годов в одном из небольших уральских сёл. К этому времени село словно бы стало терять связь с внешним миром. Раньше хоть перекупщики разные ездили, с рынка торговали. А потом как-то резко всё прекратилось. И автобусные рейсы в этом же году отменили, и поликлинику закрыли. Село стало выживать само по себе.
Правда школа-девятилетка осталась, только классы были совсем небольшие по шесть-восемь человек; а на будущий учебный год девятиклассников всего-навсего насчитывалось пять человек.
Иришка с Надей тоже собирались в девятый в то лето. Они с детского сада подругами были, и поступать после школы в техникум тоже решили вместе. И как Надю родители не уговаривали уехать в район к тётке (родной материной сестре), чтобы девятый там доучиться, к экзаменам лучше подготовиться, Надя ни в какую не соглашалась:
– Без Иришки не поеду, – говорила она родителям, – а двоих нас тётя Эля не прилет. Поэтому мы здесь доучимся.
Но родители не теряли надежды уговорить дочь, благо впереди ещё целое лето до учёбы, может и получится.
Конечно, они хотели только хорошего, но… Иногда наши самые сильные желания имеют свойства, трансформировавшись, воплощаться в жизнь. Вроде и не помышляешь ничего плохого, а судьба или какая другая энергия мироздания так всё вывернет, что иногда кажется: лучше бы я ничего и не думал.
Иришкин отец работал в совхозной делянке – валил лес. Лето выдалось тогда жарким, дождей было мало, старухи в селе, охая, пророчили засуху. Поэтому вот уже недели две как в лес старались выезжать рано утром, потому что к полудню работать становилось совсем невыносимо.
В один из таких обычных, не грозящих чем-то примечательных дней Иринин отец – Илья Валентинович, как всегда очень рано с другими мужиками уехал в лес. Только или поторопили его, или просто запамятовал – забыл взять с собой воды. Вот приехали они в лес, стали работать, и тут он возьми, да и вспомни «а воды-то я с собой не набрал»; свалили они берёз с десяток уже, а он всё думает «плохо без воды, придётся просить». И то ли он задумался, то ли просто судьба такая, но как-то не успел он вовремя увернуться, и пришибло его деревом.
Ну конечно, мужики скорей его в машину, да в село. А он всё стонет, потом уже еле слышно «пить, воды пить». В село приехали, пока до «скорой» дозвонились, пока она из района ехала (а это почти час-полтора)… В общем, не спасли Иришкиного отца, так он и умер, держа жену за руку.
Конец ознакомительного фрагмента.