Конец пути

Машина стремительно неслась по ночному шоссе. Желтый свет фар вырывал из мрака асфальтовое полотно и белую полосу разметки. По обе стороны от автомобиля проносились темные стены деревьев.

Сидевшему за рулем мужчине было лет сорок с небольшим. В своем дорогом костюме он выглядел очень солидно, но ослабленный узел галстука придавал его внешности что-то романтическое, моложавое. Рядом с мужчиной сидела девушка. Она была очень молода и очень красива. Длинные темные волосы ее слегка колыхались от ветра – окно с ее стороны было опущено. В правой руке она держала дымящуюся сигарету.

Мужчина протянул руку к радиоприемнику, но девушка положила на его предплечье тонкие пальцы:

– Не надо.

– Ты не хочешь, чтобы я включил музыку? – удивился он.

– Я… хочу с тобой поговорить.

Девушка произнесла эти слова медленно, словно ей приходилось прилагать усилия, чтобы выговорить их. По лицу мужчины пробежала тень.

– Судя по тону твоего голоса, говорить ты собираешься о неприятных вещах. Может, не стоит портить вечер?

Девушка молчала, сдвинув брови и поджав губы. Расценив это как согласие, мужчина включил радио.

Девушка выбросила окурок сигареты в окно, протянула руку и выключила радио.

– Тебе придется со мной поговорить, – сказала она с нажимом.

Мужчина вздохнул.

– Что ж, если это неизбежно…

– Это неизбежно, Руслан. Я знаю, как ты не любишь такие разговоры, но… Я просто хочу знать. От этого зависит мое будущее и… будущее наших отношений. Руслан, когда ты все расскажешь жене?

Он пожал плечами:

– Не знаю.

– Ты обещал.

– Милая, я помню. Но время еще не пришло.

– А когда оно придет?

Руслан помолчал, хмуря брови. Затем проговорил веско и сухо:

– Эля, ты знаешь, что моя жена сейчас очень больна. Если я скажу, что хочу уйти, это ее убьет.

– Ее это не убьет, – возразила девушка.

Она достала из сумочки платок и аккуратно промокнула глаза. Затем покосилась на Руслана и сказала, скомкав платок в нервных пальцах:

– Руслан, почему я должна думать о ней? Я тоже хочу семью. Я тоже хочу, чтобы у меня все было в порядке. Почему я должна делить тебя с ней?

– Давай дождемся, пока она выздоровеет, а потом продолжим этот разговор.

Эля посмотрела на его строгий профиль, облизнула губы кончиком языка и сказала:

– Если ты не можешь на мне жениться, позволь мне хотя бы забеременеть и родить ребенка.

Лицо Руслана похолодело. Уголки его губ иронично дернулись.

– «Хотя бы»? Ты к этому так легко относишься?

– Не придирайся к словам. Если кто-то из нас двоих и переживает нашу ситуацию тяжело, так это я, а не ты.

Руслан вздохнул и повернулся к Эле.

– Послушай, милая…

– Руслан! – крикнула вдруг она.

Он быстро перевел взгляд на дорогу, увидел неясную тень, мелькнувшую перед машиной, резко и сильно крутанул руль вправо и вдавил педаль тормоза. «Мерседес» на полной скорости слетел с дороги, с треском пронесся через кусты и с оглушительным грохотом врезался в старую сосну.

Когда Руслан пришел в себя, он понял, что лежит на земле. В голове у него шумело, но сквозь этот шум он услышал звуки песни… или это ему только мерещилось?

Он повернул голову на звук и увидел свою машину. Мотор «Мерседеса» молчал, но из освещенного салона доносилась тихая музыка.

Руслан, кряхтя и постанывая, поднялся с земли. В голове ухал колокол, перед глазами все прыгало, во рту стоял привкус крови. Он постоял немного, борясь с головокружением и слабостью, затем потрогал пальцами разбитый лоб, отдернул пальцы и скривился от боли. Потом снова посмотрел на освещенный салон «Мерседеса» и хрипло пробормотал:

– Э… ля…

Новый приступ головокружения едва не опрокинул его на землю, но Руслан схватился рукой за ствол дерева и сумел удержаться на ногах.

Судя по всему, его выбросило из машины и оглушило. Интересно, сколько он был без сознания?

Руслан поднял руку и посмотрел на циферблат часов. Секундная стрелка не двигалась, к стеклу прилип волосок. Руслан машинально провел пальцем по стеклу, убирая его, но тут же отдернул руку и скривился от боли. «Волосок» оказался трещиной. На стекле осталась смазанная капля крови.

Руслан опустил руку и посмотрел на «Мерседес». Дверца рядом с водительским сиденьем была распахнута. Руслан, прихрамывая, подошел к машине и заглянул внутрь. Салон оказался пуст.

Руслан выпрямился и посмотрел по сторонам. В голове у него все еще гудело.

– Эля! – позвал он и закашлялся.

Кровь из разбитой губы заполнила рот. Он сплюнул и вытер губы рукавом пиджака. Снова огляделся и позвал, на этот раз уже громче:

– Эля!

Ответом ему была тишина. Борясь с тошнотой и головной болью, Руслан походил вокруг перевернутой машины, осмотрел землю. Он увидел темные пятна, но не смог понять, кровь это или бензин. В одном месте Руслану показалось, что он разглядел след от звериной лапы. Впрочем, он не был в этом уверен.

Уверен он был только в одном – Эля пропала.

Полицейские, которые допрашивали бизнесмена Руслана Андреевича Старыгина, оказались в точности такими, как их изображают в книгах, – циничные, нагловатые, с холодными, подозрительными глазами. Первый, капитан Данилов, был невысок, но хорошо сложен, с манерами дамского угодника. Второй, капитан Волохов, здоровенный, как медведь, и такой же опасный.

– Руслан Андреевич… – Голос красавчика звучал нарочито вежливо, но отчасти насмешливо, отчасти презрительно. – …Что вы можете сказать об исчезновении вашей секретарши?