Кодекс Охотника. Книга XXXIV
Шрифт:
Сейчас же я стоял перед обычным с виду Разломом настолько низкого класса, что его даже никто не собирался закрывать. Он находился на видном месте и был самого бесполезного типа. Там ничего не было, кроме несколько существ, с которыми даже ученики справляются без проблем. Но это была обманка… И я это знал, давно знал и присматривал за ним.
Мне требовалась разрядка после того, как из мира почти полностью выбросили Кодекс. После поражения Первого Охотника и своей боли… Боли от того, что я не смог быть рядом.
Будь я прошлым Сандром, я бы уже отправился туда, забив вообще на всё. Однако, когда Кодекс давал мне доступ, теряя свои позиции здесь, я ощутил его спокойствие и одобрение моим поступком. Его трансляции сложно расшифровать и они не всегда прямолинейные. Если кратко, то он сказал, что-то типа «Не предавай себя». И я всё понял.
Бросив семью здесь, я уже никогда не смогу себя простить.
— ШШШШишш-то! — кричит весело Шнырька, и тем самым выводит меня из транса.
— Ну и отлично! — улыбаюсь и достаю свою Аквилу.
Затем начинаю заряжать ее мощью и, размахнувшись, швыряю в Разлом.
Всё… Дальше даже думать не стоит, а потому бежим в этот самый Разлом. И стоило мне там оказаться, как я смог увидеть, что натворил. Клинок я бросил не просто так. Он сейчас торчал в стене, которая, на самом деле, и не была стеной, оттуда текла кровь, а всё помещение дрожало.
Тварь, которая изображала из себя пещеру, умирала, ведь я попал прямо в метку, которую нарисовал мне Шнырька. Здесь у нее был мозг, который так просто и без затей невозможно было обнаружить.
Хорошая обманка… Замаскировать такое огромное пространство маленьким.
Напрягает меня лишь тот факт, что у тварей Бездны есть подобные создания, и они явно искусственного происхождения. Ведь мы находились у нее в теле, и оно ничем не отличается от маленькой пещеры.
Подлетаю к клинку и выдергиваю его, а затем делаю несколько рассекающих ударов крест на крест. Теперь уже видно больше крови и… мяса. За камнем и прочей структурой было именно оно. Но не слышно никаких хрипов или звуков, так как тварь уже мертва, ведь без мозга она существовать не может.
— Зря ты это сделал… — услышал я голос, который звучал отовсюду.
Вот только ответить я не успел, так как обманное пространство стало разрушаться уже во все стороны, и я смог понять, где нахожусь. Это был огромный живой туннель, в одном конце которого находился выход из Разлома, а другая его часть вела куда-то очень далеко. И наверное у меня нет шанса увидеть, куда оно ведет, ведь дорогу мне сейчас преграждает целая армия.
— Теперь я понял, как вы, ублюдки, попадаете в мой мир, — усмехнулся я, срезая голову внезапно напавшего на меня жителя Колыбели.
За ним сразу последовал минотавр на трех ногах с изувеченной головой, на лице у которого не было рта. Даже страшно представить, как он питался все это время, но это уже неважно. Аквила зашла ему прямиком в череп, расколов его на две половины.
Таким образом я убил двух самых проворных, но осталось еще несколько тысяч… А может и больше, так как было плохо видно. Вот только мне наплевать на их количество. Мне нужна разрядка!
Взвинчиваю свою ауру до такой степени, что даже воздух начинает дрожать, и сила потекла в мое тело без всяких запретов. Если обычно я оставлял небольшой запас на всякий случай, то сейчас этого не сделал.
Просто разрядка… Ощутить себя живым… Доказать самому себе, что руки еще помнят…
И сжав покрепче Аквилу, я медленно пошел на всю эту толпу.
Где-то в Многомерной Вселенной
Мидас… Место битвы Мир Волдран
— Враг коварен, но мы не отступим, — доложил божеству его генерал.
— Думаешь? — хмыкнул он. — А мне кажется, что в такой ситуации это было бы логичным.
Генерал не сразу нашелся с ответом. Он был чрезвычайно умным, ведь вся его раса обладала запредельными способностями. Наверное, потому однажды почти вся и погибла. Стала слишком умной и переиграла себя. Но даже так, несмотря на весь свой разум, он не понимал ход мыслей своего покровителя — когда он шутил, а когда нет.
— Прикажете отступать? — немного подумав, задал он вопрос.
На что Мидас лишь рассмеялся.
— А ты как думаешь? — спросил он в лоб своего командующего. — На этой планете проживает всего каких-то там двадцать миллионов разумных. Они даже магией не владеют толком. Отступим?
Мидасу нравилось спорить со своим генералом и ставить его перед трудным выбором.
— Думаю, нет…
В этот раз он сумел удивить золотого бога. Ведь нередки случаи, когда он находил верный ответ, а потом понимал, что это слишком просто. Вероятно, Мидас знает то, чего не знает он, а потому нужно выбрать другой вариант, чтобы избежать ошибки.
— Правильно… Мы будем сражаться за каждого человека, кто поклоняется нам. Ведь такова суть богов… Беречь то, что делает их таковыми.
— Понял… Будет сделано!
Несмотря на то, что он не отступает, но силы противника превышали его собственные в пять раз. Он смог здесь убедиться, насколько опасный враг Костяной Скульптор и ужаснуться его крепкому терпению, даже по меркам богов.
Сколько времени он собирал эту армию? Как долго прятал её и каким образом боролся с желанием отправить армию в бой раньше времени. Мидас не верил, что здесь собраны все силы Костяного Скульптора.
Мир был даже не второсортным и бесполезным, как отдельная единица. В куче с другими мирами в этой системе девяти лунных обелисков, конечно, всё становится интереснее, но их еще надо захватить.
Генерал его золотого воинства готов был сражаться до самой своей смерти и сейчас Мидас наблюдал, как он лично отправился на поле боя, чтобы командовать своим войском, но даже так…
Костяной Скульптор не отступал. Все новые и новые порталы открывались, из которых выходило его пополнение.