Кодекс костей 4

На половину человек —

На половину я мертвец!

Таким останусь я навек,

Я будто волк среди овец!

Полна страданий жизнь моя,

Но выбор сделанный судьбой

Нет! Изменить не в силах я,

Война с самим собой!!!

— Катя? — огорошенно спросил я, разглядывая старуху.

— Катя? — рассмеялась она. — Не-ет, дорогой мой. Я та, кому ты клялся в вечной любви. И что же я вижу? Ты успел сойтись с другой? Такова, значит цена твоим словам, Верховный Некромант? Все вы, мужики одинаковые…

— Эльза мертва, — удивление прошло, сменившись раздражением. — Не знаю кто ты и почему оскверняешь её память, но ты не она. Змейка не стала бы использовать магию Тьмы.

— А вот тут ты прав, Змейка не стала бы. В отличие от Гадюки. так ведь меня прозвали в том мире. Думаешь это просто козни завистников? Так ли ты хорошо знаешь своих жён, Хребет? — саркастически заметила чернокнижница.

— Не называй меня так. — поморщился я, услышав древнее, как я сам, прозвище.

— Ну что, убедился, что я это я? Извини, обнимашек не будет, ты мне был противен ещё там, чего уж говорить про этот мир, Джозеф Ротшильд. Как жаль, что ты не сдох вместе с этим телом. Но ничего, скоро в этом мир придут Истинные Хозяева и я наконец обрету то, что так давно ищу. Счастливо оставаться! — крикнула старуха и нырнула в тень, придерживаемая сразу двумя ткачами.

В подземелье воцарилась тишина. Совсем ненадолго, правда. Хабибулина накинулась на меня с расспросами.

— Кто эта женщина? Почему она назвала тебя мужем? Что за Истинные Владыки? — и так далее. Пришлось едва ли не убежать, чтобы прекратить этот бесконечный поток вопросов. Но и это спасло меня не так уж и надолго. Девушка приноровилась к бегу и продолжила доставать меня уже на ходу. Пришлось остановиться, внимательно осмотреть в глаза спутницы и заявить.

— Если станешь женой — расскажу. От своих у меня секретов нет. А сейчас, закрыли тему.

На миг, Карина посмотрела на меня своим настоящим лицом, а не напускными масками. Впрочем, она тут же натянула одну из них — взбалмошной девицы, и полушутя ответила.

— Не если, а когда. Может и я смогу рассказать. Что-нибудь…

Вот ведь, засранка. Одной фразой так заинтриговать. Всё же в спецшколе она не просто так юбку протирала. Чему-то да научилась. Хотя, это вполне может быть её природное, просто правильно развитое. В любом случае, все откровения только после ритуала принятия в семью. С Катей, кстати, тоже надо будет провести. Доверяй, но проверяй, как говорится. Не знаю как чернокнижница получила доступ к памяти Эльзы, но кое в чём она была права — я совершенно не знал своих жён. Ни первую, ни вторую. Впрочем, они обе ведьмы, а значит не от мира сего даже по женским меркам. А тут ещё и агентша Тайной Канцелярии в Семью попасть хочет…

Нет, определённо нужно провести ритуал. Сразу с обеими. Он простой как кирпич, и такой же действенный. Приняв такое решение, я даже некоторое облегчение почувствовал. Всё же мне до конца было не ясно — это внедрение агента такое, или она в самом деле собралась за меня замуж. Магичка Света за Некроманта. Кому расскажи в том мире — обхохочутся. А тут, поди ж ты. Чуть ли не идеальная совместимость, пожри меня гниль…

Кстати, как там мой зверинец? Позвонить что-ли, спросить. Только кому? Митрофан занят своей драконидкой. Прохор зашивается в посёлке, а Олег и вовсе не мой сотрудник. Куда ни кинь, всюду клин.

Поэтому, первым делом я набрал Катю. Жена ответила практически сразу — будто бы телефон в руке держала.

— Да, дорогой, случилось что?

— Случилось. Чернокнижница с памятью моей бывшей.

— Какой такой бывшей?

— Эльзы.

— Но… Ты же говорил, что она погибла. Она, что, выглядела так ж как я?

— Нет, это была старуха совсем на тебя не похожая. И она маг Тьмы.

— Вот оно что… Так вот о чём меня пытался предупредить Дар. Нам ни в коем случае нельзя встречаться.

— Почему?

— Не знаю, но может случиться что-то нехорошее.

— Ладно, постараюсь этого не допустить. Ты скажи мне, как там дела идут?

— О. Всё в лучшем виде. Наши прокладки завоевали рынок, фабрика едва успевает за растущим спросом.

— Может пора расширять производство?

— Пожалуй да. Место на площадке есть, можно ещё пару цехов поставить.

— А…

— Растёт наш мальчуган. Скоро толкаться начнёт. Ты только не пропадай на пару лет. Хотелось бы, чтобы ты вернулся до родов, а не после.

— Хех, постараюсь. Люблю тебя.

— И я тебя.

После разговора я пришёл в совсем уж благодушное настроение. Его подкрепила новость о том, что странные исчезновения прекратились. Кем бы ни была та чернокнижница, своих тварей она забрала с собой. Как, впрочем, и жертв. Увы, как-либо повлиять на дальнейшую судьбу этих людей я не смог.

Через пару дней я решил, что достаточно проинспектировал предприятие. Заодно оставил пару умертвий для работы в бескислородных камерах. Работа там была максимально простой, так что особо умных скелетонов делать не пришлось. Помимо облегчения труда людей, я преследовал и другую цель — как правильно заметили работяги, я могу заменить их нежитью. Большую часть из них. Так что пусть видят неживой пример перед собой.

Хабибулина тоже завершила свою миссию, нагло заявив мне прямо перед отлётом в Москву, что едет со мной. Я только философски пожал плечами. Ну раз хочет попутешествовать возле меня ещё немного, то пусть. Ей же хуже, в конце концов. Не одна она умеет притворяться, я вот, тоже могу быть старым, вредным, выжившим из ума некромантом. Хотя, почему притворяться — я такой и есть. Пусть вас не смущает мой относительно юный внешний вид — я старый маразматик и частенько страдаю склерозом. Этот мальчишка, что записывает под мою диктовку, всё равно всё переврёт в угоду, как он сказал — зрелищности, так что я тоже волен немного пофантазировать, хе-хе-кхе, пожри меня гниль, как достала эта проклятая подагра!

В общем, поиздевался я над девицей от души. В основном своим брюзжанием по поводу и без. Нелепыми просьбами, впрочем, её не изводил. Как и не требовал лишнего внимания к своей персоне. Она сама его излишне проявляла, иногда меняя стиль поведения от тихой и покладистой до громкой и истеричной. Но я был кремень — гнул свою линию до конца и позволил себе выдохнуть только когда мы наконец добрались до Петербурга. Здесь она наконец соизволила покинуть моё общество и отправилась… Куда-то. Просто попрощалась на вокзале и смешалась с толпой. Может продолжила следить удалённо, а может и отправилась отчитываться о проделанной работе. Мне было всё-равно. Я устал, морально, и очень хотел домой. Настолько сильно, что непроизвольно призвал одного из своих миньонов. А именно — Гошу.