Клиент
Шрифт:
У трейлера Биббса собралась небольшая толпа. Люди вознесли молитву Богу за то, что огонь не распространился.
Бедная миссис Свей и ее дети! Какая еще беда может с ними приключиться?
Глава 20
Мамаша Лав покормила их булочками с корицей и шоколадным молоком, и они поехали в больницу. Было полвосьмого, слишком рано для Реджи, но их ждала Дайанна. Рикки чувствовал себя значительно лучше.
– Как вы думаете, сегодня что будет? – спросил Марк. Его вопрос почему-то позабавил Реджи.
– Бедный ты ребенок, – сказала она, засмеявшись. – Тебе за эту неделю досталось.
– Ага. Я школу не терплю, и все равно хотелось бы вернуться. Я вчера сон видел.
– Какой?
– Да так. Как будто все нормально, и за весь день со мной ничего не случилось. Здорово.
– Что ж, Марк, боюсь, у меня плохие новости.
– Я так и знал. А что?
– Несколько минут назад звонил Клинт. Мы опять попали на первую полосу. Ты и я. Видно, нас один из этих клоунов в больнице сфотографировал, когда мы шли к лифту.
– Ну и ну!
– Это все Слик Мюллер – репортер из “Мемфис пресс”. Все называют его Молью. Моль Мюллер. Он занимается уголовщиной, довольно популярен в городе. Он сильно заинтересовался этим делом.
– Он уже вчера написал статью.
– Верно. У него хорошие отношения с полицией. Он пишет, будто полицейские уверены, что мистер Клиффорд все тебе рассказал, перед тем как застрелиться. А ты отказываешься сотрудничать.
– Близко к истине, правда?
– Да. Довольно неприятно. – Она взглянула в зеркальце заднего обзора.
– Откуда он все узнал?
– Полицейские ему рассказали. Разумеется, неофициально. Ну, он копал и копал, собрал все вместе, и получилась картинка. А если что-то не вязалось, Слик сам заполнял пробелы. Как говорит Клинт, статья имеет ссылки на неназванные источники в полицейском управлении Мемфиса, и там есть намеки, что ты знаешь много больше, чем говоришь. Они исходят из того, что, раз ты нанял меня, тебе есть что скрывать.
– Давайте остановимся и купим газету.
– Возьмем в больнице. Мы уже через минуту приедем.
– Вы думаете, там опять ждут репортеры?
– Возможно. Я просила Клинта найти какой-нибудь черный ход и ждать нас на стоянке.
– Меня от всего этого тошнит. По-настоящему тошнит. Все мои приятели сегодня в школе, им весело, все нормально, на переменках дерутся с девчонками, подшучивают над учителями, ну, знаете, как обычно. А я что? Бегаю по городу с адвокатом, читаю о своих приключениях в газетах, разглядываю свою физиономию на первой полосе, прячусь от репортеров, убегаю от убийц с ножами. Прямо как в кино. В плохом кино. Меня тошнит от всего. Не знаю, сколько я еще смогу выдержать. Сыт по горло.
Она наблюдала за ним, изредка отрывая взгляд от дороги. Он крепко сжал челюсти, глядя прямо перед собой, но, похоже, ничего не видел.
– Мне очень жаль, Марк.
– Угу, мне тоже. Наяву все совсем не так, как во сне, да?
– Возможно, у нас будет нелегкий день.
– Что же тут нового? Они вчера следили за домом, вы об этом знаете?
– Что ты сказал?
– Да, кто-то следил за домом. Я выходил на террасу в полтретьего ночи и видел мужика, прохаживающегося по тротуару. Как будто гулял, сигарету курил, на дом поглядывал.
– Может, сосед?
– Ну конечно. В полтретьего.
– Возможно, кто-то вышел прогуляться.
– Тогда почему он прошел мимо дома три раза за пятнадцать минут?
Она взглянула на него и резко нажала на тормоза, чтобы не столкнуться с едущей впереди машиной.
– Ты мне доверяешь, Марк?
– Конечно, я доверяю вам, Реджи. – Он взглянул на нее с таким видом, как будто ее вопрос удивил его.
– Тогда держись за меня. – Она улыбнулась и похлопала его по руке.
* * *
Когда они приехали, Клинт уже полчаса бегал по больнице без всякого успеха и умудрился трижды заблудиться. Когда они встретились на стоянке, он был весь в поту и сразу же начал извиняться за неудачу.
– Пошли, – сказал Марк. Они пересекли улицу и нырнули в дверь, над которой было написано: “Запасной выход”. Проталкиваясь через толпу спешащих в разные стороны людей, они прошли к древнему эскалатору, ведущему вниз.
– Надеюсь, ты знаешь, куда нас ведешь, – сказала явно сомневающаяся Реджи, вприпрыжку еле поспевавшая за ним. Клинт вспотел еще больше.
– Нет проблем, – ответил Марк, открывая дверь, ведущую на кухню.
– Но мы ведь на кухне, Марк, – заметила Реджи, оглядываясь вокруг.
– Спокойно. Ведите себя так, как будто так и надо.
Он нажал кнопку служебного лифта, и двери тут же открылись. Лифт пошел наверх.
– В главном корпусе восемнадцать этажей, но этот лифт едет только до десятого. На девятом он не остановится. Смотрите сами. – Он следил за цифрами над дверью, разъясняя им все с видом экскурсовода.
– А что на десятом? – спросил тяжело дышащий Клинт.
– Потерпите.
На десятом этаже лифт остановился, и они попали в огромную кладовку, где хранились полотенца и простыни. Марк тут же устремился вперед, лавируя между полками. Затем открыл тяжелую металлическую дверь, и они неожиданно оказались в больничном коридоре. Он двинулся влево и остановился перед запасным выходом, на дверях которого были красным и желтым написаны грозные предупреждения. Марк ухватился за железный рычаг посредине двери, а Реджи и Клинт замерли.
Он открыл дверь, но ничего не произошло.