Кенди
Шрифт:
Небольшой оркестр заиграл чарующий вальс, приглашая гостей к танцам.
– Это "Вальс цветов" Чайковского - произнес Альберт, вслушиваясь в звуки прекрасной музыки.
– Я надеюсь, вы подарите мне этот танец, мадемуазель?
– галантно осведомился он у Кенди.
– Конечно!
– подарив ослепительную улыбку, ответила та, и, опершись на предложенную руку, направилась в сопровождении Альберта в центр зала, где уже кружились пары.
– Скажите мне, мистер Альберт, почему все так странно смотрят на нас? поинтересовалась Кенди, вновь ловя на себе чужие взгляды: "Почему они так удивились увидев на мне эти бриллианты? Разве у семьи Эндри нет более красивых и дорогих драгоценностей?"
Из всех драгоценностей нашей семьи, эти надевались реже всего - сказал Альберт, оборачиваясь к ней.
– Значит все думали, что эти бриллианты были потеряны! Это все объясняет!
– облегченно вздохнула Кенди, которую уже начало раздражать пристальное внимание окружающих.
– Нет, ты не права - спокойно заметил он.
Кенди внимательно взглянула на него, едва заметная морщинка скользнула по ее лбу, в искрящихся зеленых глазах застыл вопрос, полные чувственные губы слегка приоткрылись, и прежде чем он осознал, что делает, его губы коснулся их легким, нежным поцелуем. Альберт почувствовал, как дрожь пробежала по телу Кенди, он был уверен, что сейчас она оттолкнет его, но вместо этого Кенди закрыла глаза, и ответила на его поцелуй.
Он не ожидал такой реакции, его губы стали требовательнее, одна рука обвила ее тонкую талию, привлекая к себе, пока вторая, осторожно скользнув по золотистым локонам на ее затылке, начала ласкать шею. От этих прикосновений тело Кенди вновь пронзила дрожь, и, подчиняясь инстинктам, она прильнула к нему, впитывая в себя новые ощущения. Почувствовав ответ ее тела, Альберта сильнее прижал ее к себе, желая не отпускать никогда, и до сих пор не веря, что все происходящее это не сон, терзавший его столько ночей.
Им показалось, что их поцелуй длился лишь мгновение, когда Альберт, оторвавшись от мучительно сладких губ Кенди, тихо прошептал ей на ухо: "Будь моей принцессой с холма, носи эти бриллианты, как носила их моя мать. Будь моей".
– Я всегда буду твоей - едва дыша, произнесла Кенди, понимая, наконец, что значат эти драгоценности: "Я буду твоей принцессой, а ты навсегда останешься моим принцем".
Они стояли, обнявшись, посреди бальной залы дома Вудлоков, совершенно не замечая никого вокруг, словно время остановилось, и во всем мире были только они двое.
Конец.