Чтение онлайн

А вот город, стоявший слева, практически ничем не отличался от обычных земных городов. Обнесен четырехугольной крепостной стеной с широкими, в добрые десять метров, проходами по верху, плюс четыре башни по углам. Одни крепкие металлические ворота с решетками, глубокий ров, в котором что-то подозрительно громко плещется, и куча стражников на стенах, бдительно устремивших свои взоры в синее небо этого мира. На башнях расположены большие отражатели с лампами неизвестного назначения, нацеленные примерно туда же, куда и взоры стражников. Отряды валькирий, бороздящих пространство над городом – те трое были из их числа, – и возвышающийся над остальными постройками дворец управделами города либо страны.

Осторожность и рассказанное Ягой (кстати, а у нее метла стреляет молниями?) не позволили Кащею с ходу подлететь к воротам и представиться ко двору. Колдуны издревле отличались повышенной мнительностью и склонностью подозревать всякого в тайных умыслах. Кащею подумалось, что разрушенный город, наверное, потому и разрушен, что попался под руку особо мнительному в этом плане колдуну, и, вероятно, не одному.

Кащей спрятался за высоким дубом, достал подзорную трубу и нацелился на городские стены. Стражи ходят – словно против города весь мир ополчился. Вооружения -до зубов и ногтей. За пределами крепостной стены возвышалась одинокая башенка, не то чтобы очень большая – по сравнению со зданиями разрушенного города вообще лилипут, но, в общем-то, не низкая. Стражи на ней не было видно, зато в окно на самом верху выглядывал телескоп.

Стража внезапно переполошилась, валькирии выстроились в колонну. Кто-то показывал руками в небо, кто-то натягивал лук, кто-то готовился метнуть копье. И стрелы, и копья были металлическими. Чуть позже стало ясно, почему. В небе появился гигантский крокодил метров в пятьдесят длиной, с четырьмя крыльями, восемью лапами и острейшими зубами в шесть рядов. Вынырнув из гряды облаков, он спикировал на город, посылая впереди себя струи огня.

– Однако, – пробормотал Кащей. При такой скорости передвижения огонь быстрее опалит самого крокодила, чем городские стены.

Главный среди стражников взмахнул рукой, и в небо взлетела туча стрел. Довершила дело сгенерированная общими усилиями воздушных наездниц гипермолния. Крокодил покрылся металлическими колючками, по ним шарахнуло молнией, монстра тряхнуло мегаваттами энергии, он выдал прощальную огненную струю и замертво рухнул перед воротами.

Стражники шустро сбежали со стен, но вовсе не для того, чтобы подбежать к поверженному чудищу. За какие-нибудь десять секунд стены опустели начисто. Маленькая струйка дыма вырывалась из раскрытой пасти, крокодил уверенно надувался, пока не округлился и не взорвался облаком огня и черного дыма, поднявшегося до облаков: неизрасходованное топливо требовало выхода. Земля содрогнулась так. что дуб покачнуло. Стены, ров и поляна покрылись горящей липкой жидкостью вроде смолы, медленно растекавшейся по поверхности. Крокодил исчез за стеной огня, а когда пожар утих, от него почти ничего не осталось.

На стену взошел человек в фиолетовом плаще с накинутым на голову капюшоном. Он вытянул перед собой руки, пошевелил пальцами.

– Никак, пальчики замерзли? – презрительно буркнул Кащей. – Это летом-то?

Человек развел руки, поднял вверх и резко опустил. Остатки огня сдуло в сторону, и пламя погасло. Кащей вгляделся в подзорную трубу – колдунов надо знать в лицо.

Колдун шептал неразличимые слова, и почерневшая, обуглившаяся и просто сгоревшая трава выросла вновь, приобрела свой прежний цвет, остатки крокодила ушли под землю, металлические стрелы караваном птиц взлетели над землей и одна за другой улеглись в одну кучку у его ног. Стена очистилась, вода во рву тоже, и место падения крокодила больше ничем не выделялось.

Со стражей все ясно. Не кусает, не лает, стреляет, убивает. Тем более стоит быть особенно осторожным. Теперь известно, как здесь обстоит дело с колдовством, ведь появление атакующего крокодила-мутанта ничем иным объяснить невозможно.

Прослеживаются аналогии с Причудливым лесом и его таинственными обитателями. Похоже, они действительно остались с той поры, когда колдуны пытались поработить Землю, но ничего у них не вышло из-за отсутствия там людей. Колдуны-захватчики, по словам Яги, до неприличия обожают захватывать города с хорошо развитой инфраструктурой. Оно и верно: что толку править неграмотными крестьянами, когда нет ни грамма золота, ни привычки к дворцовым подковерным играм? Скукотища с большой буквы. Но на память о себе они оставили приличный подарочек в виде Причудливого леса. Симпатичный подарок. На века.

Надо бы их отблагодарить за это. По-свойски. Но сначала найти беглецов.

– И лучше для всех будет, если они останутся в добром здравии, – мрачно сказал он. – Иначе вам никакие заклинания не помогут.

Решив, что заброшенный город будет самым удобным местом для обустройства лагеря, Кащей направился туда на бреющем полете, посматривая в сторону обитаемого города. Он не сомневался, что его рано или поздно обнаружат.

И все же пропустил этот момент. Изломанная молния внезапно шарахнула метрах в двадцати от него, уткнувшись в траву чуть впереди. Фонтан земли вознесся в небо на добрую сотню метров, от грохота заложило уши. Ковер-самолет увильнул в сторону, вторая молния ударила позади, и снова землю выбросило высоко вверх. Кащей лег ничком, уменьшая сопротивление воздуха, ковер прибавил скорость. Молнии посыпались одна за другой, ковер петлял, как сумасшедший, уворачиваясь от ударов и комьев земли. Позади было темным-темно от земляных фонтанов.

«Крокодила они так не встречали! – удивленно подумал Кащей. – Мне-то за что такая честь? Я еще ничего не сделал».

Валькирии потеряли его из виду, слишком увлекшись стрельбой и устроив самим себе непроглядную тьму. Кащей, тихо посмеиваясь, влетел в заброшенный город. Мимо проносились ряды искривленных фонарных столбов. Совершенно другого вида, не такие, как в земных городах, они больше напоминали электрические светильники в его замке. Это интриговало.

Сзади пронзительно засвистели, и из облака пыли и грязи вылетели изрядно перепачкавшиеся валькирии. Гневные гримасы не добавляли красоты их чумазым лицам. Первая же молния запуталась между столбами. Единственная чудом сохранившаяся лампочка вспыхнула и взорвалась искорками. Кащей завернул за угол и попал на широкую многополосную дорогу. Некогда белые разделители изрядно поблекли и покрылись толстым слоем грязи, но местами все же проглядывали в вымытых дождями прогалинах. Четырехколесные машины в беспорядке валялись тут и там, помятые, перевернутые, разбитые, испещренные многочисленными дырочками.

Валькирии клином завернули следом за Кащеем и одновременно открыли огонь. Машин! разметало на атомы каскадами искр, а избежавшие опадания со скрипом завертелись от ударной волны, сплавляясь, переворачиваясь и тараня стены небоскребов. Дорожное покрытие успешно противостояло силе молний, видимо, строилось когда-то с рассветом на подобные события, но местами вздымалось юрками и шло сетью трещин.

Кащей заметил широкую дыру в высотном здании, нырнул внутрь и, петляя по коридорам, стал подниматься наверх. Валькирии с шумом пролетели мимо. Но быстро вернулись, окружили здание и устроили такую пальбу, что небоскреб зашатался и тревожно затрещал. Кащей несся по спиральным лестничным пролетам, а все вокруг приходило в движение и рассыпалось, трескалось и поднимало в воздух плотные клубы пыли. Над головой проскочила толстенная металлическая балка, он чудом успел пригнуться, чтобы не получить по лбу.

– Пыль мы уже проходили! – заметил Кащей, тараня истлевшую дверь на последнем этаже и вылетая на некогда крытую стеклом крышу. Высохшие растения, наполненный осколками сухой бассейн и чудный вид на соседний небоскреб.

Старое здание задрожало, с жалобным звоном полопались толстые стальные опоры, небоскреб просел, выплюнув у основания осколки некогда высокопрочного бетона, и величественно повалился на бок. Валькирии с визгом рассыпались в разные стороны.

– Да что ж такого обо мне наговорили, если они устроили столь незабываемую встречу? – удивился Кащей. когда разбитые рамы вокруг него нырнули вниз, небоскреб повалился на соседний, а тот столкнул следующий и так далее. Загрохотало, задрожала земля, семнадцать многоэтажек превратились в кучи строительного мусора. С устоявших зданий сорвалась своя порция пыли и грязи, и вскоре весь город превратился в одно большое серое пятно.