Чтение онлайн

— Николай, — индийский король привлек внимание своего русского «коллеги» по опасному бизнесу, — надеюсь, ты не обижаешься на меня за… это досадное недоразумение? Сын все-таки…

— Гулаб, я тебя как отец прекрасно понимаю! — расплылся в улыбке мой царственный дед. — Какие могут быть обиды между нами? Лучше давай вернемся на яхту и закрепим взаимопонимание коньяком?

— Иду. Только сына надо забрать…

Ранбар на яхту идти отказался и заявил, что будет судьей у Прохора и Акихито.

— В твоем-то состоянии? — хмурился король. — Не говори глупостей, калека!

— Меня Ваня подлечит, — кивнул принц в сторону Кузьмина. — Ваня, ты же поможешь старому боевому товарищу?

— Конечно, ваше высочество! — поклонился тот.

Король Индии повернулся к колдуну всем телом и совершенно обыденным тоном попросил того:

— Ваня, дорогой, ты сильно моего сына не лечи — пусть у Ранбара с болью сегодня ночью вся придурь из головы выветривается!

Кузьмин понятливо кивнул:

— Сделаю, ваше величество!

Гулаб же решил пойти еще дальше и обратился к корабельному врачу, покосившись при этом на моего деда:

— Уважаемый доктор, скажите, рану на плече моего сына зашивать надо?

— Безусловно, ваше величество, — поклонился тот и тоже покосился на императора. — Осмелюсь доложить, ваше величество, мой опыт в подобных делах и специально оборудованный медицинский кабинет на яхте позволяют сделать это на высочайшем профессиональном уровне! Готов выполнить все необходимые манипуляции и дальше наблюдать состояние его…

Доктор был остановлен властным жестом короля:

— Спасибо! Я нисколько не сомневаюсь в вашем профессионализме, особенно учитывая тот факт, что вы попали на службу именно на эту непростую яхту. И чтобы не ставить вас в неудобное положение, с вашего позволения, уважаемый доктор, обращусь к вашему государю. — Гулаб повернулся к моему царственному деду: — Николай, дружище, рискую остаться твоим должником до конца жизни, но не мог бы ты попросить уважаемого доктора нарушить клятву Гиппократа и зашить руку моего сына без местного наркоза?

Ранбар, который все прекрасно слышал, фыркнул, горделиво выпрямил спину и отвернулся, мой же дед просто хмыкнул:

— Гулаб, как я тебя понимаю! У самого иногда кулаки очень чешутся, а порой и идут в ход. — «Добрый» дедушка глянул в мою сторону: — Да, Алексей?

— Да, государь… — кивнул я, демонстративно потирая грудь.

— Что же касается твоей просьбы, дружище, — продолжил дед, — то как раз сегодня на яхте объявлены учения, максимально приближенные к боевым. Задача для медицинской части экипажа — отработка проведения неотложных операций в полевых условиях при полном отсутствии обезболивающих препаратов. — Император с улыбкой смотрел на врача. — Господин доктор, задача понятна?

— Так точно, ваше императорское величество! — вытянулся тот и щелкнул каблуками.

Пока довольные собой величества в сторонке восхищались «коварством» друг друга, мой отец решил поддержать индийского принца:

— Ранбар, у доктора вместо обезболивающего для тебя всяко найдется грамм двести-триста чистейшего и очень вкусного медицинского спирта! Да и Ванюше никто не запрещал…

— Государь выразил свою волю вполне однозначно, — хмыкнул принц и подмигнул своему сыну Джаю. — Ничего страшного, Саша, потерплю.

— Как знаешь… — кивнул родитель.

Вскоре все, кроме Прохора, Акихито, прихрамывающего Ранбара и корабельного доктора, вновь оказались на яхте, где князь Гримальди уже вовсю выполнял роль букмекерской конторы.

— Царевич, давай по старой схеме, — снова подзуживал меня Кузьмин на ставку. — Самурай нашему Зверю точно не соперник. Можешь даже больше, чем в прошлый раз, поставить, потому как выхлоп будет явно гораздо меньше.

Ваня был абсолютно прав — царственные особы и наследники оценили поражение Ранбара, прикинули шансы Акихито и учли антропометрические данные Прохора, который был выше японского принца на голову и, самое главное, имел большую длину рук. Одним словом, предпочтения благородной публики были в основном на стороне господина Белобородова.

— Бой!..

Очередная «дуэль» кардинально отличалась от предыдущей по стилю — если японский принц полностью придерживался более традиционного для своей родины кэндзюцу с его размашистыми рубящими «от плеча» ударами, то вот Прохор, тоже державший свою катану двумя руками, показывал смесь кэндзюцу с традиционными европейскими техниками, виртуозно отвечая на все атаки Акихито контратаками, состоящими из коротких кистевых уколов и резов. Уже через пару минут после начала поединка рукава рубашки японского принца покрылись кровавыми пятнами от этих самых уколов и резов, но пострадал и воспитатель, не успев сместиться в сторону от «падающей» катаны японца. Прохор получил легкое ранение левой ноги, но, несмотря на повреждения, оба отказались остановить «дуэль» и воспользоваться профессиональными услугами доктора.

Конец бою положила очередная хитрая контратака воспитателя из, казалось бы, проигрышного положения, и катана Прохора со свистом прочертила на груди Акихито длинную кровавую полосу. Надо отдать должное японскому принцу — он не стал хвататься за грудь, с пренебрежением, написанном на лице, отмахнулся от подскочивших Ранбара и доктора, а потом поклонился Прохору, признав тем самым свое поражение. После ответного поклона «противные стороны» пожали руки и стали обмениваться впечатлениями от недавнего боя под одобрительные выкрики с яхты.

А дальше события пошли по совершенно непредсказуемому сценарию — на пристань со «Звезды» стали прыгать наследники практически всех правящих родов, поздравлять господина Белобородова с двумя такими убедительными победами и буквально требовать от него оказать честь, «сразившись» с каждым из них.

Кузьмин, смотревший на происходящее внизу с легкой усмешкой, не удержался от комментария:

— Я бы тоже на месте принцев начал сильно переживать, что останусь сегодня без колотой или резаной раны на самом видном месте! А Петрович молодец — чутко уловил, что именно требуется собравшейся взыскательной публике. Вот увидишь, царевич, щас принцы, как малые дети, ваши катаны друг у друга начнут отбирать…