Исповедник
Шрифт:
— Это только наша работа… — заикнулся самый молодой из ликвидаторов.
— Вот и делайте её в другом месте, мусорщики.
Вдруг во дворик церкви забежало много людей. Священник с удивлением узнал всех тех, кто вчера был с ним на дне рождения Магди. Да и она сама стояла в первом ряду, сжимая руку Влада. Не было только Эда.
Ликвидатор с узким подбородком испуганно прошептал:
— Совсем тут с ума посходили! За железяку биться… Вам всем надо к психиатру!
Марк сделал шаг к нему и процедил сквозь зубы:
— Это наш священник. Он часть нашей жизни, он часть нашей семьи… Пошли вон!
Главный ликвидатор холодно заявил:
— Советую вам вернуться домой! Этот робот уже отработал своё. И так пора было его утилизировать — их срок эксплуатации не должен превышать тридцать лет. Так ещё и поступила жалоба!
Петер прицелился ему в голову:
— Если ты не уберёшься, мусорщик, утилизировать будут тебя!
— Тогда я вынужден вызвать полицию!
Святой отец вышел вперёд и встал перед Петером:
— Петер, вспомни, что говорится в Евангелии… "Возврати свой меч на место, ибо все те, кто возьмёт меч, от меча погибнут". Прошу тебя, убери оружие!
— Да, падре, — склонил голову Петер, пряча пистолет. — Но они же хотят вас убить!
— Значит, пришло моё время. Всё в руках Господа нашего… Разве не так я вас учил?
— Вы правы, падре. Простите меня…
— То, что сделано из любви, не требует прощения, — печально улыбнулся священник.
И смело подошёл к ликвидаторам:
— Вы за мной? Тогда вот он я!
Магди подбежала к нему и поцеловала руку.
— Отче, как же так… — она заплакала.
Когда священник садился в кузов фургона, молодой ликвидатор робко подал ему руку.
Бесконечная лента конвейера скользила по огромному цеху. Священнику очень хотелось увидеть небо. В последний раз… Но сталь и бетон надёжно оградили святого отца от облаков и пронзительной весенней синевы.
Он никого не винил. Он знал, что рано или поздно так и будет. Но как же трудно, оказывается, смиренно идти на смерть…
Нет, не на утилизацию. С-контур сделал его слишком человечным…
На смерть.
И прежде чем стальная плита пресса безжалостно смяла его, он успел промолвить:
— Господи, прости им…
05.03.2010