Исход
Шрифт:
Гном знал, что в таком случае старик творил заклинание на чистой Силе, используя в качестве связующих звеньев земные ауры. И если пройти такой блок можно было изнутри достаточно просто, то вот для того, чтобы вернуться – желающему придется приложить немалые усилия. Как минимум для этого надо быть имперцем. Потому что ловушка – в зависимости от того: кто ты, какова твоя аура и возможности – самостоятельно подбирала удар, который следует нанести. Пройти через такой барьер было очень и очень сложно.
Тунда отвел взгляд от трупа чародея. Вот так разбрасываться своими кадрами, устраивать непонятные погони, когда зеленые норовят прорвать границу? К чему имперцы затеяли все это?
Неожиданно гнома посетила мысль…
Что, если хумансы, видя, что у его отряда есть иммунитет ко всей этой Черной смерти – или, как там у них называется эта зараза – решили с их помощью раскрыть секрет Чумы? Эта попытка начать переговоры, преследования…
Ведь такое вполне могло случиться, что хумансы, загнанные безысходностью, не знают, как справиться с напастью…
Гном отошел от мертвого магика. Сейчас это, впрочем, и не важно. Следовало двигаться дальше, туда, где находилась его цель. Хумансы могли умирать тысячами и десятками тысяч, Тунду это волновало меньше всего. А вот, что реально беспокоило гнома, так это неизвестность. Насколько они отстают от своего графика, и что ждет впереди…
По большому счету, до скального массива Ящеров, что начинался северо-восточней Фларлана и отделял западный Ториан от восточного, с его огромными просторами пустыни Ашкахар, остался один переход. И, пожалуй, никто не мог знать, какой сюрприз мог преподнести Тунде тот, кто охранял…
АРТЕФАКТ.
Ну, а в том, что этот самый артефакт просто не может не иметь хранителя – гном был просто уверен. Иначе советники не платили бы ему такие бешеные суммы золотом и самоцветами за прогулку на свежем воздухе да еще в сопровождении лучших своих бойцов.
– Надо валить, – протянул Тунда. – Не знаю, когда мы будем у Рубиновой скалы, но не хочется попусту терять время.
Тунда капнул каждому бойцу по несколько капель зелья Неутомимости, чтобы исключить всякие остановки в пути. Никто не стал возражать, и отряд двинулся дальше.
Предстоял последний и самый утомительный бросок к месту, где находилась цель их похода. Позади остались имперцы, жабоподобные твари и границы Торианской империи, встретившие их отчаянной борьбой с Черной смертью, не знавшей пощады и уносившей жизни всех и вся.
Глава 8
Дворец Тамалия остался далеко позади, чары Исчезновения сработали исправно.
Сорах из последних сил шагал где-то посреди Местальэ, внимательно осматриваясь по сторонам, прислушиваясь к каждому звуку и остерегаясь любой тени в кустах или на деревьях.
От своих друзей-шпионов магу не раз приходилось слышать, что Местальэ настолько огромен, что если идти через лес напрямик, то его можно пересечь в лучшем случае за две, а то и три недели.
Сорах не мог понять и главного: куда он, собственно, идет? Кроны деревьев надежно прятали солнечные лучи, образуя в лесу некую сплошную тень и прохладу, поэтому разглядеть светило за огромными ветками дубов-исполинов было практически невозможно. Ориентироваться с помощью магии сейчас равнялось самоубийству. Сорах не знал, есть ли кто-нибудь у него на хвосте, а рисковать своим достаточно шатким положением совсем не хотелось. Определить же место, где ты находишься, другими методами в Местальэ было просто невозможно из-за перемешавшихся потоков Сил Короны Мрака и леса, изменивших само природное притяжение.
Но Сорах четко понимал и другое: куда бы он ни шел сейчас – любой путь должен был вывести его на окраину священного леса. Местальэ, каким бы большим он не казался, все же имел начало и конец. И из него рано или поздно можно выйти.
Ужасно кружилась голова, и мага порой уводило в сторону, но осадок, оставшийся от услышанного разговора, невольным свидетелем которого он стал, жег душу.
Сорах готов был отдать все свое небольшое состояние из потрепанного посоха с камнем вибрации Силы и амулета самоисцеления, оставшееся в башне гильдии Пространства, лишь бы забыть то, что он услышал недавно.
Может быть блокировка сознания, обычно налагаемая на шпионов магистрами гильдии в таких случаях, не сработала и виной тому была, опять-таки, та самая брешь в пространстве магических Торсионных полей, пробитая Короной Мрака с ее невероятной мощью. Но если исходить из того, что магистры и сам Некреус были знакомы с Силой и возможностями Тиаро Менториум, было ли такое возможным? Чтобы исключить случайности, необходимо было срочно связаться с башней, но есть ли уверенность, что его магию не выследят эльфы?
«Да уж, Сорах, натворил ты дел», – подумал маг.
С другой стороны, была ли в чем-либо хоть толика его вины? Он последовательно выполнял задание, данное ему верховным магистром, строго следуя уровневой системе. Неужели мог произойти сбой, и он теперь знал больше, чем следует? В таком случае возникала необходимость чистки памяти специальными заклинаниями или же…
О том, что могло произойти с его сознанием, если магистры в башне посчитают, что риск утечки информации слишком велик – думать не хотелось. В таком случае нельзя было рассчитывать даже на смерть. Ведь если он просто умрет – останется простор для некромантии, где из трупа, словно из покорного слуги, маги смогут вытащить всю нужную информацию против его воли. Или же…
В голове мелькнула догадка. Может быть таков следующий уровень? На что только не способны магистры, ведь через него – Сораха – впитавшего в себя Силу Короны Мрака, познавшего ее, можно выведать много нового об эльфийском артефакте.
В таком случае, почему лесные жители так просто дали ему уйти? Правда, не совсем просто…
Сорах растер бок, превратившийся в один сплошной синий отпечаток. Синяк напоминал разросшееся на половину тела родимое пятно. Нужно же было так неудачно приземлиться во время прыжка, а теперь неизвестно, когда в следующий раз удастся применить нужное заклинание. Все же светлые могли пустить за ним слежку, а чары Исчезновения начинали иссякать.