Исход
Шрифт:
Гном поморщился. Не хотелось бы еще одной неприятной встречи. Он не столько переживал за себя и своих бойцов, сколько боялся остаться в пути без лошадей. Где в такой глуши можно было найти хоть какую-никакую пару гнедых? Не идти же в хумансовую деревню через заставы, через магиков, через тех же пехотинцев с арбалетчиками или того хуже – кавалерию, чтобы покупать их там. И все ради того, чтобы купить исхудалую клячу, точнее, забрать ее силой, потому что в этих землях вряд ли что-то продадут. Во время Черной смерти золото стало ничем не лучше обычных медяков на северо-востоке Торианской Империи.
А отсюда все же следовало убираться, да поскорей. Пока те же бежавшие не добрались до заставы и не сообщили старшим о случившемся.
Тунда посмотрел на повозку.
Каким-то чудом лошади остались целы. Сражение происходило в нескольких десятках футов от повозки, хотя изначально бедные лошадки оказались в самом центре поля боя.
Нужно было быстрее загружаться в повозку, да мчатся отсюда во весь опор, пока вести о случившемся не добрались до ближайшей заставы.
Глава 5
Дорожка с непонятно откуда взявшимся свечением, возникающим прямо из воздуха и пропитанного пыльцой подснежников разбросанных тут и там, привела отряд светлых эльфов и Сораха к дворцу лесных жителей, если, конечно, то, что раскинулось перед глазами мага в этот миг, можно было назвать дворцом.
Сорах от удивления раскрыл рот, и чуть было не потерял связь с Торсионным полем, в котором, зрея, томились заклинания.
Дворец представлял собой величественное зрелище. Возведенный из крепко сросшихся лиан, дававших в основе фундамент, он поднимался огромным куполом вверх, венчаясь кроной-верхушкой дуба-исполина на самом верху, раскинувшего свои ветви на десятки и десятки футов вширь и переплетаясь с другими деревьями. От листьев дуба шло приятное свечение по типу того, что Сорах уже видел на дороге, но – куда более яркое. В этом свете чувствовалась мощь и сила древнего леса.
Над куполом, среди ветвей дуба летали птицы, в которых Сорах не сразу сумел различить прекрасных и величественных грифонов. Целыми стаями они ныряли меж веток деревьев, то исчезая, то появляясь вновь, кувыркаясь в воздухе и издавая пронзительные крики. По ветвям свисающих лиан прыгали туда-сюда причудливые создания, чем-то напоминающие гоблинов, такие же зеленые, но с длинными руками и шерстью. На поляне вокруг дворца бездумно сновали ручные черные пантеры, видимо, охранявшие покои эльфов.
Сорах с некоторым отвращением заметил того самого монстра, с которым он встретился на поляне у самого входа в Местальэ – то ли медведя, то ли тигра с оперением вокруг шеи. Но сейчас тварь выглядела как самая безобидная овца и спокойно прогуливалась по зеленой траве, равнодушно наблюдая за летающими в небе над поляной с изумрудной травой феями.
Сам дворец, или точнее – купол, в охвате тянулся на целую милю и возвышался на добрую сотню футов над землей. А если учитывать еще и крону могучего дерева, самого красивого и высокого среди тех, что Сораху приходилось видеть в Местальэ – дворец тянулся ввысь на несколько сот футов. Дерево явно росло здесь не один век, теряясь где-то среди облаков.
«Не оно ли – это, то самое Дерево Грез, о котором мне приходилось читать в энциклопедиях в университете?», – подумал маг.
Хитрые сплетения живого узора, казалось бы, превращали стены дворца в единую картину.
Приглядевшись, Сорах увидел, что толщиной с человека лианы вились, образовывая некие иероглифы и руны на стенах замка. По всей видимости, язык их был настолько древним, что маг так и не сумел прочитать ни одной из них. Хотя обычно, в таких случаях светлые эльфы предпочитали превозносить свой лес и его достижения в битвах, сохраняя традиции предков – эльфов основателей, в отличие от своих братьев с востока, чтивших теперь темную сторону и отказавшихся от истории отцов.
– Вам никогда не достичь того, что дала нам сама природа – услышал Сорах голос главного.
Дала – не дала…
Сорах не стал спорить и двинулся следом за отрядом прямо к воротам замка, у которого только сейчас заметил несколько лучников, прятавшихся среди лиан в серебряных платьях. Был тут еще один маг, и снова – девушка-эльфийка. Наверное, будет лучше, если Сорах сделает вид, что он их не заметил. Так спокойнее и им, и самому себе. Хотя про себя Сорах отметил, что защита от посторонней магии здесь стояла ничуть не меньше и никак не слабее той, которой связывала его по рукам и ногам эльфийская чародейка из отряда сопровождения. Ребята соблюдали все меры предосторожности и, похоже, не хотели допустить промаха.
Не успел отряд дойти до ворот, как маг почувствовал легкое прикосновение чужой волшбы. Открылись ворота. И тут же следом та самая волшба на этот раз более жестко и бесцеремонно, словно кипятком, обдала Сораха с ног до головы.
«Старайтесь, но до Торсионных полей вы не доберетесь!», – он стиснул зубы, перебарывая неприятное жжение.
Со стены кивнули, и главный, на миг замерший перед самым входом, двинулся дальше. Да, эльфы неплохо соблюдали все меры предосторожности.
Но с другой стороны, на что мог рассчитывать Сорах? Это дворец самого Короля лесного народа светлых, а не какая-нибудь захудалая обитель придворного феодалишки.
Как только последний эльф отряда переступил черту ворот, они захлопнулись, и Сорах снова почувствовал укол магической Силы за спиной. Он не мог прочитать ни одного заклятья! То ли от того, что магия леса была каким-то образом искажена, то ли от того, что его сознание на использование обычной магической Силы держала под прицелом эльфийская чародейка.
Еще Сорах чувствовал нечто необычное в этом месте. Что-то, что он пока не мог объяснить, что не могло уложиться в обычные привычные рамки магии леса, что не было похоже на мощь и Силу самого Местальэ…
Легкие, накатывающие, словно волны на берег толчки энергии, сжимающие грудь, шли со всех сторон. Сорах пока не мог определить источник магии, но он чувствовал, что тот находится где-то в этих стенах. Маг не обратил бы на эти толчки, непонятно откуда взявшейся Силы, внимания, если бы они своими глухими накатами не будоражили и не искажали Торсионные поля.
Эльфы вдруг резко остановились. Главный обернулся к Сораху:
– Мне велено скрыть от тебя дальнейший путь, – он достал непонятно откуда появившуюся повязку черного цвета. – Она будет надета на твои глаза, хуманс.