Чтение онлайн

«Это просто бизнес. Ничего личного» — любимая фраза Ломарро-старшего перестала звучать из его уст лет в сорок, когда ушедший на покой Микаэль оставил «Найтвинд» на сына, но её дух проглядывал практически в любом заключённом им контракте…

Звонок, оторвавший его от досье, был от майора Гирда — сразу после знакомства с этим полицейским Плахин включил его номер в список высшего приоритета, запрос на соединение с которым его комм принимал автоматически.

— Майор Гирд. Доброго времени суток! — Пухлое лицо Лоуренса сияло, как прожектор. — Когда вы в последний раз просматривали новости?

— Не помню… — Пожав плечами, генерал проглядел блокировки комма и нахмурился: — Чёрт, после вашего чёртова похищения на всё, кроме приоритета, у меня стоит лок. А что такое?

— Интересный кирпичик в вашу мозаику! PR-кампания за реимплантацию коммов в самом разгаре! Могу скинуть пару роликов — очень занимательное зрелище! Я тоже, зарывшись в дело, сдуру перестал следить за происходящими в Лиге событиями, и, как оказалось, зря! Мы уже на подлёте; будем у вас минут через двадцать. За это время, если есть возможность, просмотрите результаты нашего анализа, ладно?

— Хорошо… — кивнул Плахин. — Коды допуска в комплекс получили?

— Угу… — смешно пошевелил щеками Лоуренс. — Постоянный на два месяца. Вы решили не заканчивать любимое дело до осени?

— Нет. Просто мне очень хочется, чтобы такие классные специалисты, как вы, работали на СВБ… — улыбнулся генерал. — А допуск — первый шаг на пути к этому…

— Однако! — ошалело посмотрев куда-то в сторону, скорее всего на Меррдока, восхитился Гирд. — Ладно, мы подумаем…

…PR-кампания началась четыре дня назад — с небольшого ролика, появившегося на информационных сайтах четырёх жёлтых провайдеров, специализирующихся на поиске «жареных» новостей. Некий анонимный хакер, прячущий своё лицо под голомаской и явно пользующийся синтезатором голоса, сидя в каком-то баре для маргиналов, путано и многословно рассказывал своему собутыльнику о свойствах написанного им вируса. Пьяный трёп изобиловал ненормативной лексикой, малопонятной обывателю терминологией и вряд ли приковал бы к себе внимание, если бы не результат затеянного парнями спора: выбранная хакером жертва, расслабляющаяся в компании потасканного вида подружки, вдруг встала, подошла к изобретателю вируса и хрипло попросила идентификаторы его счёта. Судя по реакции проигравшего, на анонимный счёт, открытый в ту же минуту, были переведены все жалкие накопления бедного парня! По крайней мере, проигравший спор мужчина тут же поставил победителю выпивку за свой счёт! Следующий ролик появился в Сети через сутки. И оказался заметкой какого-то журналиста, зарабатывающего себе на жизнь репортажами с места происшествия. Как оказалось, за два часа, предшествующих моменту начала записи, в одном и том же районе столицы Солисса покончили жизнь самоубийством шестеро ничем не примечательных горожан. Единственное, что их объединяло — это действия, совершённые ими за полчаса-час перед тем, как принять решение об уходе из жизни: они совершенно добровольно перечисляли все свои средства на анонимные счета! В течение следующих двух суток истерия росла по экспоненте: сначала волна самоубийств разоривших себя граждан захлестнула два соседних района, потом отдельные случаи немотивированных попыток избавиться от своих накоплений зарегистрировали в других городах планеты, потом вирус вырвался за пределы одной системы и распространился по всей территории Лиги.

Силовые структуры, как обычно, среагировали с запозданием — вой перепуганных граждан уже зашкалил за все мыслимые и немыслимые пределы, а официальной версии происходящего до сих пор опубликовано не было. Несмотря на многочисленные обращения потерпевших в полицию, СВБ и в другие органы власти…

Зато статей всякого рода «специалистов», предсказывающих скорый крах банковской системы, скорый отказ от анонимности вкладов, возврат к фискальной системе контроля за частным бизнесом и тому подобной ерунды было предостаточно. Как и воплей о том, что система защиты коммов «Эль-Бео» не способна предотвратить заражение от вируса, уже получившего громкое название «Кошелёк или жизнь».

Корпорация «Беолли» никак не отреагировала на истерию — казалось, что совет директоров крупнейшего производителя коммов никак не мог определиться с тем, какую линию поведения необходимо избрать для выхода из кризиса. Зато «Найтвинд» оказалась на высоте — их специалисты, протестировав коммы граждан, пострадавших от вируса, за какие-то сутки провели модернизацию имеющейся у них модели «Митсу-Элит», добавив к ней аббревиатуру «ЗоВ», то есть «Защищённый от вирусов», и выбросили в продажу по цене, на тридцать восемь процентов превышающей цену того же «Эль-Бео». Как ни странно, несмотря на безумные потребности потребителей, торопящихся побыстрее приобрести новую модель, особых проблем с поставками не началось — коммы вывозились со складов «Найтвинд» миллионами, разлетаясь, как горячие пирожки…

То, что творилось в клиниках, проводящих операции по реимплантации, вообще невозможно было описать — добрая половина этих заведений перешла на круглосуточный режим работы и всё равно не справлялась с потоком жаждущих избавиться от старых коммов лиц…

Коротенькая статейка, опубликованная буквально за час до звонка Лоуренса, была следующим звоночком — некий специалист по сетевой безопасности, почему-то скрывающий своё лицо, аргументированно объяснил технологию распространения «Кошелька или жизни». По его мнению, слабостью современных Сетей являлось оборудование контроля и идентификации, «морально устаревшее ещё пять лет назад». Как ни странно, маркировки блоков, которые приводились как пример, тоже свидетельствовали о принадлежности к продукции корпорации «Беолли». Надо ли говорить о том, что творилось на бирже? Стоимость акций одной из самых успешных корпораций современности быстро стремилась к нулю…

— Мда… — Получив сигнал о том, что ожидаемые им гости прошли первый контрольный пункт, Плахин оторвался от просмотра и, потянувшись так, что заскрипели кости, встал из кресла. — Господин Ломарро ещё раз доказал всей Лиге, что цель оправдывает средства… Пора его немножко пожурить…

Чёртов заправщик шёл вразнос — вирус, поразивший автоматическую систему управления кораблём, кроме всего прочего, взял под контроль канал связи с КДП, и гружённая под завязку машина медленно, но уверенно сходила с предписанной орбиты. Превращаясь в снаряд, смертельно опасный для десятков тысяч мирных жителей планеты. Обвинить СК ВПП в бездействии было трудно — на оба запроса автоматического диспетчера заправщик ответил стандартным «Совершаю тестовые маневры. Помощь не требуется». Так что в ближайшие пару часов вмешательства Службы контроля можно было не ждать. А потом должно было стать поздно — после запуска вирусом маршевого двигателя транспортника времени на то, чтобы остановить рванувшийся к поверхности планеты резервуар с топливом, не хватило бы даже висящему по космическим меркам неподалёку дежурному эсминцу ВКС…

Пока аналитический блок моего процессора в связке с расчётными модулями коммов Элли и Вердена пытался выбрать оптимальную возможность для нейтрализации угрозы, я упорно пытался отследить всю цепочку анонимных серверов, через которые управлялся вирус. Тот, кто стоял за аварией, отличался редкой предусмотрительностью, и на то, чтобы не терять его след, у меня уходило столько ресурсов, что становилось страшно: тот самый восьмимесячный срок моей жизни был установлен для спокойного существования без таких встрясок. А значит, каждая минута работы в запредельном режиме укорачивала мои и без того куцые возможности… Впрочем, времени и сил на то, чтобы переживать по этому поводу, у меня не было, поэтому, отбросив в сторону рефлексии, я с головой ушёл в работу.

Полтора часа, потребовавшиеся мне для того, чтобы всё-таки добраться до человека, загнавшего вирус в заправщик, пролетели, как одна минута. Правда, я успел здорово проголодаться. А на лица моих помощников было страшно смотреть: покрытая бисеринками пота кожа, ввалившиеся глаза с чёрными мешками под нижними веками делали их похожими на тяжелобольных жертв какой-нибудь эпидемии далёкого прошлого. Высвободив немного ресурсов, я снова подключил системы мониторинга состояния здоровья на обоих коммах, и принявшиеся за работу устройства, истошно сигнализируя о возникших за время их отключения проблемах, принялись приводить в порядок измождённых хозяев…

Верден, слегка придя в себя, первым делом поинтересовался результатами моих поисков. Робко подключившись к моему комму, он просмотрел логи моей работы и, дублируя свои мысли голосом, пробормотал:

— Ого! Начальник Службы безопасности Конгресса?! Комм «Митсу-Элит»… И почему меня это не удивляет?

«Двадцать три минуты до включения маршевого двигателя», — подумала Элли, уже давно освоившаяся с возможностями общения при прямом подключении. — Ты считаешь такой вариант самым безопасным?