Шрифт:
Биликтуй
Очень серьезную угрозу от обитателей северного края вождь киданей Ли-Си почуял задолго до нападения их объединенных сил. Все это донесли ему опытные, вездесущие, лазутчики, проникающие в стан неприятеля под разными предлогами. Конечно же, он был озабочен тем, что под знаменем Дайда-Сахира собралось множество воинов. Не теряя драгоценного времени, поспешно снарядил три отряда опытных гонцов, чтобы те успели доскакать до знакомых ему вождей. Которые возглавляли не враждебные ему племена, располагающиеся на своих стойбищах по рекам: Ангара, Китой, Иркут. Их главной задачей, как только те доберутся до них, стояла необходимость убедить встать на защиту соседей киданей:
– Пускай быстро собирают людей и не мешкая направляются к Тельме – напутствовал Ли-Си своих посланцев.
– Сами срочно возвращайтесь. Тут сильно нужны будете.
На минуту задумался и добавил:
– Скажите, что Ли-Си целых десять зим будет давать им соль почти без оплаты за нее. Ступайте.
О своих гонцах он, конечно, не сказал ничего Дайда-Сахиру, надеясь на чудесное спасение.
Но напрасны были его старания. Вождь хори-туматов был весьма неглупым, а даже дальновидным человеком и хорошо предвидел течение событий.
Но вот как предотвратить нападение этих полудиких, собравшихся в единый кулак, племен, которые могут неожиданно прийти на выручку попавших в беду соседей киданей, он пока не знал.
От своих людей, которые прознали о посланцах, он узнал о гонцах и крепко призадумался, и было от чего. Пригласив своей свиты, большой вождь собрал их в круг, его речь была озабоченной:
– Кеты, ирки и маймоны представляют для нас большую опасность. Они могут в любой момент напасть на нас.
Что скажете, уважаемые? – обратился Дайда-Сахир к приглашенным.
Его взгляд побежал по кругу, словно вновь изучая собравшихся. Но вот он остановился и уперся в Абая, своего старшего шамана. В прошлые времена, когда бывали трудности и необходимо было искать выход, почти всегда спрашивал у него мудрого совета. Вот и сегодня он возлагал на него свои надежды.
Убеленный сединой старик с достоинством выдержал гипнотизирующий других взгляд. Он хорошо знал, что вождь не любит долгих раздумий в такие моменты и почти не задумываясь промолвил: – полагаю, что сделать надо так – он выпустил дым из прокуренного рта и зажал трубку в руке – в Беликтуе. Что выше стоит по Ангаре, надо поставить заслон.
– но так мы оголим Тельму! А если они зайдут к нам не со стороны реки, что будет тогда? – выразил свое сомнение вождь. И сам же ответил на свой вопрос: – Плохо будет нам.
Илотан присутствует здесь же. На малом курултае. Он внимательно. Ловя каждое слово. Выслушивает говорящих уважаемых людей, старейшин. Неожиданно для себя. Его напряженное воображение сработало по своему. Он словно вольная птица взметнулся вверх к небу, ощущая свободу и неизмеримую легкость полета. Все случилось за какой-то мгновение, без его намерений и воли. Из окружающих никто даже и не заметил случившихся с ним перемен. Лишь мудрый Абай уловил изменившийся взгляд, который стал отрешенным и потерявшим всякий интерес к окружению.
Слишком опытен и искушен в таких делах этот престарелый шаман. С высоты «полета» Илотан все же успел рассмотреть реку, в которой признал Ангару с ее протоками и островами. Взгляд скользнул вверх по течению замерзшей реки и остановился на месте, куда впадала другая река. – Так это Китой! – осознал он увиденное – а вон и юрты стоят. Он успел разглядеть улус из множества заснеженных жилищах…
– Какие будут предложения? – вдруг раздался громкий голос Дайда-Сахира. Илотан мгновенно приходит в себя и в поле его зрения проявляются окружающие его люди. Все встает на свои места.
И вновь вопрошающий взгляд вождя проходит по собравшимся. Большая часть из них скромно опускает глаза, боясь, что вопросительный взор может остановится на нем и придется отвечать на вопросы. Илотан не успел потупить свой, только что ставший осмысленным взгляд. Буравчики командующего буквально впиваются и погружаются в его глаза, остановив на нем свой вопрошающий обзор.
До Илотана быстро дошло, что на сей раз отвечать придется ему, скромно отмолчаться просто было невозможно.
– Я знаю, где находится Биликтуй – отвечает он – там надо и встретить их, когда пойдут к Тельме.
– каким образом это сделать? – спрашивает его Дайда-Сахир.
– Пока не знаю сам. На месте поймем. Отправьте туда и меня.
Настала пора крепко призадуматься и главнокомандующему. Через пару минут глубокого молчания он принял решение6
– Хорошо. Я согласен. Посылаю три сотни воинов для заслона. Всех нельзя. Здесь может случиться всякое.
– Ты Илотан – палец Дайда-Сахира – указал на юношу – будешь старшим.
Выдержав небольшую паузу, коротко приказал: – Ступайте.
Уже выходя, Илотан услышал слова:
– И ты Абай поезжай с ними. Приглядывай там. И с тебя будет спрос, если что не так. Не теряя времени, гонцы командующего тут же поскакали отыскивать джигунов, растворившихся среди объединенного воинства.
Не более чем через полчаса команда была собрана и готова выслушать, ждала решающего слова. Дайда-Сахир вышел из джигунов, отсчитал троих: – Ты, ты, ты.
– Эти сотни заберешь – обратился он к Илотану, – а теперь командуй сам.
Понимая. Что сейчас слово имеет важное значение, Илотан обратился к воинам. Его речь была предельно короткой:
– Меня зовут Илотан из улуса Илоты. Прошу выполнять мои команды до истекания моих полномочий. Выступаем незамедлительно. Взять с собой провизию. Командиры направились собирать сотни и готовиться в поход, а Илотан обратился к вождю, который был хорошо наслышан о способностях юноши и испытывал к нему уважение и даже симпатию:
– Позвольте, уважаемый, взять в поход и моего караван-баши Тамуна. Мне понадобится помощник, а он очень опытен.
– Хорошо, забирай. Пусть будет по-твоему. Смертельная угроза понуждала действовать быстро, без всяких проволочек. Сборы были недолгими, по суетными и крикливыми, перемешанные с ржанием лошадей и бряцаньем удил.