Шрифт:
Июнь оказался на удивление жарким. Мало того, что раскаленный воздух было тяжело вдыхать, так ещё, как назло, за чертой города неожиданно начали тлеть торфяные залежи. Вездесущий дым горелого торфа, подобно ядовитому туману, обволок всё вокруг – улицы, здания, площади и парки.
Люди в городе изнывали от пекла и смога, и всячески старались избегать их – прятались в кондиционируемых офисах, автомобилях и торговых центрах, в крайнем случае – старались хотя бы лишний раз не вылезать из-под тени деревьев.
А мне такая погода была только в удовольствие. Наверное, сказывались далекие южные корни в родословной – чем ярче палило солнце, чем жарче было на улице, тем уютнее я себя чувствовал.
– Держи, – Алиса улыбнулась и протянула мне банку пива.
Мы сидели на лавочке около здания Большого театра в самом центре города: вокруг сновали толпы зевак, туристов и разномастных клерков, ненадолго выползших из своих тесных ракушек-опенспейсов. Рядом приятно шуршал украшенный позолоченными статуями парадный фонтан, шум которого перекрывал даже гомон автомобилей, непрерывным потоком мчавшихся по проходящей рядом проезжей части.
Щелкнув алюминиевым язычком, я открыл банку и с удовольствием сделал большой глоток холодного янтарного напитка, одновременно поймав на себе неодобрительные взгляды двух дежуривших неподалеку полицейских. Их можно было понять: закон строго запрещал пить алкоголь в общественных местах, и уж тем более – в туристическом сердце города. За подобную дерзость любому нарушителю уже давно бы выписали штраф и сопроводили в отделение полиции для проведения воспитательных работ.
Но только не нас с Алисой.
Стражи порядка с недоверчивыми лицами поглядывали в нашу сторону. Чутье подсказывало им, что рядом творилось нечто неладное и незаконное – но осознать, что именно, они были не в состоянии.
Спасибо за это стоило сказать моей подруге: она заботливо наложила какое-то только ей ведомое маскирующее заклинание, скрывавшее наши банки с пивом от посторонних глаз.
Конечно, если бы полицейские внимательно присмотрелись к нам, сконцентрировав всё свое недоверие, то подвох удалось бы распознать – не настолько прочной была эта магия. Вот только кому в здравом уме придет в голову фанатично разглядывать парня и девушку, сидящих летним днем у фонтана в центре города?
Алиса редко рассказывала о заклинаниях, которыми владела. Как и большинство практикующих магов, она предпочитала хранить свои умения в тайне – и от посторонних, и даже от близких людей. Конечно, иногда мы с Алисой обращались друг к другу за помощью – когда дело касалось особо сложных и хитрых заклинаний и ритуалов, требовавших уймы сил, времени и терпения. И всё же гораздо чаще каждый из нас изучал и практиковал волшебство самостоятельно.
– Смотри, – Алиса вытянула перед собой банку. – Совсем простенькое заклинание.
Странно, но сегодня она вдруг решила слегка пренебречь собственными принципами. То ли сыграло роль хорошее летнее настроение, то ли пиво слишком сильно ударило ей в голову. Пальцем свободной руки Алиса дважды очертила треугольник по алюминиевой стенке банки.
– Et fiet in oculis aliena, – тихим ровным голосом проговорила она.
«И чуждым станет оно для глаз», – мысленно перевел я латинскую фразу.
На самом деле, совершенно без разницы, на каком языке читать формулу заклинания – она одинаково сработает хоть на латыни, хоть на английском или испанском, хоть на древних языках Эфиопии. Но Алиса всегда предпочитал использовать именно латынь. Думаю, таким нехитрым способом она создавала духовную связь с великими волшебниками прошлого, которые так же пользовались для заклинаний исключительно этим мертвым языком.
Но лично я таким мелочам значения не придавал. Для меня было куда важнее правильно сконцентрироваться не на формуле, а на самом волшебстве – ведь без должной концентрации даже элементарное заклинание гарантированно обречено на провал.
– Ничего сложного, – подытожила Алиса результаты наложенных чар. – Главное – сосредоточься на объекте и представь вместо него нечто другое, схожее по размерам. И тогда остальные будут видеть не то, что ты реально держишь в руках – а то, что представил. Ну и минут десять придется подождать, пока заклинание заработает.
– А что сейчас видят окружающие вместо пивных банок у нас в руках? – спросил я, мысленно повторяя проделанные подругой движения.
– Бутылки с минералкой. Как по мне – это вполне логичная маскировка.
– И долго продержится такая ширма?
– Смотря сколько сил вкачаешь. Если сильно не напрягаться – простоит около получаса.
– То есть более чем достаточно, чтобы успеть всё выпить, – добавил я.
Алиса улыбнулась и сделала глоток из банки.
– Спасибо, – поблагодарил я подругу. – И с чего это ты вдруг делаешь мне такие подарки?
– Это не подарок, а жест доброй воли. Вот ты скоро пойдешь на практику в «Пятый периметр», наберешься там всяких интересных знаний. Глядишь – и со мной потом поделишься.
– То есть, у тебя исключительно корыстный интерес?
– Естественно!
Алиса хихикнула, наклонилась и крепко поцеловала меня.
С завтрашнего дня начиналась моя стажировка в «Пятом периметре». Эта компания со странным названием не могла похвастаться рекламой на телеканалах и в глянцевых журналах. О её существовании знали немногие, да и то – в основном лишь по слухам и сплетням. Но получить приглашение на стажировку туда – всё равно что обнаружить за окном сову с письмом из Хогвартса.
«Периметр», как обычно называли эту организацию в нашем сообществе, был крупнейшим игроком на рынке магических услуг. Поговаривали, что именно они обеспечивали охрану главных объектов инфраструктуры по всей стране – настраивали магическую защиту аэропортов, военных баз и атомных станций, сопровождали переговоры и крупные сделки в оборонной промышленности. На работу туда брали самых сильных и талантливых колдунов из элитных волшебных школ.
И тот факт, что маг-самоучка, вроде меня, удостоился приглашения в «Периметр» – пусть даже лишь на стажировку – уже казался чем-то невообразимым.