Хлоя и Габриэль

Хлоя безнадежно опаздывала, а это значило, что уже к концу дня она скорее всего окажется безработной. Ведь после того, как ушел бывший управляющий канала «Брисбейн» национального телевидения Клайв Коннор, на его место назначили Макгира. Сокращение штатов, заявил новый босс, необходимо для улучшения качества работы. Вот уж наградил Бог начальником, на людей ему совершенно наплевать! Гнет свою линию, и все тут, одна лишь прибыль на уме. Нет, она никогда не привыкнет к Макгиру! И неважно, что ему прочат большое будущее на телевидении и называют человеком, который никогда не ошибается. Ее это не касается, тем более что сегодня она вполне может вылететь с работы. Еще бы — третий раз пропустить ежемесячное собрание!

Добравшись наконец до принадлежавшей телестудии автостоянки, Хлоя быстро вылезла из машины и, пробежав несколько десятков метров под сильным дождем, нырнула в главное здание. А когда попыталась закрыть непослушный зонтик, увидела Макгира. Тот шел прямо на нее. Шесть футов в высоту и, пожалуй, три в ширину. И на лицо красавец. Одним словом хорош, ничего не скажешь! Хлое не нравились чернявые, а вдобавок чересчур уверенные в себе мужчины. Для человека с шотландскими корнями он был слишком смуглым, с жесткими, черными, как уголь, волосами, которые он, чтобы те не курчавились, коротко стриг. Сколько женщин по нему, небось, сохнет!

Хлоя не удержалась и нахально помахала ему рукой. Куда только подевалось ее чувство самосохранения?

— Каванах, вы опять опоздали, — холодно проговорил Макгир. Его и забавляло, и раздражало, что эта его сотрудница постоянно хорохорится перед ним. Он подошел к ней, наблюдая, как она сражается с пестрым зонтом, больше похожим на детский зонтик от солнца, как встряхивает своей знаменитой рыжей гривой. На улице лил дождь, и волосы девушки в тепле начали причудливо завиваться. Она была восхитительна, словно изображение святой в средневековой рукописи. Недостает лишь золотого нимба. Впрочем, она, конечно, не заслуживает его. Три пропущенных собрания! Это просто черт знает что, пора принимать меры. Только вот какие? Не увольнять же! По непонятной для него самого причине Каванах была его слабым местом. Быть может, из-за ее привлекательной внешности и прекрасной фигуры — легкой, хрупкой и такой женственной! Или из-за трагедии, которую Хлое пришлось пережить в детстве. Ему сразу рассказали о ней, когда он пришел на телестудию, и история потрясла его.

Бедняжка потеряла брата, когда ей самой было шесть лет, а малышу всего полтора года. А спустя два года родители Хлои попали в автомобильную аварию. Отец погиб, а мать оказалась в коме, из которой так до сих пор и не вышла. И теперь девушке приходилось оплачивать пребывание матери в частном лечебном учреждении.

Хлоя удивленно взглянула на мужчину, который возвышался над ней, как гора, и кашлянула, давая понять, что тот слишком пристально рассматривает ее.

— Зайдите в мой кабинет через десять минут, — пробормотал Макгир.

— Есть, шеф. — Она едва удержалась, чтобы не отдать ему честь. Что остановило ее? Пожалуй, то, что Макгир повернулся к ней спиной. Господи, для начальника он слишком подвижен! Она неожиданно представила его в балетной пачке и чуть не рассмеялась вслух.

— Мне жаль, что я пропустила собрание, — спохватилась вдруг Хлоя, — и смиренно прошу меня извинить.

Прозвучало вполне искренне! Макгир повернулся и с трудом удержался, чтобы не потрепать девушку по волосам, в которых блестели капли дождя. Вместо этого он насмешливо осведомился:

— Очередная душераздирающая история?

— Которая обещает стать настоящей сенсацией.

Чистейшей воды вранье! Просто утром она решила заехать к матери, а когда вышла из клиники, проезд оказался закрытым: чинили дорогу. Но что толку рассказывать об этом Макгиру? Неумолимое выражение его проницательных темных глаз у кого угодно отобьет желание говорить по душам.

— Похоже, вы не стремитесь сделать карьеру? — с вызовом произнес он.

— Вы сами убеждали нас играть по-крупному, шеф, — с невинным видом заметила Хлоя.

— В таком случае, мой долг предостеречь вас: к чему подвергать себя ненужному риску? Обсушитесь немного, а потом мы поговорим.

Поговорим? Ха! О чем ей говорить с Макгиром? Отношения между ними постепенно и неуклонно обострялись. Хлоя не понимала, почему так невзлюбила его. Другие женщины на студии только что в обморок не падали, стоило ему появиться. Она же вела себя так же, как ее рыжая кошка при встрече с собакой.

Хлоя побежала по коридору, дружелюбно приветствуя сослуживцев, которые попадались ей навстречу. Особенно ослепительно она улыбнулась Майку Коулу, руководителю спортивного отдела, когда тот галантно придержал перед ней дверь.

— Хлоя, будь я проклят, если сыщется хоть одна женщина, которая была бы столь же прелестна после дождя! — воскликнул Майк. — Да, послушай, детка! Я должен предупредить тебя: Гейб буквально почернел, когда понял, что ты так и не появишься на собрании.

Хлоя невесело усмехнулась.

— Уже в курсе. Я повстречалась с нашим драгоценным мальчиком в вестибюле. Вышла-то я рано, да попала в пробку. Дорожные работы на Ланг-Парк. Полная безнадега! Чинят перед выборами. Дело в том, что мне приспичило заезжать к маме. Просто приснился нехороший сон. Мама пыталась внушить, будто мне кто-то угрожает. Мило, не правда ли?

Майк сочувственно покачал головой. Он, как и его жена Тери, очень любили Хлою. Она часто бывала у них в доме и даже стала крестной матерью их младшей дочери, Саманты.

— Выпьешь кофе? — предложил Майк.

— С удовольствием, налей чашечку. Я не успела позавтракать. Только побыстрей, пожалуйста, Макгир пригласил меня к себе. Ровно через десять минут я должна быть в его кабинете, — она взглянула на часы. — Теперь уже через восемь. Знаешь, он так странно смотрел на меня, точно никак не мог раскусить, что я за птица.

Майк фыркнул:

— При его должности Гейб, наоборот, весьма снисходительно к тебе относится. — Он подошел к кофеварке и вернулся с двумя чашками дымящегося черного кофе. — А как мама? — Они с Тери несколько раз навещали мать Хлои. Делия Каванах была по-прежнему красивой женщиной, но, увы, абсолютно безучастной ко всему.

— У нее такой безмятежный вид, Майк! — В темно-синих глазах Хлои заблестели слезы отчаяния. — Все время кажется, будто она вот-вот проснется!