Чтение онлайн

– Самарин занимался подделкой картин? – послышался голос Юдина. Никто и не заметил, как он появился. – А вы знаете, господа, такие слухи ходили.

– Именно в вашей театральной среде?

– Да, именно в нашей. Тут ведь, в этой мастерской, многие бывали: режиссеры, помрежи, монтировщики сцены, которые все эти сооружения отсюда вытаскивали… Кто-то что-то заметил или о чем-то догадался. Но ведь сами знаете – театральную среду называют террариумом единомышленников. Зависть, сплетни, интриги. А Самарину-то многие завидовали. Процветающий художник, как же! Две мастерские, а кто-то и об одной мечтать не может. Так что всерьез эти сплетни никто не воспринимал. Знаете, у нас еще и не то друг о друге рассказывают.

– Но как же… Эксперты признали картины подлинными, – озадаченно протянул Сергей.

Тут вмешалась Алена.

– Так это ж, как я поняла, была предварительная экспертиза. А серьезную, если и будут делать, то это долгая история. Куда им спешить? Да и не такая уж эта экспертиза точная, как принято думать.

– Но картины-то должны быть старые, а не только что нарисованные… Неужели не видно разницы?

Ответил Юдин:

– Знаете, молодой человек, я, конечно, не художник и даже не искусствовед, но жизнь я прожил долгую и многое видел. Так вот, насколько я знаю, есть множество способов искусственного старения картин. Произведения искусства не вчера начали подделывать. Опыт в этом отношении накоплен богатый. Тем более что они вроде как после реставрации. Значит, многие вопросы снимаются.

На обратном пути Алена пояснила:

– Ты знаешь, мне с самого начала это возня показалась странной. Откуда картины? Что это за таинственные игры с поиском молодых художников? Этот паленый альбом. Но по-настоящему я задумалась, когда узнала о письмах к Шоену. Я сказала – какие-то они уж очень неправильные. Но если предположить, что Шоен в доле – тогда все понятно. От него требуют выполнить свои обязательства. Вот и все.

– Слушай, так его что, просто купили?

– А ты думаешь, за бугром все эти специалисты кристально честные? Деньги, знаешь ли, любят все. К тому же, он не особенно-то и рискует. Ну да, ошибся, с кем не бывает. Тем более, насколько я понимаю, фальшивки изготавливались очень качественно.

– Тогда все понятно и с этой девушкой-художницей. Заказ-то какой! Не скопировать картины, а написать в стиле художника еще одну. Что они, собственно и делали. Но этот Самарин, ладно, большой профессионал. Но неужели это так просто, что даже молодая девчонка могла картины подделывать?

– Вообще-то ее считают очень талантливой. Но помнишь в ноутбуке Стаценко мы видели картины авангардистов? Возможно они планировали перейти на них. Там, знаешь ли, особого мастерства не надо. Возьмем знаменитый «Черный квадрат» Малевича, который, кстати, 16 миллионов бакинских стоит – с этой работой вообще любой маляр справится.

– Что же, комбинация понятна. В Петербурге изготавливают типа шедевры старых мастеров…

– Заметь, именно старых «классиков». Почему? Именно потому, что меньше подозрений. Не так просто подделать.

– Похоже. Далее их переправляют за бугор. Возможно не только потому, что там они дороже. В России все, кто может, воруют и мошенничают. Значит, и проверять будут тщательнее. А в старой доброй Европе якобы мошенников меньше. Для верности создают легенду, которую запускают в прессу. Даже вот, книгу старинную сфабриковали. И не одну. Далее – для пущей верности подкупают эксперта. Ну и кого-то из аукционистов. И система работает как часы. Вот только что-то с художником не срослось. Возможно потребовал слишком много денег. Интересно, а зачем это Самарину понадобилось? На водку, насколько я понимаю, ему и так хватало.

– Я могу тебе сказать. Когда я по Репе бегала, кое-что слыхала. Говорят, он был просто одержим построением своей мастерской. Все говорил: «я строю себе дом». И с таким, знаешь, пафосом. А на это, я думаю, денег много требовалось. Ты ведь видел это сооружение? Говорят внутри тоже картинка. Вот и связался.

– А тогда, возможно, вот почему его убили. Он просто захотел соскочить. Не знал, бедняга, принципов, которые в таких делах приняты: вход рубль, выход – два.

– Серега, но если я правильно все просекла, это только одна из граней деятельности твоих «подопечных»?

– Именно. Причем, судя по всему, далеко не главная. И вообще… Мне вот кажется, что вся эта возня с картинами, как и разные рейдерские дела – просто способ создать стартовый капитал. А к какому-то самому главному делу мы так и не подобрались. Ведь как выходит? Тут у них три трупа, там их берут менты – а они продолжают работать как ни в чем не бывало. Значит – масштаб такой, что остановиться они себе позволить не могут.

Тут позвонил Чемодан:

– Казак, у меня для тебя две новости. Не очень хреновая и очень. С какой начать?

– Давай по возрастанию хреновости.

– Значит, мне из Москвы сообщили результаты анализа этой самой настойки.

– Быстро они.

– Химикам столько заплатили, что они все дела забросили. В общем полный результат они по электронной почте мне выслали, могу тебе перекинуть. Может, что поймешь или кому покажешь, кто в этом деле сечет. А человеческим языком мне объяснили, что это голимая бодяга. Ну типа настойка каких-то там пахучих травок. Даже не спиртовая настойка. Травки, сказали, в самом деле сильно пахучие. И еще для вкуса что-то добавлено. Да, там еще кофеин. То есть действует он примерно, как «энергетические напитки», которые малолетки на дискотеках сосут. Бодрит короче. Но – не сильнее, чем то, что продается. В общем ничего это нам не дало. А на что ты рассчитывал? Что это наркотики, что ли?

– На то, что там наркотики, понятно, нет. Но что там есть какие-то сильнодействующие вещества – да. Или что это может быть полуфабрикатом для изготовления каких-то веществ. Этот Коломейцев ведь химик. Но ты правильно сказал. Тут мы в большом пролете. А что за вторая новость?

– Она как раз про этого Коломейцева. Я просил ребят за ним присматривать. Так вот, он исчез. Нигде не появлялся – ни в фирме, ни дома. Сотовый молчит, как партизан.

– А когда он исчез?

– В фирме говорят вчера его не было целый день. Получается машину отправлял не он.