Чтение онлайн

– Вот мои документы.

Я взял удостоверение личности. Двадцать три года, танцовщица. Приехала в Гонконг пять лет назад.

Немного успокоившись, я присел в кресло напротив.

– Вы знали Германа Джефферсона?

– Да, я знала его. Он умер две недели назад.

– А его жену?

– Конечно. Я была свидетельницей на их бракосочетании.

– Вы можете мне сказать, чем Герман зарабатывал себе на жизнь?

– Может быть, прежде чем я отвечу на ваш последний вопрос, вы скажете, кто вы такой и зачем пришли сюда? – спросила она, по-прежнему улыбаясь.

– Я навожу кое-какие справки для отца Германа Джефферсона, – сказал я. – Ему хочется как можно больше знать о жизни Германа.

– Зачем?

– Не знаю. Он платит мне за эти сведения. Поэтому я стараюсь их добыть. Если вы сообщите мне что-то интересное, я вам тоже заплачу.

Девушка склонила голову набок.

– А сколько заплатите?

– Это зависит от того, что вы мне сообщите.

– Вас интересует, как он зарабатывал себе на жизнь? Никак. Он жил на деньги жены.

– Лейла сказала мне, что в последнее время он снимал роскошную виллу на Рипали-бей.

Она рассмеялась, запрокинув голову.

– Он не способен был заплатить даже за номер в гостинице, жалкий лентяй!

– Мне говорили, что он связался с торговцами наркотиками, – небрежно сказал я.

Это возымело свое действие. Девушка замолчала и сразу посерьезнела.

– Торговля наркотиками?.. Ничего не знаю.

– А я и не говорю о торговле. Меня интересует транспортировка героина в Гонконг. Этим занимался Фрэнк Беллинг.

– Мне ничего об этом не известно.

Теперь девушка пристально наблюдала за мной, слегка наморщив лоб.

– Но вы ведь знали Беллинга, не так ли?

– Я встречалась с ним только один раз… на бракосочетании.

– Он был другом Джефферсона?

– Наверное. Мне об этом тоже ничего не известно.

– Я слышал, что вскоре после брака Герман оставил жену и поселился на Рипали-бей…

Ее беспокойство возросло.

– До самой своей смерти он жил с женой в гостинице «Небесная империя». Он никогда не снимал виллу!

Я предложил ей сигарету, но она отказалась. Закурив, я мысленно спросил себя, почему последнее место проживания Германа так важно для меня? Все, кроме Лейлы, говорили мне одно и то же. Однако я интуитивно чувствовал, что словам Лейлы можно верить, а всем остальным – нет.

– Давайте поговорим о Джоян, – сменил я тему разговора. – Вы дружили?

Девушка кивнула.

– Да, Джоян – моя лучшая подруга. Мне было очень грустно, когда она уехала в Америку. Но я надеюсь, что вскоре увижусь с ней. Она обещала, если все пойдет хорошо, забрать меня к себе.

Какое-то время я колебался, но потом решил выложить все.

– Значит, вам ничего не известно? – спросил я.

– Что неизвестно?

– Она умерла.

Девушка отшатнулась, словно я ее ударил. Широко раскрыв глаза, прижала руки к груди. Я внимательно наблюдал за ней.

– Умерла? Не может быть! – хрипло произнесла она.

– Ее убили через несколько часов после приезда в Пасадена-сити.

Лицо девушки менялось прямо на глазах. Оно сморщилось, и красота ее сразу увяла.

– Вы лжете! Я вам не верю! – крикнула она каким-то придушенным голосом.

– К сожалению, это правда. Полиция пытается найти ее убийцу.

Она заплакала, закрыв лицо руками.

– Уходите, – всхлипнула она. – Прошу вас, уходите!

– Мне очень жаль, что я причинил вам боль. Я пытаюсь найти убийцу, и вы можете мне помочь. Послушайте…

Она вскочила и бросилась в другую комнату, захлопнув за собой дверь. Ничего не оставалось делать, как уйти. Я спустился на этаж ниже и стал ждать. Через некоторое время девушка распахнула дверь своей квартиры, выглянула, посмотрела по сторонам и снова закрыла ее. Я тихо поднялся и, подойдя к красной двери, прислушался. Через несколько минут я услышал, как она набирает номер телефона и что-то тихо говорит, но слов невозможно было разобрать. Когда она положила трубку, я спустился вниз и вышел на улицу.

Напротив дома находился магазин. Я зашел внутрь и остановился у витрины, наблюдая за выходом из дома. Она выскользнула из подъезда через две минуты. Ее костюм резко изменился. Теперь на ней были поношенная кофта и брюки из дешевой материи – в таких обычно ходят крестьянки-поденщицы. Озираясь по сторонам, она пошла по набережной. Я следовал за ней в некотором отдалении. Через некоторое время она подошла к стоянке такси, переговорила с шофером и села в машину. Такси в густом потоке двинулось по улице. Я тоже вскочил в подвернувшуюся машину. Мне повезло: шофер немного разговаривал по-английски. Помахав у него перед носом 20-долларовой бумажкой, я велел ему следовать за первой машиной. Он обрадовался, кивнул мне, и мы начали преследование. Шухай Тон вышла у парома. Я расплатился с шофером и последовал за ней. Она поехала третьим классом, я же отправился на палубу первого. Паром отвез нас на пристань в Коолуме, и там она взяла рикшу. Я понадеялся на собственные ноги и едва не потерял ее из виду. Оказалось, мы попали в район Гонконга, который фактически принадлежал Китаю. Какое-то время британские власти вообще не имели сюда доступа, и он превратился в рассадник наркомании и бандитизма. Полиция вынуждена была установить там постоянное патрулирование, и китайские власти не препятствовали этому. Так или иначе, это место не слишком подходило для европейцев. В узких переулках негде было укрыться. Если бы девушка оглянулась, то сразу же заметила бы меня. Какое-то время мы блуждали по лабиринту извилистых улочек. Я неотступно держался за ее спиной. Потом девушка подошла к одной из дверей, открыла ее и вошла. Я постоял немного, чувствуя себя не совсем уютно под взглядами китайцев, сидящих или лежащих возле соседнего дома. У них были бледные лица, а глаза – с булавочную головку. Не знаю, видели ли они меня, но от их неподвижных взглядов у меня по спине пробегала дрожь. Я открыл дверь и вошел в дом. Откуда-то сверху доносился женский голос. Я расстегнул кобуру и поднялся по крутой лестнице. На верхней площадке было две двери. Я остановился и вдруг услышал грубый мужской голос:

– Послушай, желтая сука, если ты соврала мне, я убью тебя!

Без сомнения, говорил американец: его выдавал сильный акцент.

– Он сказал именно так! – крикнула Шухай Тон. – Ее убили через несколько часов после приезда в Пасадена-сити!

Это меня заинтриговало, и только я хотел прислонить ухо к ближайшей двери, как вдруг позади меня раздался спокойный голос:

– Не двигайтесь, мистер Райан. Руки вверх!

Знакомый голос с китайским акцентом. Я стоял, не двигаясь, пытаясь вспомнить: откуда я могу его знать?

– Прошу вас, откройте дверь и войдите. Предупреждаю, у меня в руках револьвер.

Я сделал шаг вперед и переступил порог убогой голой комнаты. Узкая кровать с деревянной подпоркой вместо изголовья. На перевернутом упаковочном ящике стояли закопченный чайник и две грязные чашки. На вбитом в стену гвозде висело грязное полотенце, под ним стояли старый таз и кувшин с водой. Сидевшие на корточках Шухай Тон и узкоплечий мужчина, одетый в китайский костюм и мешковатую кепку, повернулись ко мне лицом. Вначале я принял мужчину за китайца, но потом понял, что передо мной европеец.