Чтение онлайн

— Эм… привет?

— Здравствуй! — пропищала она. — Я — Маджина.

Секунду никто не двигался, от чего улыбка Секаши стала ещё шире. Затем Адама медленно проговорила:

— Да… хорошо… ты должна пойти и…

Однако, Маджину, похоже, больше интересовало оборонённое Адамой копьё и кобылка, указав на тяжёлое оружие, восторженно воскликнула:

— Ничего себе! Вот это я понимаю, действительно большое копьё! На кого ты с ним охотишься? На супер огромных мега кубва[5] радтараканов?

— Это называется гарпун, — сварливо пробормотала Адама, глядя на оружие. — Моё племя, Атоли, пользуется ими для охоты на акул и… — зебра подняла взгляд на теперь опустевший конец шеста, — кальмаров?

Маджина уже вскарабкалась ей на спину.

— Кто такие акулы? И кальмары? И Атоли?

Подошедший Лансер снял кобылку со спину Адамы и пересадил на свою.

— Маджина, сначала ей нужно ответить на пару наших вопросов.

— Мои вопросы тоже важные, — возразила маленькая зебра и, насупившись, скрестила на груди передние ноги.

Адама переводила взгляд с юной кобылки на Лансера, затем взглянула за спину, на лагерь.

— Они пришли из места, которое называют Глифмарк. Твой отец зовёт их предателями, что не лучше пони, — тихо сказала Зебра. — Мы накапливаем это… зелье. Не знаю, зачем.

— Ах. Это напомнило мне кое-что. Забавно, неправда ли? — заметила Секаши. — Сначала он назвал предательницей меня. Затем мою дочь. Других, что бежали с нами. Всех, кто не пожелал присоединиться к Оставшимся. Как много предателей. — Она уставилась на Адаму. — Почему же ты не смеёшься? Ты не находишь это забавным? Остаётся только гадать, когда он скажет, что и ты предатель. Или камни. Или небеса. Сколько раз кому-то нужно сказать про других «предатель», прежде чем он поймёт, что его понятия о верности и измене довольно странные?

— Он Легат. Это наш долг… — начала Адама, отводя взгляд.

— Ваш долг собирать магические отходы? Вести свой народ по опасному пути? — резко спросил Лансер. — Из Грифмарка они, или откуда-то ещё, ни к кому из нашего народа нельзя так относиться. Это оскорбление для всех наших племён. Ты сама сказала, что не должна быть здесь. Атоли должны быть на твоих островах. Я думал, что знаю, зачем он привёл вас сюда, но теперь я не знаю ничего. Теперь все его помысли лишь об Отродьях.

— Я… я терзаюсь сомнениями, — призналась Адама. — Столь многое сделано. Когда появились Дети Койотла, они были сильны, но немногочисленны и легко управляемы. А теперь их так много. По десятку на каждого из нас. И новые прибывают каждый день! Они следуют лишь своим собственным странным порядкам, а мы остаёмся, чтобы собирать для них оружие, чтобы драться и собирать всё, что он велит, будто мы какие-нибудь собаки. А если кто-то приходит к нам из Эквестрийских поселений, таких сразу порабощают. Наших же зебр!

Лансер вздохнул.

— И что же, Адама, зебры собираются с что-нибудь с этим делать?

— А ты? — огрызнулась она. — Ты сбежал. Предал нас. Ты проклят!

— Это правда, — кивнул он. — Мы освободим пленных и Хаприка отвезёт нас в безопасное место.

— Я не очень хороший летун. Мне лучше удаётся быть няней. Я бы очень хотела вернуться к своей работе. Учить юных пони алфавиту. Математике. Гаммам.

— Ооо! Она будет учить меня петь! — пискнула Маджина и, вскочив на повозку, набрала в грудь воздуха.

Секаши прижала копыто к её губам, заставив замолчать.

— Тише, сердечко моё. Мне бы пока не хотелось, чтобы ты проверяла свои дротики на Детях Койотла.

Ничуть не испугавшись, Маджина принялась танцевать на повозке, беззвучно шевеля губами.

Адама ошалело таращилась на это представление.

— Вы все безумцы.

— В этом месте переизбыток безумия, — ответил Лансер. — Есть ли среди Оставшихся кто-нибудь достаточно храбрый, чтобы бросить вызов моему отцу?

Зебра отвела взгляд, постукивая копытами по древку гарпуна.

— Возможно. Может быть. Позже. После того, как будет разрушен город. Когда вернётся Дева… если она вернётся… в чём нас всё время уверяет Легат. Но нужно учитывать и Предвестников. Сотни хорошо вооружённых, сытых, организованных пони. Они стоят лагерем неподалёку и ждут. Наблюдают. Выбирают момент для атаки! Пока они там, мы не можем уйти. Только не сейчас, когда мы так близки к уничтожению этого нечестивого места.

— И по мере того, как растёт число Предвестников, прибывают и новые Дети Койотла, — заметил Лансер.

Кобыла поморщилась.

— Если б я могла, я взяла бы Тыкалку и покинула это место. Я так жажду снова слушать, как морские волны разбиваются о скалистые берега. Выслеживать акул вдоль рифов и отмелей. Этот дождь… этот нескончаемый шторм… это не правильно. Но если я попытаюсь сбежать…

Лансер провёл копытом по шрамам на своём лице.

— Я знаю.

— Ты зовёшь своё копьё «Тыкалка»? — с любопытством спросила Маджина и четыре пары глаз уставились на кобылку. Адама залилась краской и прижала гарпун поближе к себе. Маджина же ухмыльнулась и помахала духовой трубкой. — А это Мистер Засоня. Потому что он укладывает всех спать.

Адама чуть расслабилась и несмело улыбнулась.

— Вы кажетесь… счастливее… будучи проклятыми, Импалии, — сказала она, глядя на троих зебр.

— Иногда, когда ты знаешь, что хорошенько проклят, это огромное облегчение, — ответил Лансер с усталой улыбкой. — Как говорит моя мать. Иногда это ещё большой вопрос, кто проклят, а кто нет.

— Погодите! — Мадижна переводила взгляд с Лансера на Адаму. — Кто такой Импалии?

— Это его имя, — ответила Секаши. — Лансер — это прозвище его отца.

— Значит… Лансер… Тыкалка… Импалии… Адама… — бормотала Маджина, постукивая себя по подбородку, прежде чем её изумрудные глаза широко распахнулись. — Погодите. Между вами двумя что-то есть?

Лансер и Адама немедленно покраснели и Маджина расплылась в улыбке.

— Ну, я же не всегда был на миссиях, — буркнул Лансер, защищаясь.

— Не всё время? — возразила Адама и вдруг, шагнув ближе, зебра обвила его ногой за шею и притянула к себе. — Мне было так грустно, когда тебя изгнали, — призналась она и решительно прижалась губами к его губам, от чего суровый воитель зарделся пуще прежнего. Хаприка прикрыла лицо Маджины крылом, но юная зебра раздвинула потрёпанные перья и всё равно подглядывала.