Гера
Шрифт:
В первое же хмурое утро, выпавшее на середину октября, Аня, распрощавшись со Светой в центре города и случайно взглянув в сторону ресторана «Парис», узнает Шубина. Тот выходит из такси и направляется ко входу. И может, под пристальным взглядом Ани, тоже оборачивается в ее сторону, и их глаза встречаются. Впрочем, девушка, остановившаяся посреди тротуара, не могла не привлечь его внимание…
Она, словно качнувшись к нему, делает шаг. И Шубин подходит с улыбкой. Он красив и по-прежнему производит впечатление «интеллектуала». Его лицо бледно и утонченно…
Но зачем он в Киеве?
4. ХОЛОДНОЕ БЛЮДО
– Ты в Киеве? Или я в Москве? – усмехается Аня.
Шубин подходит и по-дружески целует ее в щеку.
– Анна? Рад тебя видеть. Притом – абсолютно случайно. Как всегда с тобой бывает…
Берет ее за руку.
– Пойдем – пообедаем вместе.
– Ты по делам?
– Какие дела в воскресенье? Отдыхаю здесь. Понравился мне Киев. Еще с тех пор…
Напряженности нет. Шубин мил, как и прежде. Мил, как и до их близости. Мил, как и до их разрыва. Мил, как и до гибели Герасимова.
– Что за фокус был с Дарко? – спрашивает все-таки Аня.
– Ничего об этом не знаю. Ты говорила тогда что-то, но я толком не понял.
Снова отбивные, картофель, салаты. У Шубина неизменно хороший аппетит и неизменно ровное настроение. Он приглаживает рукой темные волосы и вглядывается в нее.
– А ты… как?
– Все хорошо.
– Встречаешься с кем-то?
– Да.
– Все серьезно?
– Пока не знаю.
– Значит, замирили? – он белозубо улыбается.
– Есть вещи, которые нельзя прощать…
Она отворачивается от его лица.
– Например?
Шубин оставляет вино и пристально всматривается в нее.
– Что ты имеешь в виду?
– Он погиб. Там, за границей где-то. Его убили попросту, разве нет?
– Откуда столь неутешительная информация?
Аня молчит.
– Это, так сказать, инфо для общего пользования: для Витковского, для родных, для наших и ваших служб, чтобы не искали. А мне, например, известно, что Герасимов жив-здоров и хорошо себя чувствует. И я с него даже денег не взял – заметь! Хотя я лично в курсе, и уже мог бы землю рыть. Но не рою. Мне лично резону нет.
– Он жив? – не может поверить Аня.
– А что это для тебя меняет? – удивляется Шубин. – Ты как вдова живешь, так и живи.
– Но я люблю его… Где он?
– Ты начала другую историю. Зачем тебе прошлое? – не может понять Игорь.
Снова начинает что-то жевать, изредка бросая взгляды на ее побелевшее лицо.
– Зачем тебе его искать?
– Он в тюрьме?
– Абсолютно. Свободен, как ветер.
– А Международная амнистия?
– Для них он тоже погиб – где-то в Европе. Там даже останки нашли. Как бы ты плакала, представляю!
– Значит, он не в Европе?
– Есть еще разные материки… улицы, дома, и города, и стены… Кто это поет? Смешные такие ребята…
Шубин паясничает. Ее грусть явно веселит его. Может, это его маленькая месть… месть, на которую он не решался раньше.
– А ведь ты всегда любила его… И теперь – вдруг шаги Командора. Донна Анна? А Анна тут с любовником развлекается. Как зовут твоего парня? Вот тебе… и вечная любовь. А, может, Гере уже и доложили, и он пошел бросаться в море с утеса. Он же парень горячий… Стоит себе сейчас на краю пропасти, а мы тут свинину едим с картошкой и грибами. Нет в жизни справедливости, да?
Аня понимает, что Шубин издевается, но его слова – даже помимо его воли – ранят больно.
Если Герасимов жив, почему не пытается связаться с ней? Ведь она обещала, что будет с ним, если он спасется. Может, он и спасся только для этого… только ради нее. А потом за ней следили, и он не мог к ней приблизиться. Если он вообще в Украине…
Все в один миг становится так сложно, что она теряет интерес и к еде, и к дальнейшему разговору с Шубиным, и к запланированному на вечер свиданию с Владом.
В то же время мир вокруг не изменяется: Шубин продолжает есть и пить вино, музыка продолжает играть, лампы продолжают жарко сиять, освещая публику в дорогих одеждах. Шубин, как обычно, выбирает известные рестораны. С кем-то даже здоровается мельком и не очень внимательно.
– О чем задумалась, Донна Анна?
– Прекрати, Игорь. То, что ты говоришь, совсем не весело.
– Не понимаю, почему. Как это тебя касается? Теперь? Столько времени спустя? Ты уже похоронила его в своих мыслях, не будешь же ты после этого искать его? Или собираешься ждать вечно? – он улыбается и пожимает плечами. – Не думаю, что в этом есть смысл.
– Он любит меня.
– Ты уверена?
– Уверена.
– Хотел бы я быть так же уверен хоть в ком-то. Если бы я знал, что это лишит тебя покоя, не возвращал бы его к жизни – в твоем сознании.
– Спасибо, что вернул, – благодарит она запоздало. – Это важно для меня.
– А кто твой парень?
– Просто парень. Программист.
– Красавчик?
– Да. И умный малый.
– И как вы познакомились? По Интернету? Эти хакеры вечно висят в Сети.
– Нет. Он пришел лечить зуб…