Шрифт:
Серия
1 книга «Лабиринт»
2 книга «Гаюс»
Создание искусственного интеллекта может стать последним технологическим достижением человечества, если мы не научимся контролировать риски.
Стивен Хокинг
1. Индра
– Ты чего такая спокойная? – хихикнув поинтересовался Влад и, взяв кусок пиццы, положил его на тарелку. – Держи!
– Спасибо, – поблагодарив юношу, девушка взяла кусочек с тарелки.
– Ты ведешь себя, как робот-сиделка, что находится у Марка дома. Его дед уже почти не встает, только и делает, что ворчит. А вот эта сиделка, ну я имею в виду робот, симпатичная дамочка, словно из мультика «Любимый во франксе», ну это как её…
– Зеро Ту, – подсказала Зоя и поставила перед Ириной большой стакан с колой.
– Спасибо.
– Вот ты видела, что она сказала?
– А что такого? – удивилась Ирина и пододвинула поближе к себе тарелку с пиццей.
– Ты ведь ее не любишь, знаю, что обожаешь с ананасом, а я тебе что дал?
– Колбаса…
– Вот именно колбасу, и ты еще говоришь спасибо, точно, как Майя, ну это робот-сиделка у Марка. Та вечно говорит: спасибо, благодарю, извините, виновата, простите, хорошо и еще кучу глупостей!
– Но она же робот, у нее такой интеллект, и она не должна спорить с больным, – заступилась за сиделку Зоя.
– А вы знаете, что я в прошлый раз сделал? – девочки отрицательно замотали головами.
– Показал ей голый зад!
– Фи… – возмутилась Зоя.
– Зачем? – поинтересовалась Ирина и отодвинула от себя тарелку с пиццей.
– Хотел проверить, что она мне скажет.
– И что? Поставила укол или отшлепала, а может натянула твои рваные трусы?
– Не рваные! Я не ношу трусов! Ладно, нечего уходить от темы. Ее стекляшки просканировали и сказали, что у меня прыщи, сухая кожа от переохлаждения и их надо два раза в день смазывать йодом, а лучше салициловой мазью. Вот, – и юноша достал из сумки розовую упаковку.
– Ты воспользовался ее советом?
– Майя же медицинский робот вот и…
– Да вы в своем уме! – возмутился Влад и спрятал упаковку мази. – Эта железяка даже не возмутилась, прямо, как ты! – и юноша, положив на тарелку кусок ананасовой пиццы, пододвинул ее к Ирине.
– Спасибо.
– Опять! Ты и правда ведешь себя, как Майя.
– Хочешь, чтобы смазала твои прыщики?
Зоя, услышав это от подруги, рассмеялась.
– Да нет, просто ты ведешь себя как-то странно, вот и говорю.
– Ирина знает, что ты козёл, поэтому не хочет тебя обидеть. Верно? – спросила Зоя у Ирины.
– Вот спасибо, от тебя такого не ожидал. Держи, это фанта, а не кола, ты ведь её любишь?
– Спасибо, – уже не первый раз поблагодарила юношу девушка.
* * *
Дом Ирины. Лаборатория.
Мужчина второй час, не вставая с кресла следил за монитором, на котором мелькали картинки широкого шоссе, уходившего в сторону небольшого городка Тосно, что под Санкт-Петербургом. Его воздушный дрон летел на автопилоте. Это была восьмая попытка проникнуть за кольцо и своими глазами увидеть, что происходит в городе, где проходил эксперимент «Идрис». Он уже видел поля Новолосина. В этот раз Кирилл направил дрона через массив Черная Грива, отсюда еще не пробовал проникнуть. Поля сменились пустошью, еще минут пять, и он достигнет цели.
– Чёрт! – выругался мужчина, когда изображение на экране зарябило, а после пропало. – Они его сожгли. Значит с воздуха всё закрыто, хорошо обложили, а если я в следующий раз подымусь выше? Нет, бесполезно, всё равно достанут! Да и что мне там смотреть? Мне нужно в город, но как?
Мужчина поднялся, расстроенно посмотрел на чёрный монитор, потянулся и, хрустнув суставами, пошёл на кухню, чтобы включить чайник.
– Да, милая, они уже приступили к пятой фазе, «Гаюс», – Кирилл подошёл к книжной полке, посмотрел на фотографию молодой женщины и, кивнув ей, пошёл дальше. – Они всё же решились, это очень плохо, возможно они уже…
Кирилл не закончил фразу, повернул голову и повторно посмотрел на портрет рыжеволосой женщины. Она была его женой. Он учился в МФТИ и только на курсах Andrew Ng где изучали алгоритмы нейросети на основе GPU, встретил невысокую девушку. В первый же день поругались: Анна доказывала, что на основе нейросети будет строится сознание искусственного интеллекта, а он пытался доказать, что машинный мозг должен идти по пути человеческого сознания, – от простого к сложному.
Если алгоритм решения задачи известен, сам процесс решения становится почти автоматическим, он под силу и вычислительной машине, и роботу – надо только выполнять действия, предусмотренные инструкцией-алгоритмом. Но это будет машина, а не сознание. И всё же Анна оказалась права, первые проблески машинного мышления были заложены в объединение сотни нейросетей в одну структуру. Да, это был не мозг человека, но машина могла рассуждать, писать стихи, творить и как ни странно мечтать.
– Ты как всегда права, но это не человек, и ты первая обратила внимание на искажение в поведении у Рипли, – так звали первую модель с искусственным интеллектом. Хотя до человеческого интеллекта ей было далеко и всё же она поставила в тупик учёных.
Через год экспериментов машину отключили, она впитала в себя не только лучшее от человека, но и всё то, что он хотел от неё скрыть: ложь, гнев, страх, жадность, безразличие, ненависть, стыд… Эмоций было так много, что пришлось создавать специальный алгоритм, что прописывался изначально в память цифрового интеллекта. Без первичного фильтра машина не могла работать. Тейла, пришедшая на смену Рипли, была нежной, если так можно было сказать. От этого она стала слишком скучной, пришлось подкорректировать алгоритм эмоций. Потом были Арина, Дэнна, Илзе, Лола, Тая, – всем давали женские имена. И только Эмбер справилась с этой задачей. Она могла разговаривать часами, не все темы ей были доступны, но машина вела себя, как человек: могла засмеяться, заплакать, обидеться и даже разозлиться. Она была более человечным чем сам человек, – вот тогда Анна испугалась и предупредила Кирилла о последствиях.
Его жена заболела. Это было неизбежно. К тридцати годам из-за экологии и в дань моде, многие люди так сильно меняли свои тела, что оставался живым только мозг, и он ещё назывался человеком. Но Ирина была категорически против изменения в своём теле. Под Новый Год её увезли в больницу, через месяц остановилось сердце, – насосы нагнетали голубую кровь. Болезнь «Глинда» проникла в нервные волокна, если рак можно отсрочить, то с этой заразой ещё не научились бороться. Анна долго умоляла судью дать ей право на эвтаназию, максимум полгода и её мозг даст сбой, а через год её тело превратится в «овощ». Тогда её отключат, но зачем ждать, когда исход был предрешён.