Флора
Шрифт:
И ароматны, хоть подвяли.
Они – надёжней, чем мечты,
Нас зазывающие в дали.
Но льёт поток, летит стрела,
И мы – пройти стремимся прямо;
А жизнь, которая была,
Ум кружит нам, как панорама.
25.10.17
Сдача
Уныние, отчаянье, смиренье,
А там – прыжок в другое измеренье.
Давай, дружок, нацелимся в кружок,
Чтоб цель имел условную прыжок.
Дубы и ели далеки от цели,
Преуспевая в деревянном теле;
Но тело истончив, нащупав дух,
Его мы испускаем звуком "пух".
Что' там найдём? Забвение? Работу?
Какие небеса нужны по счёту?
Седьмые, потому что там семья?
Иль третьи – чтоб растроенное "я"
Объединить?.. Увы, ничто не мило,
Не знаемо. Сквозь слёз – одна могила
Видна, и наплывает тёмный сон.
Бог милостив. Я слаб. Сдаюсь в полон.
28.10.17
***
Леса мои, вы столь красивы!
Я так стремлюсь из бездны к вам,
Туда, где стройные мотивы
Сливаются в победный храм!
В вас нет тоски, в вас нет обмана.
И жизнь и смерть – равно' легки
На фоне вечного экрана,
Где зелень крон и синь реки.
28.10.17
Двойной лес
Может быть, избыток сырости
Даст в лесу чему-то вырасти?
Может быть, до нас с небес
Тоже дорастает лес,
Сверху вниз струится травами,
Длинными и величавыми?
Узью поражая ширь,
Капли в лужи – нырь да нырь.
И в двойном лесу скитаюсь я,
Дном – наощупь пробираюсь я;
И дождёвый шум и плеск -
Как древесных почек треск.
30.10.17
Тёмное
Не бойся лютую собаку,
Но дрейфь быть съеденным тоской.
Послушно привыкая к мраку.
Мысль облекается в покой.
Теки себе, как уж мокрющий,
Минуя чёрные стволы,
В те неизведанные пущи,
Где все поляны как столы,
Накрытые для свадьбы вышней,
Где сытость вровень с красотой;
И тот за тем столом не лишний,
Кто смог смириться с темнотой.
30.10.17
Радикальное
В асфальте жёлтом чёрные огни
Размазаны как сливочное масло.
Ложись скорей и что-нибудь присни,
Пока душа в суетах не захрясла.
Нас небо поливает как ростки,
Без влаги – мы засохнем и остынем.
Не свойственны ли приступы тоски -
Как нам – упругим перцам, плотным дыням?
Пройдя свой пик, плоды приносит цвет.
Цвести и зреть – вот истинное дело.
Бесстрашным будь и жертвенным, поэт,
И Богу отдавай себя всецело.
31.10.17
***
Корысть и жажда власти – тоже кони,
На них умеет кое-кто скакать.
Но я ни состязанье, ни в погоне
На место не могу претендовать.
Я – чистый миф, бесплодное влеченье,
Чистопородный делатель чудес,
Естественное снизу вверх теченье,
Похожее на луг или на лес.
31.10.17
***
Ноябрь располагает к прозе.
А впрочем, главное – контраст.
На сером фоне алой розе
Кто предпочтенье не отдаст?
На мёртвом злая плесень хором
Растёт и пахнет. Смело в ход!
Увлечь всех смертных разговором
О необычности высот…
Увлечь. А там… Пусть Бог рассудит.
На мир – надежды никакой,
Он – сам себя живит и губит,
Пьёт, жрёт и мается тоской.
10.11.17
Скатывание
Вся натура жёлто-бура,
Лес промозглый глух и мглист.
Мира круглая фигура
Катится под куст, как лист.
Катится, летит сквозь время
И материю, и пр.
Словно в язвах, мира темя -
Всё в воронках чёрных дыр.
Я сажусь в свой гроб удобный
И на нём качусь с горы.
Всё, что мы принять способны -
Это Божие дары.
14.11.17
***
Вдруг потеплело, и весной запахло.
Осенней, странной, сумрачной весной.
Тих и прозрачен бунт натуры чахлой,
Готовящейся лечь под белый слой.
Бурьяны седы, дерева безлисты.
Едва-едва отыщешь птичий свист,
На юге гастролируют артисты.
Но воздух – влажен, радостен и чист.
Немного света и немного речи
Сквозь облако, сквозь серо-сизый флёр;
И вот уже садится плавный вечер,
Как на подушку, на земной простор.
Тепло и тихо. Дрожи нет, и спешки
В укрытье нет. Мы можем подождать,