Чтение онлайн

Двери закрылись. «Собака» пришла в движение, набирая ход, и с гулом унеслась прочь.

Сейчас мы уже точно знаем: Катуар стал для серийного убийцы Фишера местом, где все началось и была пролита первая кровь.

Он мог выйти на станцию раньше или позже. Или вообще в тот день выбрать другое направление железной дороги: Ленинградское, Горьковское, Ярославское, Рижское, Курское… Но в итоге оказался на Савеловском. И решил выскочить именно здесь, в Катуаре. Как он расскажет много позже, место казалось достаточно глухим, чтобы попробовать «поохотиться».

«Ка-ту-ар», – повторяю я шепотом, чтобы другие не слышали. Растягиваю это странное слово по слогам, зачем-то пробуя его на вкус. Непривычное для нашего уха сочетание букв. Похожее на какой-то специфический термин вроде катаракты или катарсиса. Хотя на самом деле это фамилия русского купца с французскими корнями, у которого до революции в этих местах были собственные керамические заводы. В свое время Лев Иванович Катуар пожертвовал крупную сумму на строительство железнодорожной станции. Только и всего.

Это очень странное чувство – идти по невидимому следу зверя. По тем же улицам и тропинкам, мимо тех же домов, но только спустя почти сорок лет. Хотя ты понимаешь, конечно, что его шаги за эти годы перетоптаны сотнями тысяч, если не миллионами других ног. Этих следов в физическом смысле уже давно не существует. Ни одна собака не возьмет.

Но я все равно иду к лесу, иногда сверяясь со схемой из уголовного дела в телефоне. Чтобы попытаться понять: как он появился в человеке, этот зверь? Мог ли он остановиться здесь, в Катуаре, одержать верх над своим «голодом» и не принести людям столько горя, не творить со своими жертвами те ужасные вещи, от которых рвало даже повидавших многое следователей и оперов? А еще я пытаюсь понять, как же ему удавалось больше шести лет прятаться, путать следы и ни разу не попасть под подозрение, хотя его искали всей областью.

Он один из самых отмороженных серийных убийц, действовавший на стыке эпох – в период заката СССР и первые годы «демократии».

«Фишер», «Удав» – так этого монстра называли те, кто несколько лет пытался его найти. А люди, которые все время были рядом, ни о чем даже не догадывались. Он каждый день ездил на работу. По праздникам (редко и без удовольствия, только для маскировки!) выпивал с друзьями. Копил на машину. Прикидывал, как будет строить секретный бункер для пыток. И тихо упивался своей анонимной славой, осознанием того, что стал для большой Московской области настоящим ночным кошмаром.

19 апреля 1986 года, суббота.

Сегодня всюду проводили субботник, поэтому с работы их отпустили пораньше. В Катуар он прибыл в четвертом часу дня. Приезжал он сюда уже не в первый раз. Сначала исключительно на разведку, подолгу блуждал в лесу, подмечая разное. Выяснял, есть ли укромные места, как часто здесь ходят люди. И постепенно выработалось несколько маршрутов. Словом, Катуар стал одним из тех «угодий», которые он давно присмотрел для «охоты на подходящих мальчиков». Так он это называл.

Правда, в предыдущие приезды не удалось найти надежный маршрут – без риска сразу засветиться.

Выйдя из электрички, он побрел вдоль железной дороги в сторону станции Трудовая. За поселком начинался лес, изрезанный тропинками. Идеальное место!

В тот день он постарался одеться незаметно, неброско: темная куртка, джинсы, резиновые сапоги. На плече – черная полуспортивная сумка из кожзама с длинным ремнем, такие начали входить в моду.

И все самое ценное находилось как раз в этой сумке: нож, опасная бритва с пластмассовой ручкой, капроновая веревка и бинокль – уже и не вспомнить, чей это подарок на день рождения, полученный еще в школьные годы. Любимая бабушка, кажется, подарила. Мальчишка этой оптикой тогда побаловался буквально пару раз, а потом она много лет валялась дома без дела. Зато теперь внезапно стала незаменимой вещью на «охоте». В бинокль можно издалека высматривать детей, не сближаясь с ними.

И у ножа, кстати, тоже особая история. Во время одной из предыдущих поездок он набрел на свалку в лесу между Катуаром и Трудовой. Проходил мимо и увидел лежащее в мусоре лезвие вроде как от кухонного ножа. Зачем выбросили? Вещь-то приличная. Забрал с собой. Потом уже, в домашних условиях, немного укоротил, обточил, сделал ручку. А бритву, которая сейчас лежала на дне сумки, он купил специально для таких случаев.

Готовился. Планировал. Рассчитывал.

Эти места в окрестностях Катуара он уже давно подробно изучил. Перед лесом, прямо под висящими высоко проводами ЛЭП, было футбольное поле с воротами из хилых бревен. Там иногда играли ребята. Но эти ему неинтересны, потому что их слишком много. А нужен всего один, без никого. Подальше от домов и посторонних глаз, в каком-нибудь тихом месте.

Такие одиночки ему пока на лесных тропинках не встречались. Зато регулярно попадались взрослые: кто на прогулку вышел, кто через лес сокращал дорогу с работы. Он старался не привлекать внимания. Ни с кем не заговаривал, видя идущих навстречу людей, опускал голову. Ну идет себе какой-то человек по тропинке и идет.

Так он проплутал около часа. В одну сторону прошел, потом в другую, затем опять вернулся к Катуару. Когда двигался по дороге, выложенной из бетонных плит, увидел, как к лесу едет на велосипеде мальчишка лет 13–14.

Открыто догонять не стал. Если кто-то вдруг со стороны смотрит, бегущий за великом мужчина наверняка привлечет внимание. И просто пошел следом, приметив, куда именно повернул велосипедист.

Через несколько минут он его нагнал. Мальчик поставил велик у дерева и курил, стоя к тропинке лицом, поглядывал, чтобы знакомые взрослые не застали его врасплох.

Вот и он постарался оценить обстановку: почки на деревьях еще не распустились, стволы и ветки совсем голые – стоящих здесь могут увидеть издалека. Мужчина достал из пачки сигарету и помахал подростку рукой: мол, подкурить надо! Мальчик отреагировал совершенно спокойно. Подходящий к нему незнакомец никакого подозрения не вызывал. А тот второй рукой незаметно раскрыл молнию на сумке и нащупал рукоять ножа. Осмотрелся по сторонам – нет ли ненужных свидетелей, резким движением шагнул к своей жертве и схватил за одежду. Держал крепко – не вырвешься.

Школьник попытался отбиться, дернулся, но, увидев в руке у «дяденьки» лезвие, присмирел.

«Бери велосипед. Пошли в лес. Поможешь!» – приказал взрослый.

Мальчик не рискнул закричать, не попробовал вырваться. Покорно покатил велик, куда указал незнакомец, – в глубину леса.

Леша Чалов был не местный. Шестнадцатилетний школьник регулярно навещал в Катуаре бабушку и дедушку. Сам он с родителями жил в Долгопрудном – это восемь станций и 25 минут на электричке в сторону Москвы.