Финал
Шрифт:
– Малинин! – Левински увидел сидящего на останавливающейся броне Димку. – Пленного к медикам! – Он кивнул в сторону расстеленного на истоптанной копытами земле куска брезента, возле которого возились с чем-то двое престарелых бойцов и оба ученых доктора Иванова. – Я жду подробный доклад! Немедленно! – Он вышел в эфир: – Док! Они здесь. Возвращайтесь!
Димкины солдаты потащили раненого пленного к медикам, и Димка разглядел, что те возятся с самым первым пленным заром. Это он лежал на брезенте, и, похоже, всё ещё был без сознания. За ними, метрах в двадцати, обнаружился доктор Иванов в компании зара Максима и его неизменных сопровождающих-морпехов. Следопыт что-то рассказывал знаменитому ученому, то указывая на следы, то хватая рукой лепешку лошадиного кала и разминая в пальцах отломанный от неё кусок. Получив вызов полковника, вся компания немедленно направилась к Левински. Димка горестно вздохнул. Сейчас он опять окажется крайним, и на этот раз даже доктор Иванов, который всегда на его стороне, сочтет Димку виноватым. А в чем его вина-то?!
– Докладывайте, Малинин! – сурово изрёк полковник, и Димка подробно изложил произошедшие события, старательно упирая на проявленное своим отрядом рвение и трагичность стечения обстоятельств.
– Перестаньте нести чушь, Малинин! – осадил его Левински. – Какое, к дьяволу, стечение обстоятельств вы в этом увидели?! Зары заранее подготовились к нашему появлению! Веревки, прикрепленные к окнам, были замаскированы под ползучие растения! Ловушка для БМП отрывалась не один день! Проходы для побега пленных были выкопаны и тщательно замаскированы! Они готовились! А вот вы к их уловкам готовы не были!
Димка мгновенно сник, понимая, что решение о том, кто виноват, уже принято. И глупо говорить, что его взвод никто не предупредил о том, что местные зары настолько коварны. Наоборот, капитан Моисеенко перед началом операции сказал, что за двадцать пять лет зары выдрессированы и ведут себя тихо! И вообще, разве Димка виноват в том, что БМП угодила в ловушку? Он же не водитель!
– Перед началом операции капитан Моисеенко объявил, что местные зары неопасны, – от обиды Димка решился выложить свой единственный и довольно сомнительный козырь. Если полковник встанет на сторону Моисеенко, то Димке точно несдобровать.
– Раньше так и было! – неожиданно подтвердил Левински. – Мы многое сделали для этого! И они не могли самостоятельно додуматься до всех этих ловушек и прочего! Это слишком сложно для их примитивного уровня развития! Их кто-то научил! Но вы, Малинин, упустили пленных, и я не могу выяснить, кто это сделал! – Он обернулся к зару Максиму: – Докладывайте!
Разодетый в одежды из шкур зар-следопыт приложил руку к каске, выполняя воинское приветствие, словно свой среди своих, но Димке сейчас было не до смеха.
– Они увели отсюда лошадей больше месяца назад! – сообщил Максим. – Следы здесь совсем старые. С тех пор прошло много дождей, на улице следов не осталось совсем, нет ничего…
– Полковник, сэр!!! – взвизгнул один из медиков, отпрыгивая от доставленного Димкой раненого зара. – Он мутирует! Сэр, раненый пленный мутирует!
Толпа, вяло суетившаяся вокруг импровизированного лазарета, проворно отхлынула в стороны, и Димка увидел бьющегося в конвульсиях зара. Получивший пулю в живот пленный дергался и хрипел, но кровавую пену изо рта не пускал, что являлось прямым доказательством мутации, а не смерти. Димка наскоро прикинул, как долго они добирались до полковника. Выходило, что с момента захвата зара как раз двадцать четыре минуты и прошло.
– Убейте его! – коротко бросил Левински на английском. Двое престарелых морпехов выпустили по корчащемуся зару пару очередей, расстреливая область сердца, зар затих, и полковник заявил: – Теперь наше пребывание здесь затянется. Нам нужен пленный для допроса, и мы не уйдем, пока я не получу его. Майор! – Он обернулся к одному из своих престарелых офицеров: – Свяжитесь с десантным кораблем! Мне нужны оба вертолета и ремонтная команда! Что с машиной Моисеенко?
– Пытаются вытянуть из ямы, сэр!
– Оставьте здесь одну БМП, – полковник скрыл раздражение, – остальных направьте к месту инцидента! Я хочу, чтобы машина Моисеенко была на поверхности через час! Сделайте это!
– Да, сэр! – Престарелый майор козырнул и принялся раздавать указания в эфире.
– Полковник Левински! Сэр! – К Левински подошел один из медиков. – Раненый приходит в себя!
– Вы же сказали, что он в коме, выводить из которой его придется несколько дней!
– Так и было, сэр! – подтвердил медик. – Но после мутации сородича он начал подавать признаки жизни! Я думаю, это действие инстинкта выживания! Подсознание уловило хрип мутанта в непосредственной близости и мобилизовало…
– Достаточно, капитан! – прервал его Левински, направляясь к походному лазарету. – Я хочу провести допрос сейчас же! Майор! Переводчика ко мне! Малинин! Обеспечьте оцепление!
Димка велел Абдулле расставить солдат для кругового наблюдения и поспешил за полковником. Если зар очнулся и расскажет, где ещё можно провести зачистку, то у Димки есть шанс реабилитироваться за проступки, в которых он не виноват!
Очухавшийся зар заговорил не сразу. Поначалу он долго приходил в себя, не мог понять, где находится и что происходит. Потом медики дали ему нашатыря, он обрел активность, но тотчас сжался в позу зародыша, обхватив голову руками, и что-то испуганно верещал. Скорее всего, умолял не убивать или не бить. В конечном итоге полковник прекратил его истерику выстрелом в воздух. От близкого грохота зар замер, сжавшись ещё сильнее, и заткнулся. Над ним склонился переводчик и с минуту что-то говорил на непонятном языке с угрозой в голосе. Зар не реагировал, и он кивнул ближайшим морпехам. Престарелые бойцы схватились за штурмовые винтовки и хорошенько отходили дикаря прикладами. Зар вскрикивал от боли, но говорить не желал.
– Полковник, сэр! – встрял зар-следопыт Максим. – Скажите врагу, что отрежете ему правую руку, если он не заговорит, и отпустите на свободу одноруким! Этого все очень боятся! Без основной руки он своим соплеменникам не нужен. У него не будет ни добычи, ни женщин!
Левински коротко кивнул своим людям, и те набросились на зара впятером. Дикаря схватили за конечности и распластали по земле, после чего пятый морпех вытащил нож и красноречиво приставил его к локтевому суставу зара. Переводчик прокомментировал его действия, и зар тут же разразился длинной скороговоркой. Допрос продолжался минут пятнадцать. За это время все БМП, кроме полковничьей, собрались возле ловушки и возились с освобождением из неё машины Моисеенко, а с десантного корабля сообщили о вылете ремонтной бригады. Наконец, переводчик закончил и коротко пересказал Левински содержание полученной от пленного информации.
– О мистере Фишере он ничего не знает, – доктор Иванов любезно переводил английскую речь переводчика на русский для Максима, Димки и остальных. – Дирижабля не видел, но слышал о нем от заров из соседнего племени, данный летательный аппарат был замечен ими где-то в глубине острова. Он утверждает, что никаких контактов у местных с дирижаблем не было, так как местные считают все летательные аппараты оружием Конфедерации Готланд, и потому боятся их и всячески избегают. Он сказал, что от дирижабля все прятались. Но противостоять нам их действительно научили…