Fallen
Шрифт:
Маленькая коробочка с золотым кольцом и сапфиром, цветом напоминающим о моих глазах, очутилась в руках любимого. Он вновь сделал предложение. Элла с радостью приняла его. Я была счастлива за них, даже не понимая до конца, что теряю любимого окончательно. Эта миниатюрная брюнетка становилась для него миром, а я становилась не нужна...
Той ночью я была очень настойчива. Мне необходимо было сказать прощальные слова любимому. Демьен пустил меня в свои сны.
– Почему ты решила уйти?
– как обвинение бросил он.
– Ты уже сам понимаешь, любимый, что я больше здесь не нужна. Ты научился жить без меня. Чтобы стать счастливым, ты должен сказать мне «прощай».
Я прятала глаза, потому что мои слезы он мог понять не так... Они могут все испортить.
– Я увижу тебя когда-нибудь?
– с надеждой спросил он, пытаясь приблизиться.
Я отступила на несколько шагов назад, рискуя исчезнуть, так и не сказав последних слов.
– Несомненно увидишь, - улыбнулась я.
– В наших кафе и барах, в зеркалах и вещах, которые мы выбирали вместе, на фотографиях в альбомах, где я улыбаюсь... Я всегда буду в твоей памяти, а большего тебе и не нужно, Демьен.
Я умолчала о похоронах, где он увидит мое лицо в последний раз. Он не должен знать, что я не просто ухожу от него в никуда и уже не смогу вернуться никогда. И даже попав на небо, он никогда не встретит меня…
– Жени, я люблю тебя, - прошептал парень, разрывая мне сердце в клочья.
– Прости меня за все, - прошептала я и шагнула в тень.
Слезы не помогут нам расстаться, мое ответное признание уже ничего не изменит.
Лион, Франция
Сентябрь, 2018
Имела ли я право приходить к Демьену, после того как очнулась? Имела ли право звонить ему, после того как попрощалась? Я считала, что, несмотря на последнее признание, любимый сделал свой выбор и ломать ему жизнь мне нельзя.
Ангел, когда-то пытавшийся забрать меня на небо, появился в палате через час после нашего общения с любимым. Он сказал, что я выполнила условия для возрождения: я перестала держать возлюбленного. Я смогла порадоваться его счастью без меня, что и было истинным освобождением от бремени бестелесного существования.
Я осталась на земле, чтобы быть с любимым, но, чтобы выжить, мне нужно было отказаться от любви…
Родители были счастливы, когда я открыла глаза. Я продала квартиру, не выходя из палаты, чтобы покрыть их долги за дом. Я запретила близким говорить о моем возвращении и настаивала на том, чтобы они сказали всем о моей смерти. Кажется, они не послушались.
Меня довольно скоро отпустили из больницы, прописав столько препаратов, сколько, наверное, не пьют даже престарелые люди. Однако врачи были уверены, что, начав жить заново, я излечусь быстрее.
Когда-то с Демьеном мы говорили, что самым прекрасным городом для, того чтобы начать все сначала, будет Лион. Именно туда я и уехала, боясь встречи с любимым на улицах Парижа.
Я устроилась работать учительницей в лицей для девочек, где взяла самых маленьких и несмышлёных. В них я находила отдушину, хотя по ночам все также глотала слезы по любимому.
Однажды я даже смалодушничала и набрала его номер телефона, но какой-то женский голос сказал, что Демьен больше там не живет. Я потеряла единственную ниточку, связывавшую меня с любимым, но, видимо, так оно и нужно было. Мы расстались навсегда, я выжила, но это мало что значит.
Темноволосая девчушка скромно стояла в углу. Я подошла к ней и протянула руку в знак приветствия:
– Привет. Меня зовут Женевьева. А тебя?
– Элла Женевьева, - тихонько проговорила девочка, подняв на меня свои очаровательные зеленые глаза.
– Откуда ты, Элла?
– Папа зовет меня Жени, - потупила взгляд она.
– Мой папа тоже меня так зовет, - улыбнулась я.
– А мама как тебя зовет?
– Мама ушла на небо. Я никогда ее не видела, но папа говорит, что она очень меня любила.
– Конечно, Жени, она любила тебя, тебя невозможно не любить. Пойдем, я познакомлю тебя со всеми.
Девочка была необыкновенной. Она была скромной и веселой. Элла-Жени умела постоять за себя и очень мило улыбалась. Девчушка была невероятно смышленой и схватывала материал на лету. Я была очарована ею.
К сожалению, у нее был непутевый отец, который задержался на час. Всех детей уже забрали, когда я подошла к ней. Девочка с серьезным видом проговорила, что ее отец очень занят на работе и порой путает время. Она деловито набрала номер телефона папы и напомнила ему о себе.
Через пятнадцать минут у ворот школы остановилась поддержанная машина. Элла помчалась в объятия мужчины, совершенно забыв попрощаться. Я, удостоверившись, что с ученицей все хорошо, вошла вновь в класс.
Я размышляла о девочке с зелеными глазами, когда за спиной прозвучал мужской голос:
– Здравствуйте, извините, что задержал вас. Надеюсь, Жени не доставила…
Он замолчал, а я не могла поверить в то, что это наяву, а не во сне. Сердце затрепетало, а на глаза навернулись слезы. Неужели это реально?