Чтение онлайн

empty-line/>

СЕННАЯ, АФИША, РУБЦОВ...

Светлое спокойное лицо,

Гарь в глазах сгоревшего заката...

Говорил мне серым днём Рубцов

На Сенной, с афиши, в конце лета:

Знаешь, одиночество моё

Это муки и отрады море!

И прожить так было суждено:

Я и одиночество - нас двое.

И светлее друга у меня

Злее, откровеннее, вернее

Не было! Ревущая толпа

Уж не станет ближе и роднее!

И, проснувшись, долго вспоминал

Ясный образ доброго поэта,

И слова, какие мне сказал

На Сенной, с афиши, в конце лета...

Вырица, 21.01.2006

ВСЕГДА, ВЕЗДЕ...

Всегда, везде отчаянно храню

И в мутной дымке, стоя на пороге,

И там, когда немедленно пойду

Вперёд по нескончаемой дороге.

Я страж. Поставлен здесь: порог - стою,

Дорога ляжет мне - иду невольно,

За гул цепляюсь, пристально смотрю

Назад на поворотах, бьющих больно.

Сквозь боль и там, на пройденном пути

Храню в следах, оставленных неровно,

В тепле протянутой не раз руки,

В крестах, согнув меня беспрекословно...

Но в путь, вперёд на дымчатую даль!
–

Пора мне! Там все мысли, силы, взоры!

Того за поворотом мне не жаль -

На новые заветные просторы!

Иду. Храню в прохожих череде,

В их говорящих истину морщинах

Так просто, обращённых грозно мне,

А следом - в мыльных круглых небылицах,

В глазах, моргающих огнём в толпе

Ему... тому... и никому - в пространство,

Ему... тому... и мне, и я в огне,

И всем - в огне моргающее братство!

А ночь придёт, стою я в полутьме -

Бессонный страж - храню в глазах Вселенной...

Вот-вот рассвет и на порог уж мне,

А там пойду вперёд дорогой верной!

Храню в себе, что подарил мне Свет,

Всё то, что жизнью назвалось моею.

Храню себя в том самом же в ответ...

Ну, всё - пора!
– опаздывать не смею!

Санкт-Петербург, 18.12.2013

К 70-летию снятия блокады

СКАЛА

(из дневника победителя)

Сожжена земля под нами,

Враг последний пал у ног!
–

Баста!
– мы плывём с друзьями

Боевыми на восток!

Там, за светлым горизонтом

Ждёт родимая земля,

Город там, в порыве гордом,

Дочка, мама и жена!

И с великою победой

Мы до дома доплывём,

И за праздничным обедом

Вместе выпьем и споём!

Тех, кому встать не по силам,

Кто в боях покинул нас -

Всех помянем, к их могилам

Мы вернёмся много раз!

Много раз к ним наши жёны,

Дети, внуки подойдут -

Припадут к граниту люди,

Вдовы, плача, припадут...

Скоро город наш с тобою!

Друг, ты помнишь до войны,

Как весёлою гурьбою

Пели песни до зари?

Не могли мы нагуляться

По каналам и мостам...

Научился целоваться

На мосту... ну, знаешь сам!

Там меня с любимой летом

Повенчала вдруг Нева!

С нами ночь была при этом,

Была белой, как фата!

Скоро город наш с тобою,

Вижу уж черты его!

И, как раньше мы гурьбою

Всем смертям пойдём назло!

Вот уж шпили его взмыли,

Посмотри, друг, красота!

Даже раны вдруг заныли

Сладко!
– это неспроста!
–

Значит, радость нас закружит,

Та, что грезилась в мечтах!

Только радость эта будет

Со слезами на глазах...

Город! Город! Мы приплыли...
–

Где же город, где дома?

Здесь же люди... люди жили?

А теперь стоит скала!

Карты точные раскрыли -

Город должен быть родной!

Перепутали? Забыли?
–

Нет скалы здесь никакой!

Может, сбились, закружили

В стороне, какой чужой?

Ближе мы к скале подплыли,

Присмотрелись - боже мой!

Ничего мы не забыли -

Это город, но какой...
–

Лица жителей застыли

В камень серый и большой!

Это лица, лица, лица...

Этого не может быть!
–

Как смогли объединиться

И застыть все в монолит?