Шрифт:
========== Неизвестная науке болезнь ==========
Ночь навевала жуть. И это было странно: не к лицу богу смерти бояться темноты. Ясумура вынул из-за пазухи запищавший телефон, хмурясь, поглядел на экран. Опять приказ. Опять все будет, как в прошлый раз? Это из-за всей этой чертовщины он, офицер не самого низкого ранга, чувствует себя сейчас столь неуютно. Бросить бы все, и домой. Но нельзя.
Вот уже в который раз такое: если приказ запоздает, если дежурный не успеет к моменту появления пустого в Мире живых, он никого уже не находит. Следы реяцу остаются, совершенно отчетливые следы, но самих пустых нет, и души, на запах которых они слетаются, остаются нетронутыми. Казалось бы, все отлично: и драться не надо, и плюсы целы и по мере надобности направляются в Руконгай, но… куда же, черт возьми, деваются пустые?! Что тут происходит? Ясумура не мог этого объяснить и потому нервничал.
Синигами уже не раз направлял отчеты обо всех этих странностях, но начальство не реагировало. Скорее всего, лейтенант решил, что Ясумура просто растяпа и сам упускает пустых. Но офицер был уверен, что виной всему не его небрежность. Что-то здесь происходит. Что-то скверное. И это ощущение, будто нечто враждебное постоянно наблюдает за ним…
Подавив приступ внезапной дрожи, патрульный прыгнул с крыши в переулок. Это совсем рядом, и он должен успеть. Ну вот, отлично. Пустого еще нет, и крошечный дворик по ночному времени безлюден и тих. Теперь остается только ждать, да еще можно пока присмотреться к месту будущего сражения.
И вдруг словно невидимые стальные обручи схватили тело синигами. Они стиснули грудь, прижали руки к бокам. Бакудо? Ясумура дернулся, затрещали кости. Офицер завопил от боли и ужаса. Не в силах вырваться, почти теряя сознание, он еще ухитрился напоследок разглядеть в темной подворотне смутную человеческую фигуру. Сверкнули неприятным желтым огнем глаза. А потом нечто невидимое, но невероятно сильное сдавило горло, и редкие уличные фонари окончательно померкли.
***
У Абарая, стоящего посреди кабинета, уставившись в какую-то короткую записку, был крайне озабоченный вид. Настолько, что Бьякуя, проходя мимо него к своему столу, заинтересовался.
– Что такое? – Бросил он.
– Патрульный пропал в Мире живых, – сообщил Ренджи, задумчиво потирая подбородок. – Центр слежения пишет, что его телефон либо сломан, либо выключен.
– Так отправь другого, – Бьякуя остался совершенно равнодушен. Гибель бойцов на патрулировании никогда не представлялась событием выдающимся.
– Да нет, не в этом дело, – Ренджи еще сильнее нахмурился, не зная, как лучше выразить свою мысль. – От него некоторое время поступали странные рапорты.
– И что в них странного? – Вынужден был спросить Кучики, поскольку Абарай опять замялся и умолк.
– Ну, будто бы у него там пустые пропадают. Может быть, он просто не успевал их догнать? – Ренджи еще повертел в руках листок, раздраженно и досадливо пожал плечами. – Пока с ним не пропала связь, мне все его сообщения казались ужасной глупостью. Но теперь… даже не знаю, что и думать. Послать туда еще одного, а вдруг там… – Он снова замялся.
– Ну, отправь двоих, – рассеянно отозвался Кучики. Ситуация все еще не казалась ему заслуживающей внимания.
Ренджи озадаченно почесал затылок. В словах капитана ему чудилась явная логическая нестыковка. Происходит там что-то или нет? Если происходит, значит, требуется расследование. И вряд ли это обязанность пары обычных офицеров. Или же ничего особенного не случилось? Тогда зачем двое? Но эта мысль в голове лейтенанта не успела оформиться в слова: его размышления были прерваны самым бесцеремонным образом.
– Ребята, слышали новость!?
Сайто ворвался в кабинет так внезапно, что капитан и лейтенант только глазами захлопали от неожиданности. Бьякуя не успел сказать нежданному визитеру, что вежливость, вообще-то, требует предупреждать, когда входишь в помещение. Сайто сделал круглые глаза и провозгласил:
– Нишигаки только что сдал экзамен на капитана!
– Что? – Изумился Кучики.
– Этот придурок?!! – Взвыл Абарай.
– Кьораку тоже в шоке, – с явным удовольствием сообщил Сайто. Было заметно, что новость скорее вызвала его любопытство, чем огорчила. – Но деваться было некуда. Кто мог запретить ему сдать этот экзамен? И если он завалил битву с тобой, – он кивнул Бьякуе, – почему ему нельзя было пойти обычным путем?
– Но он же… убийца, – недоуменно проговорил Ренджи. – Его вообще должны были… того…
– А это доказано? – Парировал Сайто. – Вообще, я так понял, всю эту историю замяли и забыли. И еще мне кажется, что Нишигаки – просто растяпа, заваливший две попытки убийства Кучики. Эффективным убийцей в той компании был кто-то другой.
– У меня сложилось такое же впечатление, – согласился с ним Бьякуя. – Но я полагал, они больше не осмелятся сунуться к нам.
– Да уж, хвост мы им прищемили, – Сайто рассмеялся. – Ну вот, Нишигаки, видимо, оклемался и вспомнил, что собирался стать капитаном.
– Но если он снова примется за старое… – со злостью начал Ренджи.
– Я за ним прослежу, – пообещал Сайто. – Мне в любом случае нужно будет присмотреться, что он собой представляет. Но я не думаю, что он пошел в Готэй по указке своего патрона. В конце концов, с тех пор, как Ханаду выставили из Совета, для него пропал всякий смысл нам пакостить.
– Что ж, вряд ли он все еще представляет для нас опасность, – Бьякуя согласился и с этим утверждением. – Но то, что его не попытались завалить…
Не то, чтобы Бьякуя полагал подобную игру честной, и окажись он сам в приемной комиссии, разумеется, не позволил бы себе подобной предвзятости, но все же ему казалось, что остальные капитаны не были бы столь щепетильны.
– Говорят, не смогли, – Сайто снова захихикал. – Паршивец и в самом деле хорош. Вспомни, как он тебя отделал, а ведь у тебя куда больше опыта.
– Значит, все-таки пытались, – констатировал Кучики.
– Никому не хотелось иметь этого типа в коллегах.
– Но это странно, что я узнаю такие новости только теперь, – заметил Бьякуя. – Почему Кьораку ничего не сообщил раньше?
– Говорит, не принял поганца всерьез. Думал, с легкостью срежет его на экзамене, вот и не стал поднимать лишнего шума. Я и сам узнал только что. Но это ничего, – впервые Бьякуя увидел гримасу нескрываемого злорадства на хитрой физиономии Сайто. – Теперь он свое получит. Теперь ему туго придется.
– Но он уже сдал экзамен, – напомнил Кучики. – Самое сложное позади, остальное рутина.
– Ты не понимаешь, – ехидная улыбка Сайто уже вылезла за пределы лица. – Точнее, это я не все сказал. Его назначили капитаном восьмого отряда.