Чтение онлайн

— Ладно, смотри. Ты должна будешь поцеловать следующего симпатичного парня, которого встретишь.

— Что?! — моя бледная кожа тут же вспыхнула красным. — Ни за что.

— За что, — Джулс приподняла бровь. — Ты сказала, что сделаешь.

— Я… — я взглянула на свою коллегу. Она подняла кулак, и я осознала, что мои мольбы не будут услышаны. Ей было наплевать, и она действительно могла меня треснуть. — Хорошо, — произнесла я, решив убраться с работы пораньше, чтобы меня нельзя было утянуть в бар.

Если я так и не увижу симпатичного парня, мне же не придётся никого целовать. Правильно? Правильно. Мой план сработает идеально.

— Хорошо?

— Хорошо. Хорошо, вот что. Я всё сделаю.

— Отлично.

— Если это заставит тебя заткнуться о моей личной жизни.

— Или отсутствии таковой.

— Или отсутствии таковой, — повторила я.

— Прекрасно, — ответила Джулс. — Так ты могла бы пока сбежать от утомительной скуки своей жизни.

— И я не буду благодарна за это никому, кроме тебя.

Лифт, дёрнувшись, остановился на втором этаже, и двери открылись. Мужчина, стоявший перед лифтом, шагнул вперёд. Он был одет в белоснежную рубашку на пуговицах и чёрные брюки, у него были тёмно-русые волосы и острая линия подбородка, намекающая на лёгкую небритость.

Когда он поднял взгляд на меня, его глаза были похожи на океан перед штормом. Серо-зелёного цвета, безжизненные и уверенные. Я опустила взгляд, отмечая расстёгнутую верхнюю пуговицу его рубашки, откуда из-под ткани выглядывала его гладкая грудь. Он был как модель с обложки брошенного в тележку любовного романа Джулс.

Он выглядел как человек, способный связать меня, удерживать и трахать безумно и грубо. Я слабо выпустила сквозь зубы воздух.

— Ну, это моя остановка, — буркнула Джулс, выскакивая из лифта прежде, чем я сумела подумать о чём-то другом, помимо его глаз. — Увидимся на третьем этаже!

Погодите. Ох, дерьмо. Нет, мне это не по силам!

Я попыталась вытолкнуть тележку, но Джулс пихнула её обратно на меня. Полдюжины книг посыпалось с нижней полочки.

— Ещё один этаж, Кэт! — воскликнула Джулс вызывающим и чётким голосом.

Когда мужчина развернулся и встал возле меня, Джулс закашляла в его сторону, распахнув глаза как блюдца. Мой рот приоткрылся. Нет. Я не могла. Не могла. О Боже, не могла я.

Когда дверь начала закрываться, Джулс приподняла кулак.

Господи, я должна.

Гейб.

Дни, предшествующие убийству, восхитительны. Я ими наслаждаюсь. Каждую минуту отслеживаю и преследую, что вызывает во мне всё большее возбуждение. Голод.

Кайф, который так жажду, я могу получить лишь от чужой смерти. Поглядите на их лица, когда они осознают, что я подвожу их к концу жизни. Как укол героина прямо в сердце. Но, заметьте, наркотиков я не принимаю. Принимал, но через какое-то время ты устаёшь от наркотиков.

А от убийств я не уставал никогда.

Тень подтолкнула меня на поиски жертвы, но это не было настоящей причиной, почему я был здесь. Я убиваю не просто потому, что мне нужно. Я убиваю, потому что хочу.

На сей раз я подготовил почти всё для моего весеннего убийства. Убрал кухню, всё настроил. Мне нужно было забрать несколько аккумуляторов для сигнализации, но это могло подождать и до завтра. У меня была ещё одна неделя, прежде чем мужчина вернётся в эту самую библиотеку.

Я вошёл в лифт и поднял оброненные работницей библиотеки книги, укладывая их обратно в тележку. Что-то в том, как она на меня посмотрела, вынудило остановиться. Узнаёт ли она меня? Видела ли она, как я преследовал того мужчину, которого собирался убить?

Я вновь глянул на неё краем глаза. Она смотрела на меня так, словно знала, что я был убийцей. Страх бисеринками украшал её лоб. Я повернулся к ней, и она сглотнула.

— Простите, — сказал я вежливо, сознательно ослабляя челюсть. — Я вас знаю?

— Мне жаль, — ответила она. — Я… Я должна это сделать.

Кэт.

Закрыв глаза, я бросилась вперёд. «Бог меня простит, — подумала я, — но вот Джулс — нет, если я не поцелую этого парня».

Он даже не вздрогнул, когда я прижалась своими губами к его. Я почувствовала лёгкий аромат лосьона после бритья, невесомо застывший на его щеках. Его кожа была мягкой против моей. Я ждала, что он оттолкнёт, накричит, обожжёт меня — о Господи, я об этом даже не подумала!

Я ожидала любую реакцию, но не ту, что последовала на деле.

Он поцеловал меня в ответ.

Как только я ощутила, как мои губы коснулись его, искра воспламенила мои нервы, притягивая меня ближе к нему. Одна его рука сжала мои запястья, другая крепко удерживала талию. Он не оттолкнул меня, он просто держал, будто не было ничего странного в том, что незнакомая девушка бросилась в его объятья. Его губы прижались обратно к моим, захватывая меня, заставляя стены лифта вращаться, когда он поцеловал меня ещё жёстче, поглощая дыхание.

Да, я целовала парней до этого. Нет, я не была девственницей. Я ходила на свидания, и у меня даже были отношения на одну ночь пару раз. Хотя это было по-другому. В его поцелуе была свирепость, что звериным желанием охватывала меня полностью, обнаруживая во мне вожделение, которое никогда не проявлялось в отношении других мужчин. Может, никакой другой человек его и не испытывал. Как бы там ни было, оно потрясло всё моё тело настолько сильно, что я не сумела ответить, не сумела ничего сделать, просто продолжала целовать его в ответ.

Всё было так, как я хотела: то, как он держал меня, полностью контролируя. То, как грубо ко мне прижимался. В тот момент я вообразила его яростно берущим меня, заставляющим все мои тёмные фантазии осуществиться…

Когда же остановился лифт, он остановился вместе с ним.

Когда мужчина отшатнулся, мне пришлось облокотиться о тележку, дабы не свалиться. «Обморок», — полагаю, именно так бы и назвали это в любовном романе. Его глаза искали мои, отчего холодок прокрался в кости. С близкого расстояния я видела его глаза, а они были спокойными, серо-зелёный водоворот, остановившийся на поверхности. Это как смотреть в глаза статуи: безжизненные. Разочарование растеклось в глубине моего разума. Для меня это был самый лучший поцелуй в жизни. Для него же, казалось, ничего особенного не произошло.