Его одержимость
Шрифт:
– Двадцать тысяч, – пора заканчивать это представление. Пора забирать свое.
Глава 11
Настя
– На романтическое свидание с нашей очаровательной красоткой Анастасией идет Ризван Маратович! – вслед за оглашением финала добавляет громкоголосый ведущий.
Что? Мне кажется, или я окончательно слетела с катушек? Он сказал «свидание»?
Перестаю удерживать нить происходящего. Наверное, я просто сошла с ума. Мерещится всякое. А на деле меня просто продали какому-то старикашке, который шире остальных открыл карман, расщедрился ради дорогостоящей покупки.
Машинально делаю несколько шагов назад. Зря я не убежала. Надо было спасаться! Пусть бы Ризван наказал меня за побег, но не отдал бы другому. Не продал. Или…
Дыхание становится шумным и частым. От дикого страха я даже рук не чувствую. А потом вдруг передо мной возникает знакомая фигура.
Здоровенный мужчина в черном костюме оказывается около меня так неожиданно, что я часто моргаю, стараясь сфокусировать на нем свой рассредоточенный взгляд.
Никогда не думала, что такое возможно, но, убедившись, что на сцену за мной поднялся Ризван, я чувствую невероятное облегчение. Оно медленно прокатывается по телу, снимая напряжение с каждой его частички.
Я как будто оживаю от долгого зимнего сна. Сначала наступает какая-то эйфория, но она длится недолго, потому что быстро сменяется ненавистью к мужчине, который так жестоко поступил со мной!
Ублюдок! Бессердечная скотина!
Да я такого натерпелась! Думала умру от разрыва сердца.
В руках Алаева красуется роскошный букет из бордовых роз. Вот только они сейчас вызывают отвращение, напоминают кровь на его футболке после нападения на дом, напоминают о моем ужасном положении, которое каждую секунду выкручивает внутренности в напряженные жгуты.
Мужчина протягивает мне цветы, а потом крепко прижимает к себе одной рукой. Делает это даже сильнее, чем раньше, когда я еще не знала, что за судьба мне уготована на этом странном мероприятии.
– Выглядишь так, что мои яйца, того гляди, взорвутся, – шепчет Ризван мне в ухо, склоняясь к нему.
Мне кажется, что это пошлое, абсолютно неприемлемое в людном месте высказывание, слышат все. Буквально каждый.
Раздражение сменяется стыдом, окрасившим в новые цвета мою ненависть к Алаеву, запекшимся на щеках багровыми пятнами.
Я сглатываю вязкий комок в горле. Когда же все закончится?!
Похоже, кто-то там, наверху, слышит мои немые молитвы, потому что тут же Ризван отдает мне тихий освободительный приказ:
– Спускайся со сцены и присаживайся. Я скоро.
Не смею перечить. Присесть мне сейчас не помешает, как и немного отдышаться. В присутствии бандита о последнем можно только мечтать. А вот на расстоянии есть хотя бы шанс привести себя в некоторое подобие порядка.
Боже! Как же приятно ощущать себя на свободе. Если к моему положению вообще можно применить это понятие. Но когда надо мной больше не висит угроза быть проданной, я и правда чувствую себя освобожденной из клетки птицей.
Тяжелый букет кладу на колени. Зачем, как некоторые девушки смотрят на меня с завистью. Или мне только кажется?
Не понимаю, как кто-то может хотеть оказаться на моем месте? Неужели, не знают насколько бесчувственный и хладнокровный человек выкупил меня на аукционе?
В зале становится очень тихо, и тогда я, как и все присутствующие, обращаю внимание на сцену.
– Я рад вас приветствовать на нашем регулярном благотворительном вечере.
Мужчины и женщины отзываются аплодисментами.
– Как основатель фонда я благодарен каждому из вас за содействие и участие в нашей жизни.
Снова громкие овации.
Я потихоньку выхожу из состояния загнанного в угол зверька. Мне теперь становится интересно послушать Алаева, понаблюдать за ним, потому что со сцены он выглядит совсем другим человеком.
– Несмотря на то, что пару лет я был в отъезде, дела нашей организации контролировал лично, так что мне есть что сказать. Благодаря вашим регулярным пожертвованиям нам удалось в последнем квартале предоставить жилье тридцати выпускникам из детских домов, которые мы курируем. И я уже не говорю об одежде, средствах гигиены и игрушках. В прошлом году мы запустили новый проект, позволяющий одаренным ребятам заниматься с дорогостоящими репетирами и получать гранты. Месяц назад двое выпускников поехали в Америку по специальной программе. И это только малая доля того, чем может похвастаться каждый из нас. Спасибо всем, что участвуете в развитии фонда «Наш дом»! Вместе мы сможем сделать больше.
Алаев делает шаг в сторону от микрофона и негромко хлопает ладонями друг о друга.
Я конечно помню, что Тамара Львовна говорила что-то о фонде, показывала фото, но я не придала этой информации особого значения. И теперь все, что тут происходит, заиграло совсем другими красками.
От удивления у меня, наверное, отвисает челюсть. Я никак не могу поверить, что тот Алаев, которого я знаю, и тот, что стоит сейчас перед залом, полным людей – один и тот же человек.
Не знаю, в каком месте сломалась моя личная программа, но она точно дала трещину. Теперь уже будущее не кажется таким пугающим и серым. Есть, значит, сердце у хозяина города.
Замечаю, что, оказывается, название фонда с самого начала маячило на стене за сценой, гости вовсе не похожи на извращенцев или бандитов, и в масках выглядят по-деловому. Обычный светский прием, которого я не заметила за собственным испугом и построением теорий опасностей.
Все оставшееся время, я сижу смирно. Ризван восседает рядом со мной. Очень близко.
Кажется, я уже не так боюсь его. Но посмотреть в сторону бандита все равно страшно. Вдруг там ничего не поменялось, и меня встретит все тот же звериный оскал, отработанный годами?!
Когда объявляют, что официальная часть мероприятия окончена, гости разбредаются по залу.
– Поехали, – односложно распоряжается Ризван.
– Куда? – на автомате спрашиваю, а потом сразу же скрываюсь за букетом, опасаясь последствий.
– Как куда?! – ответ кажется вполне дружелюбный, и это побуждает меня показаться из-за букета. – На романтическое свидание.
Глава 12
Настя
Я не решаюсь спросить, насколько романтичным будет наше свидание. Уверена, и там меня ждет какой-то подвох, несмотря на то, что Алаев открылся мне теперь с новой стороны.