Два лица

Казал Головоруб был наёмником всю сознательную жизнь, если её можно было назвать сознательной, но даже его воротило от того сброда, который он видел сейчас перед собой. На пыльной дороге, ведущей к Рудным холмам, собралось около сотни мужчин и женщин, звякающих оружием и тем, что они называли доспехами. Если бы не письмо от Далака, старого приятеля, так же ищущего удачу в боях, он, скорее всего, поискал место посолиднее. Отогнав от лысой макушки гудящую муху, наёмник снова кинул взгляд на письмо, столь смутное, словно приятель намеренно пытался сбить с толку. В нём он лишь кратко говорил, что в рудниках Брун Скъегг, принадлежащих каким-то заезжим дварфам, случилось происшествие и теперь идёт набор войск среди вольно шатающихся по стране бойцов. Якобы, за это предприятие можно хорошо озолотиться, а снаряжение Головоруба и правда нуждалось в обновлении.

– Происшествие, – недовольно проворчал Казал, озираясь. – Хоть бы уточнил, баран.

Не доверяй он так своему старому товарищу, вместе с которым они пролили немало крови как вражеской, так и своей, чёрта с два его тут видели бы. Скомкав жёлтую бумажку и запихав её в карман кожаных брюк, которые уже начали нагреваться, он глотнул из фляги воды (вино в бурдючке сейчас вызвало бы лишь рвотный рефлекс), затем толкнул первого подвернувшегося бугая в плечо и, прежде чем тот заехал ему в скулу, спросил:

– Мы кого ждём? Или нам за простой платят?

– А! – усмехнулся бородатый громила с татуировками на выбритых висках, опуская кулачище. – Да хрен его знает. Те ублюдки, – он кивнул на двух мужчин в доспехах и с мечами на поясах, которые занимались вербовкой в тавернах вдоль тракта, – обещали, что нас подберёт корабль из Глондвана…

– Корабль! – чуть не захохотал Казал. – Посреди равнины? Ох и получит же один шут за это по роже…

– Честно, мне плевать вообще на всё, – ответил здоровяк. – Заплатят и ладно, а там хоть чего несут и вытворяют.

Не успел он замолчать, как вдали послышался скрип и грохот. В дальнем конце дороги показались… мачты с парусами. Затем выкатил на нескольких рядах громадных колёс и сам корабль с железными пластинами на бортах и странного вида пушками, в том числе на носу.

– Твою ж мать, – прошептал Казал, глядя на это диво.

Он, конечно, слышал, что Глондван является оплотом могущественных чародеев, но вот что они разъезжают на сухопутных кораблях как-то пропустил. Толпа наёмников зашумела, кто радовался наконец убраться с солнцепёка, кто ругался, кто поражался мастерству магов. Паруса, раздуваемые стараниями чародея из Стратума Воздуха, опали, судно подкатило к войску, спустился трап. На борту ходили солдаты в разноцветных латах, каждый цвет указывал, гвардейцем какого магического Стратума они являются. Всего Казал насчитал человек двадцать бойцов и троих магов, по крайней мере больше он не видел. Пожалуй, при желании наёмники могли бы завладеть кораблём и отправиться на поиски приключений сами, но всякий знал, чем чревата вражда с Глондваном и его Великими драконами. Хоть на самом деле они не являлись крылатыми огнедышащими ящерами, Драконами звались предводители Стратумов, однако их силе могли бы позавидовать самые древние змеи, какие ещё оставались в мире людей.

Наймитов провели в трюм и рассадили на скамьи. Через некоторое время к ним спустился маг в красной робе с длинной чёрной с проседью бородой, словно пытающейся взметнуться вверх, и глазами такими строгими, что казалось, будто он в крайней ярости и готов перебить всех вокруг за любое неуместное слово. На нём, поверх ритуального одеяния, была нацеплена кираса цвета осенней листвы, но вряд ли её изготовили из бронзы, судя по степени развития Глондвана – это не их уровень. Осмотрев отряд, он цокнул языком и заговорил:

– Я – Авитус, боевой маг третьей ступени Стратума Огня. – Вы находитесь под моим личным командованием. Эта группа имеет номер пять, вместе с остальными девятью, мы составляем Вторую армию барьера.

– Пафосно как-то, – хмыкнула одна из женщин-наёмниц, чьё тело едва ли скрывали кожаные ремни с металлическими набойками. Её вид и правда не подходил к столь звучному имени, как и вид большинства присутствующих. Дерзкий комментарий поддержало несколько смешков.

– Зато соответствует тому, чем мы займёмся, – спокойно ответил Авитус.

– А может нас уже кто-нибудь просветит, чем мы займёмся?! – выкрикнул Казал, обвыкшись в новой обстановке.

– Вас что, не проинструктировали? – строго ответил вопросом маг.

– Кого как, – пожал плечами Казал. – Я просто знаю, что надо кого-то бить. Обычно мне этого достаточно, но в свете всего… – он развёл руками.

Чародей закрыл глаза, потёр виски, наверняка, кроя в мыслях наборщиков, затем выдохнул и заговорил выверенным тоном:

– На дварфских рудниках в нескольких милях отсюда случилась беда. Шахтёры взрывом породы открыли пролегающие под холмами тоннели города племени хар-ну, про который никто не знал. Теперь твари лезут на поверхность.

– Это кто вообще? – послышалось с дальней скамьи.

– Хар-ну? – переспросил Авитус. – Вы могли слышать другое их название – тератосы, данное одним из наших братьев. Если нет, то всё, что вам важно знать, они – злобные обитатели подземелий, издавна враждующие с дварфами. Поклоняются Тысячеглазой матери, тёмной богине хаотического происхождения. Умеют обрабатывать железо…

– Лады, профессор! – оборвал его ещё чей-то нахальный голос. – Просто скажи, пробьёт ли им черепушку мой топор или нет?

– Если умеешь им пользоваться, – не уступил в резкости чародей.

Вновь поднялся хохот, которого Казал не разделил. Новые подробности его насторожили. Сначала он рассчитывал отмутузить кучку шахтёров-бунтарей или каких-нибудь воров, по ночам таскающих у дварфов инструменты и нарытые минералы. А с тёмными богами воевать в его планы на ближайшее время не входило. Небось, подлецы-наниматели намеренно не выкладывали всех подробностей, боясь распугать потенциальных солдат. Но не так просто было напугать Казала Головоруба, особенно, если звон золота и окровавленной стали заглушает прочие мысли.

Далак стоял у дорожного столба, покуривая костяную трубку и поглядывая на дорогу. Из-за холма с четырёх сторон поднимались клубы пыли, несколько глондванских кораблей прибывали с разных концов страны, подвозя свежие войска. На поле, усеянном шатрами и палатками уже раскинулось пятитысячное войско, но в пути шло ещё немало. Злорадно скривив губы, Далак, не без оснований прозванный Хитрецом, покачал головой.

– Несчастные придурки, – хихикнул он тихонько, следя за наёмниками, точащими мечи и латающими кожаные куртки.