Думы, Случевский Константин Константинович

Думы

6.25 + -

рейтинг книги

Шрифт:

«Да, я устал, устал, и сердце стеснено…»

Да, я устал, устал, и сердце стеснено! О, если б кончить как-нибудь скорее! Актер, актер… Как глупо, как смешно! И что ни день, то хуже и смешнее! И так меня мучительно гнетут И мыслей чад, и жажда снов прошедших, И одиночество… Спроси у сумасшедших, Спроси у них — они меня поймут!

«Да, нет сомненья в том, что жизнь идет вперед…»

Да, нет сомненья в том, что жизнь идет вперед И то, что сделано, то сделать было нужно. Шумит, работает, надеется народ; Их мелочь радует, им помнить недосужно… А все же холодно и пусто так кругом, И жизнь свершается каким-то смутным сном, И чуется сквозь шум великого движенья Какой-то мертвый гнет большого запустенья; Пугает вечный шум безумной толчеи Успехов гибнущих, ненужных начинаний Людей, ошибшихся в избрании призваний, Существ, исчезнувших, как на реке струи… Но не обманчиво ль то чувство запустенья? Быть может, устают, как люди, поколенья, И жизнь молчит тогда в каком-то забытьи. Она, родильница, встречает боль слезами И ловит бледными, холодными губами Живого воздуха ленивые струи, Чтобы, заслышав крик рожденного созданья, Вздохнуть и позабыть все, все свои страданья!

НЕВМЕНЯЕМОСТЬ

Есть в земном творении облики незримые, Глазу незаметные, чудеса творящие, Страшно ненавистные, горячо любимые, Целый мир обманчивый в этот мир внося В жизни человеческой, в важные мгновения, Облики незримые вдруг обозначаются, В обаянье подвига, в злобе преступления Нежданно, негаданно духом прозреваются. С ними все незримое видимым становится, В гробовом молчании разговоры слышатся, Что-то небывалое в жизнь вступить готовится, Все основы мыслей, как тростник, колышутся… Человек решается… и в его решении Мир несуществующий в обликах присутствует, Он зовет на подвиги, тянет к преступлению И, совсем по-своему вразумив, напутствует…

НАС ДВОЕ

Никогда, нигде один я не хожу, Двое нас живут между людей: Первый — это я, каким я стал на вид, А другой — то я мечты моей. И один из нас вполне законный сын; Без отца, без матери — другой; Вечный спор у них и ссоры без конца; Сон придет — во сне все тот же бой. Потому-то вот, что двое нас, — нельзя, Мы не можем хорошо прожить: Чуть один из нас устроится — другой Рад в чем может только б досадить!

«Когда бы как-нибудь для нас возможным стало…»

Когда бы как-нибудь для нас возможным стало Вдруг сблизить то, что в жизни возникало На расстояньях многих-многих лет, — При дикой красоте негаданных сближений Для многих чувств хотелось бы прощений… Прощенья нет, но и забвенья нет. Вот отчего всегда, везде необходимо Прощать других… Для них проходит мимо То, что для нас давным-давно прошло, Что было куплено большим, большим страданьем, Что стало ложью, бывши упованьем, Явилось светлым, темным отошло…

«За то, что вы всегда от колыбели лгали…»

За то, что вы всегда от колыбели лгали, А может быть, и не могли не лгать; За то, что, торопясь, от бедной жизни брали Скорей и более, чем жизнь могла вам дать; За то, что с детских лет в вас жажда идеала Не в меру чувственной и грубою была, За то, что вас печаль порой не освежала, Путем раздумия и часу не вела; Что вы не плакали, что вы не сомневались, Что святостью труда и бодростью его На новые труды идти не подвизались, — Обманутая жизнь — не даст вам ничего!

В БОЛЬНИЦЕ ВСЕХ СКОРБЯЩИХ

Еще один усталый ум погас… Бедняк играет глупыми словами… Смеется!.. Это он осмеивает нас, Как в дни былые был осмеян нами. Слеза мирская в людях велика! Велик и смех… Безумные плодятся… О, берегитесь вы, кому так жизнь легка, Чтобы с безумцем вам не побрататься! Чтоб тот же мрак не опустился в вас; Он ближе к нам, чем кажется порою… Да кто ж, поистине, скажите, кто из нас За долгий срок не потемнел душою?

LUX AETERNA [1]

Когда свет месяца бесстрастно озаряет Заснувший ночью мир и все, что в нем живет, Порою кажется, что свет тот проникает К нам, в отошедший мир, как под могильный свод. И мнится при луне, что мир наш — мир загробный, Что где-то, до того, когда-то жили мы, Что мы — не мы, послед других существ, подобный Жильцам безвыходной, таинственной тюрьмы. И мы снуем по ней какими-то тенями, Чужды грядущему и прошлое забыв, В дремоте тягостной, охваченные снами, Не жизнь, но право жить как будто сохранив…

Вечный свет (лат.).

В КИЕВЕ НОЧЬЮ

Спит пращур городов! А я с горы высокой Смотрю на очерки блестящих куполов, Стремящихся к звездам над уровнем домов, Под сенью темною, лазурной и стоокой. И Днепр уносится… Его не слышу я, — За далью не шумит блестящая струя. О нет! Не месяц здесь живой красе причина! Когда бы волю дать серебряным лучам Скользить в безбрежности по темным небесам, Ты не явилась бы, чудесная картина, И разбежались бы безмолвные лучи, Чтоб сгинуть, потонуть в неведомой ночи. Но там, где им в пути на землю пасть случилось, Чтобы светить на то, что в тягостной борьбе, Так или иначе, наперекор судьбе, Бог ведает зачем, составилось, сложилось — Иное тем лучам значение иметь: В них мысль затеплилась! Ей пламенем гореть! Суть в созданном людьми, их тяжкими трудами, В каменьях, не в лучах, играющих на них, Суть в исчезанье сил, когда-то столь живых. Сил, возникающих и гибнущих волнами, — А кроткий месяц тут, конечно, ни при чем С его бессмысленным серебряным лучом.

НА ПУБЛИЧНОМ ЧТЕНИИ

Когда великий ум в час смерти погасает, Он за собою вслед потомству оставляет, Помимо всяких дел, еще и облик свой, Каким он в жизни стал за долгою борьбой., И вот к нему тогда радетели подходят И, уверяя всех, что память мертвых чтут, В душе погаснувшей с фонариками бродят, По сокровеннейшим мечтам ее снуют, — В догадках, вымыслах и выводах мудреных Кощунствуют при всех и, на правах ученых, В любезном чаянье различных благостынь Немытою рукой касаются святынь…

1 2 3

Книги из серии:

Император Пограничья 7

Астахов Евгений Евгеньевич

7. Император Пограничья

Фантастика:

аниме

фэнтези

попаданцы

5.00

рейтинг книги

Геном хищника. Книга четвертая

Гарцевич Евгений Александрович

4. Я - Легенда!

Фантастика:

боевая фантастика

рпг

попаданцы

5.00

рейтинг книги

Адвокат Империи 12

Карелин Сергей Витальевич

12. Адвокат империи

Фантастика:

городское фэнтези

альтернативная история

аниме

дорама

попаданцы

5.00

рейтинг книги

Двойник Короля 2

Скабер Артемий

2. Двойник Короля

Фантастика:

попаданцы

аниме

фэнтези

фантастика: прочее

5.00

рейтинг книги

Страж Кодекса. Книга III

3. Девяностые

Фантастика:

попаданцы

альтернативная история

7.33

рейтинг книги

Черный Маг Императора 10

Герда Александр

10. Черный маг императора

Фантастика:

юмористическое фэнтези

авторы

Жанры

Деловая литература

Детективы

Детские

Документальная литература

Дом и Семья

Драматургия

Жанр не определен

Компьютеры и Интернет

Любовные романы

Научно-образовательная

Поэзия

Приключения

Проза

Прочее

Религия и эзотерика

Справочная литература

Старинная литература

Техника

Фантастика

Фольклор

Юмор

Думы

Случевский Константин Константинович

Поэзия

поэзия

рейтинг книги

Шрифт:

Книги из серии:

Без серии

Император Пограничья 7

7. Император Пограничья

Фантастика:

аниме

фэнтези

попаданцы

рейтинг книги

Геном хищника. Книга четвертая

4. Я - Легенда!

Фантастика:

боевая фантастика

рпг

попаданцы

рейтинг книги

Адвокат Империи 12

12. Адвокат империи

Фантастика:

городское фэнтези

альтернативная история

аниме

дорама

попаданцы

рейтинг книги

Двойник Короля 2

2. Двойник Короля

Фантастика:

попаданцы

аниме

фэнтези

фантастика: прочее

рейтинг книги

Страж Кодекса. Книга III

3. КО: Страж Кодекса

Фантастика:

фэнтези

попаданцы

рейтинг книги

Черный рынок

6. Фронтир

Фантастика:

боевая фантастика

космическая фантастика

космоопера

рейтинг книги

Кодекс Охотника. Книга XXIX

29. Кодекс Охотника

Фантастика: