Чтение онлайн

— Нет, сказал, что у него дела и убежал.

Хотела бы я на это посмотреть. Моя маман пугает весьма эффективно одним своим дерзким видом.

— И? — продолжила я за неё.

Родительница всплеснула руками и, подобрав увесистую кожаную сумочку, пошла на выход:

— Берём, Настенька! Одобряю! Ты даже не представляешь, как я обрадовалась, когда увидела его! Хотела тебе уже телефоны сыновей моих подруг дать! Да они все хиленькие, ему и в подметки не годятся, — маман поправляла волосы у зеркала, когда я вышла за ней в коридор. — Отчим твой, мой муж, через год на пенсию пойдет. Вот тогда мы и ждем малыша. У тебя от силы три-четыре месяца, поняла? — и захлопнула дверь.

Ага. Знала бы она что «друг» это действительно друг, а очки — вовсе не модный аксессуар.

Стой-стойте. Три месяца?

Чего?

Черная полоса жизни началась. Рано или поздно я знала, что мать перейдет с шуток на серьезный разговор и кажется, момент настал. Кранты. Читая форум и параллельно штрихуя моего первого мертвяка класса «колдун», я и не заметила, как прошли эти двадцать минут ожидания.

— Вы пьёте? — спросил фрилансер с порога.

Я нахмурилась. Чего это он?

— Нет, это наверное Полина, — я закрыла за ним дверь и быстро прошлепала в спальню, собирая пустые бутылки. — Устроила себе маленький праздник на мои деньги.

— Сегодня?

— Нет. Ещё… позавчера?

Быстро сориентировавшись, гость пошёл в ванную. Я сложила тару в пакет и выставила в общий коридор. Помыла руки на кухне. Хотелось есть. Вообще, ни для кого ни секрет, что большинство женщин предпочитали заедать свои переживания, а не решать проблему. Я как раз относилась к таким.

— Что вам приготовить? — спросила появившегося на горизонте друга. — Блины из морозилки, кусок пиццы, бутерброд?

Кухня у меня была просторная. Почти как спальня. И стол большой, так на всякий случай. Одинокого жителя выдавала только единственная табуретка. Обычно я ела стоя, прислонившись к чему-нибудь или вовсе за компьютером. Но отчего же стало так тесно, едва сюда ввалился этот кадр?

— Или вы не голодны?

— От чая бы не отказался.

— Хорошо.

Кстати говоря, психолог-любитель опять рассекал в перчатках. Он ими и руль трогает и поп-корн ест (свято надеюсь, что этого не было!) и сенсорный телефон гладит. Ну, что за модное течение?

— Деньги я приготовила. Сорок тысяч. В спальне у компьютера.

Фрилансер почесал затылок:

— Насколько я понял, ваша мать видела нас на той выставке. Тогда речи о контракте ещё не было.

— Да, но это ничего не значит. Я могла позвонить ей и сказать, что у меня есть друг и это — вы.

Я ожидала все, что угодно, только не это. Мой верный товарищ пожал плечами:

— Если честно, мне всё равно. Родители — исключение, помните? Но все же я уверил её, что мы друзья.

— Значит вы не возьмёте деньги? — откровенно удивилась.

— В данном случае — нет. Можно я осмотрюсь?

— Конечно.

Всё равно мне так сразу вам проблему не разжевать. Эмоции мешают.

— Правильно сделали, что позвали.

— Надеюсь. Спасибо, что пришли.

Фрилансер издал низкий смешок и удалился. А я принялась мучить микроволновку. Вот ведь чудо техники! Если бы приходилось жить при минимуме, то на моей кухне стояла бы только она и холодильник.

Через пятнадцать минут всё было готово и я озадачилась совсем идиотским вопросом. Какой же чай заваривать? У меня был зеленый и мятный. А ещё, надо ли класть сахар? Или лимон? В каких количествах? Ломая голову, я направилась искать своего товарища и нашла того, как ни странно в пустой зале.

— Что-то случилось? — спросила.

Смотреть тут было откровенно не на что.

— Вам сахар класть? И чай какой предпочитаете, мятный или зеленый?

Он не отвечал.

— Что-то случилось? — повторила.

И тут до меня дошло, что он не просто стоял, а рассматривал стены. Вернее, аккуратно развешенную натуру Дмитрия Николевича. Картин было много, штук семь, многие из них я воспроизводила по памяти. Ещё больше — набросков. У Дмитрия был занятный шрам на виске, поэтому меня даже на портреты развело.

— Э… — я почесала бровь — Что вы думаете об этом?

Я не знала, разбирается ли он в искусстве, но в своем единственном прокачанном навыке не сомневалась.

— Что я думаю? — хмыкнул.

Ну, да. Я спрашивала у него оценку. Почему-то фрилансер не казался мне человеком, который стал бы хвалить просто так. Может, найдет какой-нибудь изъян? Даст повод совершенствоваться? А слова друга, как ни крути, значили много.

— Ничего не думаю.

Гость резко развернулся, широким шагом вышел из залы и начал обуваться. Я молча наблюдала, как он натягивает куртку. Уходил, когда я нуждалась в помощи? Что за бред? Мы же договаривались, у нас был чертов контракт…

Фрилансер шумно застегнул молнию. Уже ничего не соображая, я начала волноваться. Мелькнула отчаянная мысль вернуть друга любой ценой. Быстренько сбегав в спальню, я протянула ему конверт с пресловутой сороковкой.

— Не надо, — он отмахнулся и ловко поворачивая замки, буквально выбежал из квартиры.

Ещё некоторое время я смотрела в темноту коридора. Что это было? Побег? Он бросил? Друг? Меня? Бросил? Отказал в помощи? Почему? У этого поступка были основания?

Закрыв дверь, я опустилась на обувную тумбочку. Первая волна шока прошла. Руки сами закрыли лицо. Только что произошла какая-то антинаучная фигня, которой не было объяснения. Я похлопала себя по щекам и тряхнула головой. Было трудно дышать, но раскисать было нельзя. Требовалось немедленно переключиться на что-то непривычное.