ДРЕМ
Шрифт:
Лишь на секунду охранник оторвал меня:
– Простите, мэм, я вам больше не нужен?
– Пока нет. Вы... умеете разделять сознание?
– К сожалению, мэм...
Силы! Я взглянула ему в глаза, и он ответил:
– Я слышал ваш приказ, мэм...
– Вы... можете попытаться прорваться в рубку управления и скрыться там...
– Да, мэм, – ответил он, и я, пока ещё было возможно, продолжила отдавать приказания, бегая по космолёту и уничтожая следы своего пребывания тут.
– Я сама буду связываться с вами и запрещаю кому бы то ни было вызывать меня на связь при любых обстоятельствах. Со временем я, надеюсь, смогу вести какие-нибудь дела оттуда, а может, сделаю ещё и хотя бы парочку передач. Посмотрим.
Нанесла органические ложные перчатки-отпечатки пальцев, усмехнувшись тому, что мне даже нечем смыть их: это было настолько секретное последнее усовершенствование моей лаборатории, что о нём знали единицы (чего в масштабе ООССа достичь очень сложно) и оно пока вообще нигде не распространилось. В отличие от всех предыдущих, их невозможно было засечь никакими современными приборами.
Фигуру, конечно, так просто не изменить, но, думаю, при соответствующих одеждах и походке, а также учитывая инородность восприятия дремлян, сопоставления можно будет избежать. Едва ли иллюзин на них подействует, однако лишняя перестраховка не помешает.
Лишь оба колечка я оставила себе от своих королевских принадлежностей – и с семью различными ядами, и с кристаллической камерой. И даже не успела как следует пожалеть, спуская в утилизатор все остальные украшения и драгоценности.
– Элиш, – говорила я, – за эти два месяца постарайся подняться наверх и стать временной королевой, после моей «смерти». Дэльвик, сделай всё, чтоб добиться этого. Элиш, верь Дэльвику. И верь Еоронису Лабельн. Если у Совета не будет получаться выбрать Элиш, то введите её в Совет, а временным королём пусть станет Еоронис. Остальным ни в коем случае не раскрывать, что со мной... без крайней необходимости... – добавила я, вспоминая высокопоставленного телепата.
Черти, я вдруг осознала, что моя жизнь зависит от молчания Илберов Совета и тех, кто сегодня пребывал в штабе, и если что-то станет известно телепату... Яд действует быстро и почти безболезненно.
Заставив себя не терять времени на подобные раздумья, набрала несколько символов на виртуальной панели олорела:
– И сообщите всё это терминалу скан-системы... Переправляю мой ключ для экстренных ситуаций...
Ключ переместился в олорел Элиш, и лишь она сможет ввести его в скан-систему, напрямую связанную с моей тайной комнатой. Это тоже была моя перестраховка: аналитический терминал, который имеет доступ к слишком большому количеству информации и сформировать канал связи с которым можно лишь из зала Совета, поймёт мой знак... И Разум поддержит Элиш...
Одновременно я пыталась разделить своё сознание как можно качественней – чему идеально обучали во ВШООССе – зная дремлянские машины по чтению мыслей, их славноизвестные Собирающие Опознаватели. Любой прокол – несостыковка информации – и всё...
Также в одном из вспенивающихся в стене ящичков я нашла набор напыляемых косметических частей лица. Уж не знаю, кто был хозяином космолёта – может, женщина, либо мужчина загадочных наклонностей – но это очень обрадовало меня.
– Элиш, тебе придётся попотеть и окунуться с головой в политику, но... – я не сдержала лёгкую улыбку, увидев понимающий взгляд Элиш. За время вылетов мы научились обходиться без лишних слов... Я поняла, что не нужно обращать её внимание на то, что у неё есть весомый аргумент, по крайней мере для посторонних: она единственная жена Барела, приехавшая во Дворец, прошедшая военно-политический угол ВШООССа, и её вхождение в наш круг будет смотреться естественно. – Начни сразу же досдавать ВШООССовкие экзамены, и обязуйся пройти всю Школу – после моей, так сказать, смерти. Главное – не допустить борьбы за власть. И никого нового в Совете. Всем всё ясно?
– Да, мэм, – раздалось несколько голосов. Надо сказать, к тому времени они уже улетели отсюда, отлично разыграв сцену с космолётом Элиш.
Напылила скулы – даже если бы кто-нибудь заметил их, ни у кого не должно было вызвать подозрения то, что девушка считает себя привлекательнее с ними. Накладные и напыляемые косметические части лица очень распространены.
– Попробуйте создать макеты космолётов на дистанционном управлении – я скажу им о готовящейся атаке, чтобы войти в доверие. За две недели успеете подготовить?
– Как прикажете, мэм, – ответил Дэльвик.
Эти корабли не смогут стрелять лучами Эйкузэ, потому что при взрыве Лучевого Устройства взорвётся пульт управления, но стоит попробовать создать иллюзию атаки. Тем более, её сразу должны будут подавить...
Вдруг я поняла, что нигде не вижу своего второго охранника, и тут же натолкнулась на его шлем, наручный телепорт и записку, с криком, выплеснутым на ней:
«Леди Луэлин, я вас люблю!»
Тогда мой взгляд упал на невероятно расширенное окно утилизатора, и я всё поняла. Я сдержала вскрик, лишь спокойно передав по связи, что сержант Дуглас Мэрр погиб и я желаю, чтоб его наградили посмертно. Потом сняла на камеру записку, телепорт, шлем и отверстие – если я когда-нибудь выберусь с Дрема, это будет лучшей памятью о нём. К сожалению, сохранить пласлисток я не могла и отправила его в утилизатор, но шлем с телепортом оставила, а разложила на молекулы свои, королевские. Затем закрыла отверстие утилизатора.
У меня оставалось несколько секунд, я предупредила, что отключаю прямую связь, установила на голосовые связки пластину и села немного прийти в себя, а заодно размеренно и качественно разделить своё сознание на две части и заблокировать все ненужные мысли. Закрыла глаза, изгоняя мучительные раздумья о том, как много я не успела сказать... И, может быть, никогда не успею.
Глава 8. В плену
К этому времени с моим катером уже состыковались, слышался звук прожигаемого материала. Потом несколько водолеевцев с оружием наготове ворвались вовнутрь. Я радостно выбежала навстречу, тараторя на дремлянском, что давно ожидала этого момента, как мне надоела служба в ООССе, как я им сочувствую и ненавижу королеву...
– Руки, – рыкнул один из них. Замолчав, я испуганно подскочила с поднятыми руками, и он бросил презрительное:
– Если бы все сержанты королевского флота были такими, мы бы давно уже победили.
– Никогда не хотела быть военной, – принялась жаловаться я, – но отец всегда жаждал сына, и за неимением такового заставил меня заниматься этим поприщем... Я специально не пыталась сейчас катапультироваться и бежать, а ждала вас, пожалуйста, заберите меня с собой!
– Куда бы вы смогли бежать? Штаб ООССа вон как быстро ретировался, защищая свою королеву.
Дремляне обыскали мой катер, и, никого больше не найдя, похоже, остались разочарованы.
Передвигаясь, я старалась максимально изменять походку, даже периодически чуть-чуть сутулясь, что было ужасно неудобно, и изо всех сил демонстрировать нервное перевозбуждение, полную скачку мыслей и искреннюю радость.
– Чтож, – пропел одной рукой говоривший, – раз уж вы так стремитесь на Дрем, то полетели, познакомитесь с нашими Собирающими Опознавателями.
«Да, – саркастически хмыкнула про себя, – а в противном случае вы отпустили бы меня в иное место?» Но вслух произнесла: