Чтение онлайн

«Трубы блуждают в морской тишине,

Плещутся волны зеленые,

Связаны руки локтями к спине,

Лица покрыты мешками смолеными...»

(Мечется по камере). А разули зачем? Все погибло, да? Тсс...

Снова стук в стенку.

Тсс... (Припал к стенке, слушает). С «Андрея Первозванного»... Коммунисты. Сорок во...

Лязгнули засовы, открылась дверь. Втолкнули Красного Набата с неразлучным его портфелем. За ним — Расколупу, босого.

Красный Набат. За некорректное поведение будете отвечать! Перед Российским Телеграфным Агентством! Коротко — РОСТА.

Шалашов. Что там, на воле? Ну? Что?

Красный Набат. На воле? Дорогой товарищ, нас поволокли через пять минут после вас.

Расколупа. Восемнадцать суток в каземате на линкоре с им отшлепали, ребяты, как одну копейку. (Шалашову). Ты мне сколько всего — двадцать пять назначил?

Шалашов, недоумевая, посмотрел на Расколупу.

Семь осталось. (На Красного Набата). Верно, с им не соскучишься.

Ну запускает! «Портреты белых палачей под кистью красных смехачей»! Только бы запомнить!

Шалашов (лихорадочно). Зачем сюда? А? Чохом — под лед?

Красный Набат. Единственно, что удалось почувствовать, — люди колеблются. Вели нас сюда — ракеты над заливом. Боятся атаки...

Шалашов (безнадежно). А! Что мы знаем? Ничего мы не знаем. Коммунистов на воле больше нет. А что есть? Может, ничего? И никого? (Вдруг, шепотом). А может, над Кремлем — белый флаг? Свергли? Как здесь, а? Хоть самому в петлю от таких мыслей залезь... Или — надежда есть? Вынырнем?

Расколупа. Быстро ты, милый, цикорий пустил.

Шалашов. Я — убитый обстановкой, товарищи.

Расколупа (Красному Набату). Стих ему скажи какой... Этот кого хочешь сагитирует, ребяты. Доказал мне, например, научно — ведьмов нет. Теперь, точно, их редко встретишь; а дед мой, тот шел с гостей до хаты — глядь, из трубы, естественным путем, выезжает на помеле ведьма. Теперь-то кругом телеграфные провода, чепляются помелом, вот и вывелись.

Снова лязг засова. Открылась дверь. И тотчас же донесся далекий орудийный грохот. Пантомима — конвойные втолкнули окровавленного, избитого Ивана. Дверь захлопнулась. Иван отер кровь с бушлата, огляделся.

Красный Набат. Кто бьет? Ваши?

Иван (медленно). Кто — ваши? Кто — наши? (Отер кровь).

Расколупа. Кто ж тебя, милок, так обработал? За отца?

Иван. За себя.

Красный Набат. А где он?

Иван. Не нянька за ним. (Пауза). К стенке всех. На рассвете. Решение ревкома.

Молчание.

Шалашов (кинулся к дверям, заколошматил неистово). Ура! Откройте! Ура! Разуверился! Пустите!

Расколупа. Помутился!

Красный Набат. Шалашов, не дурите!

Шалашов (бьет в дверь). Да здравствует рассвет третьей революции! Ура!

Арестованные бросаются к нему, оттаскивают от двери, усаживают на нары.

Расколупа. Глаз, смотри, бешеный.

Красный Набат (иронически). А другой — нормальный. Иван (подошел к Шалашову). Разуверился?

Шалашов вскочил, они стоят друг против друга.

А когда грело? Верил? (Замахнулся).

Шалашов. Не смей!

Иван. А ты посмел? Не твои кишки, шкура, на колючей проволоке висели, не твои. (Вдруг, с рыданием). Не ты — я бы...

Лязгнул засов, открылась дверь — конвойные из пантомимы.

Шалашов (оттолкнув Ивана, бросился к ним). Раскаялся! Разуверился! Рассвет третьей! Выхожу из партии! Пустите! Ура!

На него кинулись арестованные. Конвойные преградили им путь: один из них выхватил гранату, замахнулся. Шалашов убежал. Конвойные медленно отходят к двери, ушли. Лязгнули засовы. Молчание. Тишина. Далекие орудийные громы.

Расколупа. Хоть бы стишок какой сказал...

Красный Набат молчит.

Еще пропагандировал меня, ребяты: земля вертится. А как же, говорю: допустим, год назад я был в Кронштадте — если бы вертелась, зараза, где бы я был сейчас?

Красный Набат.

На страже Коминтерна

Стояли корабли

И вдруг так лицемерно

Коммуну подвели...

Расколупа. Ну с ходу, с ходу! Надо же — все из головы! «Там на матросов сел верхом белогвардейский контрревком!» Тоже его. Ну талант, ребяты!

Красный Набат (грустно). Графоман. Весь вопрос — способный ли? Впрочем, теперь и не суть важно. Пишу до беспамятства — и только о революции... (Оглядел всех). В девятьсот пятом году я был еще гимназистом. Убеждения мои были крайне расплывчаты. За случайное участие в сходке запихнули в Кресты. Так что нынче — по второму разу. (Протер пенсне). Грозы. Ливни. Войны. Революции. Минуточку внимания, товарищи. Я попросил бы вас. Взамен ушедшего. Если можно — не откладывая. Полагаю, писать формальное заявление в этих... несколько необычных... условиях... излишне...