Доверие.

Пролог

– Спать будешь вот тут, - Брок бросил рюкзак парня на кровать в одной из комнат. – И запомни три вещи. Я живу с двумя мужиками. Мне плевать, как это травмирует остатки твоей психики. И самое главное. Автографы у них просить нельзя.

Стайлз Стилински только кивал. Его мало волновало, с кем живет этот хмурый мужик, который приходился ему каким-то родственником и к коему отец его буквально выпихнул, после неудачного суицида. В дырку не сдал, видимо, потому что дорого и не помогает. Стилински вовсе не суицид ник. Так вышло в моменте.

Вот Скотт высказывает все, что у него оказывается накипело. Вот Стайлз швыряет в лобовое стекло джипа злосчастный разводной ключ. А вот он приходит в себя в больнице с перебинтованными запястьями. Потому что Стайлз не мелочился, как выяснилось. Резал вены дедовой опасной бритвой. Но не так глубоко, чтобы отец, вернувшийся раньше, не успел спасти. А попутно выяснить, в чем причина внезапного нездорового поступка и принять весьма радикальное решение. Сплавить отпрыска подальше от злых оборотней и прочих. Не от опасности даже. От личностей, которые не стоили жизни его сына.

А куда отправить гиперактивного юношу с тягой к приключениям? К давно забытому родственнику со стороны супруги. Отказать тот не мог. Поскольку немного задолжал тогда еще простому копу Стилински, а долги привык отказать. Так и оказался Стьайлз в славном городе Нью-Йорке на попечении Брока Рамлоу.

Парень посмотрел на закрывшуюся дверь и принялся устраиваться. Разложил по полкам вещи. Комиксы в шкафу расставил. Ноутбук к местному вай-фаю подключил. Пароль ему милостиво выделили. Душ принял, рассмотрев шрамы на руках и поклявшись больше такого не делать. Отец прав. Не стоит оно того. И Скотт не стоит. И даже Малия, внезапно ставшая на его сторону. Уж от нее Стайлз точно не ожидал. Ну и черт с ними. «Дядя Брок» обещал им заняться всерьез. И даже ВУЗ хороший подобрать. В ФБР парню больше не хотелось. Потому что нет справедливости. И законы весьма условны. Иначе бы все иначе сложилось. Да и как не поверни, а сам он убийца.

Отогнав навязчивые мысли, Стайлз оделся и рискнул покинуть новое жилище. Спустился на первый этаж, решив, что стакан воды не повредит. В дверях кухни парня настиг ступор. Возле раскрытого холодильника стоял Капитан Америка в одних домашних штанах и пил молоко прямо из пакета. Стилински нервно сглотнул, осознавая, что есть еще в мире вещи, к которым жизнь его не готовила.

– Роджерс, мать твою, сколько раз говорить, что для этого есть стаканы! – раздался голос Рамлоу прямо за спиной у Стайлза.

Тот подпрыгнул от неожиданности, хоть длительное общение с оборотнями и приучило не вздрагивать лишиний раз. Но дядюшка-то не оборотень.

– Брок, - укоризненно протянул Стив Роджерс, убирая в холодильник молоко. – Не ругайся, здесь дети.

– Не заговаривай мне зубы, - Брок отодвинул Стилински и вошел в кухню. – Это не дети. Это Стайлз, я о нем говорил. В последний раз предупреждаю.

Стайлз сумел только кивнуть на приветствие. У него случился некий кризис восприятия. Едва знакомый родственник отчитывал национального героя, как мальчика и тот что-то там обещал в ответ. А поскольку с логикой парень дружил хорошо и близко, то понял, что Капитан Америка и есть один из тех мужиков с которыми живет Брок.

– Да отомри ты! – Рамлоу затащил Стайлза в кухню. – За стол садись, сейчас чаем напою. Ужин позже будет. Стив, оденься, что ли.

Капитан кухню покинул. Стилински присел за стол и медленно выдохнул.

– Серьезно?! – тихо спросил он. – Капитан Америка?

– Дыши ровнее, - посоветовал Рамлоу, поставив перед ним кружку в цветочек. – Он в домашней обстановке на икону мало тянет. Но может попытаться воспитать в тебе патриотизм. На рефлексах.

– Это не мое, - признался Стайлз мрачно. – Долг, честь и прочие плюшки.

– Ноа делился, - Брок вручил парню тарелку с бутербродами.

– Всем? – ужаснулся Стилински.

– Пацан, я Локи, как тебя видел, меня оборотнями не удивить, - фыркнул мужчина. – А вот остальное… Ну не все стоят того, чтобы ради них сдохнуть. Отдыхай пока. Ешь. Спи. Сериалы смотри. В субботу на экскурсию сводим.

– А кто второй? – вырвалось у Стайлза.

– А ты подумай, - предложил Брок и оставил парня есть и думать.

Долго размышлять не пришлось. Кухню своим присутствием почтил Джеймс Бьюкенен Барнс, он же Зимний Солдат. Выглядел он как на фото в газетах. Внушительно. Устроив рюкзак в углу у плиты, второй ветеран войны смерил парня оценивающим взглядом.

– Ты у нас Стайлз? – уточнил безмятежно, утаскивая с тарелки бутерброд.

Стилински кивнул. Мир вокруг сходил с ума, а он допивал чай в компании Баки Барнса и почти нее вспоминал, что жизнь в целом под откос пошла давно. С пришествием трижды проклятой мисс Блейк с ее местью. А может раньше, когда юный Дерек Хейл подружку прикончил в корнях злополучного Неметона. И почему-то Хейлу-младшему никто не предъявлял. Ни за девушку. Ни за пожар, устроенный его другой подружкой.

– Парень, ты в порядке? – уточнил Баки, встревоженно рассматривая нового жильца.

– Лучше всех, - привычно соврал Стайлз.

А что? Его проблемы – это только его проблемы. Он хорошо понял все, что ему сказали «друзья». Не часть стаи. Не близкий друг. Никто. Убийца. Даром, что сам он убил всего раз и то в порядке самозащиты.

– Врешь, - констатировал Барнс, вздыхая. – Ничего. Захочешь, поговорим. Ты извини, я только с самолета.

Он тоже ушел. Стайлз допил чай. Убрал за собой посуду. Хотел уже спрятаться у себя, дабы осмыслить происходящее, когда зазвонил мобильник. Симку парень сменил. Однако номера в телефоне остались. У него времени не было заняться чисткой телефонной книги.

Некоторое время Стилински просто таращился на имя звонившего. Потом решил ответить.

– Чего тебе? – неприветливо спросил он.

– Лапушка, у тебя все хорошо? – без привычной усмешки спросил невидимый Питер Хейл.

– Прекрасно, - отозвался парень.

– Врешь, - почти в тон с Баки сказал Питер. – Послушай. Они не правы.

Стайлз вздохнул. Ну да. Из всей стаи получить поддержку от того, от кого точно не ждал. И побеспокоился о нем тоже исключительно Питер Хейл.

– Не надо, страшноволк, - Стилински сжал трубку сильнее. – С этим я завязал. Начинаю новую жизнь.