Чтение онлайн

Его звали Борисом. Наша беседа напоминала странный допрос, где стороны все время меняются местами. Мне удалось узнать, что из-за жуткого характера матери Бориса (он сам это признал) отец не смог с ней ужиться, но благодаря фантастически щедрым алиментам, конечно, не по исполнительному листу, мать не возражала против общения отца и сына. Борис окончил политех, работал в НИИ, был женат, имел сына и дочь, вот-вот собирался защищать диссертацию. Отец не оставлял его щедротами, помог с кооперативом, с цветным телевизором, с мебелью и т. д., и т. п. В свое время Борису было рассказано о Доме, у него даже что-то начало получаться, но точно – научная душа не стерпела, он попытался подвести под это дело материалистическую базу. За что и был наказан потерей власти. Кстати, знание о Доме помогло не удивиться автомату и прочей боевой амуниции.

Я рассказал про исчезновение отца и козни Кардинала, про свои последние приключения с Атлантом и Ветром. Потом попросил помощи. Уже давно меня свербила мысль, что научное знание о Доме может оказаться моим козырем в борьбе против Кардинала. Ведь никто же не знал правду о Доме! Все только умели им пользоваться.

А как узнать правду, не потеряв власть? Только посвятив человека со стороны. Но ни с кем нельзя делиться! Теперь можно. Борис подходил идеально. Он уже все знал, то есть не был чужим, и одновременно не мог претендовать на власть над Домом.

– Не потяну, – отказался брат. – Здесь нужен могучий физик, второй Эйнштейн. А я специалист по сверхсильным токам. Узкий специалист.

В ходе дальнейшего разговора у узнал, что Борис пришел, как обычно, за материальной помощью. У какого-то знакомого продавался персональный компьютер. Позарез нужен для диссертации…

Я засмеялся, принес братцу проспект фирмы IBM, а когда он выбрал себе модель, из-за двери в соседнюю комнату появились фирменные ящики. Компьютер, принтер, монитор, еще какая-то дребедень…

Братишка готов был носить меня на руках, но мне нужно было другое. Неужели ничего нельзя придумать? Ведь речь идет о родном отце!

– Есть один человек, – наконец сказал Борис, – в нашей лаборатории. Непризнанный гений. Нет, гений он настоящий, даже кандидатскую защитил. Хотя мог бы и академиком быть. Но как ему рассказать?

– Запоминай! – Моя голова стала работать не хуже компьютера. – У тебя есть родственник, кинорежиссер. У него есть сценарий фильма. Фантастического. Расскажешь про Дом, про второй и третий этажи. Скажешь, что бюрократы на студии не любят фантастику, хотят зарубить сценарий. Надо научно обосновать существование Дома. Хотя бы с техникой будущего. Понял? Гонорар за консультацию – огромный. Если обоснование будет написано хорошо – возьму соавтором в сценарий, заплатят еще больше.

Борис только потряхивал головой. Для него, человека, привыкшего к спокойной и размеренной жизни, самыми стрессовыми ситуациями были ежедневные путешествия в час пик и регулярные поездки на сельхозработы. Мой афоризм его одновременно и возмущал, и восхищал. Но все же недаром братец был ученым. На одну умную рекомендацию его хватило. Именно он посоветовал с помощью Ветра найти комнату Атланта.

Я сидел за столом, покрытым грудой атласов, справочников и энциклопедий. Скорее всего, я делал не то, что следовало. Но в комнате Атланта было лишь две вещицы, при мысли о которых в моем мозгу начинал мерцать знак вопроса.

Я понял, почему старика звали Атлантом. У него было хобби: начав собирать фотографии атлантов и кариатид, он перешел к сбору фотографий всевозможных лепных украшений и статуй на зданиях. Я вспомнил, почему Атлант никогда далеко не удалялся от Дома: он был абсолютно неспособен к иностранным языкам. Такой вот безобидный оригинальный «божий одуванчик». Вся его комната была забита папками с названиями городов СССР. В каждой папке десятки и даже сотни изумительных цветных фото. Да, только Дом мог помочь в составлении такой уникальной коллекции. Вряд ли в каком музее имелось что-либо подобное. Но мне от этого великолепия было ни тепло, ни холодно. Нигде – ни слова, ни полслова об отце.

А заинтересовали меня два пухлых конверта с такими же, как и в папках, фотографиями. Конверт с надписью «Вышгард» я просто отложил, а вот надпись «Верхний Новгород» заставила задуматься. Поразмыслив, я захватил оба.

И уже день ломал голову в поисках городов с таким названием. Их не существовало! Я не ограничился СССР, повозился с Болгарией и Югославией, потом с Чехословакией и Польшей. Вышгард мог быть и там. Пусто.

Сообразив, что задача не имеет решения, я задумался о своих дальнейших действиях. Внезапно дверь в комнату распахнулась. Я схватил пистолет.

– Ишь какой нервный стал, – сказал отец. – Боже! Как тебя разнесло. Сколько тут у вас времени прошло?

– Недели две. А у вас?

– Тоже, – папа с облегчением вздохнул. – Обувайся, быстро пошли за мной.

– Не пойду. Объясни свои фокусы. Я тут землю рою, Атланта убили. Не знаю уже, что и думать, а ты как огурчик. Развлекаешься, наверное? Где тебя носило?

– Атланта убили… Жалко, жалко. А вот в истерику не ударяйся, не время бастовать. В тюрьме я сидел. Ясно? Теперь пошли. Перед человеком неудобно, ждут нас.

Чуть ли не на ходу завязывая шнурки, я пошел за отцом. Путь наш лежал наверх, на четвертый этаж.

– Сергей, мой сын. Хочу, чтобы он был в курсе. – Отец представил меня женщине среднего (это от тридцати до пятидесяти) возраста, одетой в умопомрачительный наряд.

Я вспомнил слова Атланта. Да, к ней определенно подходит слово «дама». А я-то попенял на атлантовскую старомодность.

Втроем, тесной группкой мы стали спускаться по лестнице. И вышли на улицу.

– Черт знает что! – царственно выругалась дама.

– Опять ты, Серж, – со злостью сказал отец.

Мне стало ясно: я их пересилил, и отца, и даму. А скорее всего – только даму. Мы с отцом были ведомыми.

– Ну и сынок у вас! – Дама была возмущена.

– Извините, мы исправимся. – Отец только что не ходил на цыпочках. – Серега, дай руку и закрой глаза. И думай о чем-нибудь нейтральном.

С нейтральными мыслями и закрытыми глазами, держа отца за руку и спотыкаясь на ступеньках, я кончил путешествие на незнакомой улице. Она была тихой и спокойной, но совсем недалеко ощущалась жизнь огромного города.