Чтение онлайн

«Трансгрессия. Основные принципы»

Алиса Вуд сидела за четвертой партой в среднем ряду и минут двадцать безучастно пялилась на эти слова на доске, подперев голову рукой и стараясь не уснуть под монотонный голос профессора Макгонагалл.

В начале она пыталась вникать в сложную и запутанную лекцию о происхождении трансгрессионной «трубы», но потом сдалась и начала переписываться с Лили, сидящей рядом с Джеймсом за партой впереди.

Как раз в тот момент, когда Алиса снова почувствовала, что засыпает, Лили быстро обернулась и бросила на её парту записку. Алиса мгновенно оживилась и как ящерица языком хватает муху, схватила записку и сжала в кулаке. Подождала, пока Макгонагалл со своей лекцией пройдет мимо её парты, развернула бумажку и, пробежав ответ Лили взглядом, тут же бросилась писать ответ. На самом интересном месте откуда ни возьмись взялась палочка Макгонагалл и постучала по её парте.

Алиса встрепенулась, комкая записку и пачкаясь чернилами.

— Простите, — она послала профессору самую невинную из своих улыбок. Макгонагалл наградила её упреждающим взглядом и прошла дальше, ни на секунду не прекращая лекцию. Алиса подождала, пока профессор пройдет и тут же потыкала Лили в плечо. Лили оглянулась и быстро взяла у неё записку. Кто-то на задней парте шмыгнул носом, кто-то с шорохом перевернул страницу конспекта. Алиса украдкой глянула на Сириуса и Малфой, которые, как обычно склеились на задней парте. Даже Макгонагалл закрывала глаза на то, что эти двое сидят в обнимку даже во время урока. Наверное, устала бороться. Алиса вздохнула и отвернулась. Лили как раз закончила писать ответ и опустила вниз руку с запиской. Алиса быстро схватила её и чинно сложила руки, проследив взглядом за профессором. До этого они переписывались обо всякой ерунде, например, обсуждали хохолок Джеймса на затылке, но за последние десять минут дело приняло серьезный оборот и никак не могло подождать до перерыва.

А: «Ты уже решила, кого пригласишь?»

Л: «Пока нет»

А: «О чем ты думаешь?! День Рождения уже завтра!»

Л: «Я вообще не уверена, что хочу его отмечать»

А: «Ты с ума сошла?»

Л: «Я — нет, а если ты не прекратишь, М. отнимет у нас баллы»

А: «Лили, это слишком важно, чтобы ждать до перемены!»

Л: «Ну вот, теперь ты довольна? :) »

А: «Отыграюсь на Травологии. Пять очков — это не так много. А ты не увиливай от ответа. Поговорим на перемене»

— То есть как это ты не собираешься отмечать?

Лили мученически вздохнула, когда Алиса перехватила её в коридоре и оттащила в сторону.

— Лили, это же День Рождения! Дни Рождения случаются не так часто, как нам хотелось бы! Это же праздник! И ты должна быть веселой, а у тебя такой вид...

— Какой? — Лили поправила ремень сумки.

— Как будто ты ешь лимоны и лимонным соком запиваешь! — буркнула Алиса, подхватывая её под руку и увлекая за собой по коридору. — В конце-концов, восемнадцать — это ещё не так много, вот если бы тебе стукнуло двадцать, или, не приведи Мерлин, тридцать, вот тут ещё можно было бы понять, а так ты дол...

— Да не в этом дело. Просто... — Лили засопела. — Ну сама подумай, какой может быть праздник? Марлин в Крыле, Дирк в Крыле, все напуганы, подавлены, кому хочется скакать вокруг торта со свечками? Да и как можно отметить День Рождения, когда мы закупорены в замке и даже пакет ирисок купить не можем!

— О чем трещите? — откуда ни возьмись вдруг появился Джеймса и обхватил их за плечи.

— Ни о чем! — первой выпалила Лили и чмокнула Джеймса в колючую щеку. — Вспоминали, как превратили вас с Блэком в морских свинок на прошлой неделе. Блэк еще два часа свистел. А ты вообще до ужи...ай!

Лили подпрыгнула, потому что Джеймс с невозмутимым видом ущипнул её за задницу.

В качестве компенсации она толкнула Джеймса в плечо, но он видел, что она довольна.

— Поттер, ну хоть ты ей скажи! — не выдержала Вуд, когда они захватили в башне теплую одежду и вместе с толпой однокурсников шли в теплицы. — Она не может так поступить!

— Как? — Джеймс посмотрел на Лили. Эванс бросила на Алису недовольный взгляд и демонстративно замотала шарфом всю нижнюю часть лица, давая понять, что не намерена разговаривать.

— Она не имеет права саботировать свой собственный День Рождения! — Алиса натянула разноцветную вязаную шапку-ушанку. — Я ведь уже и подарок купила! Ещё на каникулах! — Алиса ойкнула, провалившись ногой в нору нарглов под сугробом.

— Эванс, Мерлиновы трусы, у тебя День Рождения?! — Джеймс всполошился так натурально, что Лили остановилась на секунду и выпучила глаза.

— Шучу, — Джеймс пошел на попятную. — Конечно я помню. Тридцать второго числа? В мае? Да ладно тебе, я точно помню, что это было в конце осени.

Лили невольно улыбнулась.

— Она не хочет праздновать, хотя ко мне уже человек десять подходило и спрашивало, когда вечеринка! — не унималась Алиса. Она слегка задыхалась на ходу и пар клочками вырывался у нее изо рта. — Двое были из Когтеврана, понятно?! У нас и так нет никаких поводов для радости, эта дурацкая война, все эти новости, а теперь ещё этот карантин!

— Вот именно! У меня настроение совсем не праздничное, как и у всех. К тому же... — её лицо на миг помрачнело, но Лили тут же тряхнула головой. — Неважно.

— Эй, Лили! Алиса!

Лили оглянулась, увидела машущих им девчонок из Когтеврана и направилась к ним, явно радуясь избавлению от назойливой подружки.

— Лили, но ты... — Алиса даже ногой топнула и закричала ей вслед: — Ты не можешь лишить нас последнего повода хоть немного отвлечься! Лили!

— Я могу подогнать тебе трибуну, Вуд, — их нагнал Сириус. Он, как обычно, был в компании своей слизеринской подружки. — И поджечь парочку бочек.

— Зачем? — Алиса быстро глянула на Роксану, чьи белоснежные волосы, похожие на мех песца давно были предметом её жуткой зависти.

— Когда ты начинаешь так громко говорить, все заканчивается акцией протеста в защиту бездомных лукотрусов. Я прав?

— Лили отказывается отмечать День Рождения, — буркнула Алиса.

— Почему?

Они остановились у запертых теплиц и почти все старшекурсники тут же задымили. В том числе и они.

— Она считает, что сейчас всё это бессмысленно, — Алиса поправила шапку и в расстроенных чувствх приняла у Сириуса сигарету. — Говорит, что никто не придет. Говорит, что не может праздновать и веселиться, когда Марлин и Дирк лежат в крыле. Говорит: нам не достать ни еды, ни напитков. Ну хотя бы в этом она права, — Алиса сделала маленькую затяжку и закашлялась. — На кухне еда может оказаться проклятой, в Хогсмиде тем более, хотя туда даже не выбраться, а почту в замок не пропускают.