Чтение онлайн

Хотя большинство вело себя именно так, как обычные бездельники перед хорошей вечеринкой, некоторые казались подавленными и напряженными. Эти завсегдатаи празднеств молчаливо шли со своими приятелями, передавая друг другу бутылки с шампанским и косяки с марихуаной; историческое событие, до которого оставалось менее пяти часов, словно бы заворожило их, заставило оцепенеть. Более жизнерадостные свистели в свистки и рожки или с лихорадочным возбуждением выкрикивали поздравления; они направлялись в «новый» конец Гринсайда, где шел уличный праздник в честь его официального открытия. Влюбленные парочки целовались и обнимались друг с другом с такой теплотой и нежностью, словно каждый взгляд или прикосновение могли стать последними.

Компания юнцов возле «Белсайза» по временам посматривала вверх, но больше ни на что не обращала внимания; по их лицам нельзя было сказать, что сцены, происходившие вокруг них, вызывали у молодых людей хоть какие-то чувства. Их было пятнадцать — девять юношей и шесть девушек, которые были согласны с тем, что «Розовый Сад» в Кройдоне был именно тем клубом, в который стоило пойти, поскольку он мог похвастаться четырьмя этажами: «Гараж», «Хип-Хоп», «Ритм-энд-Блюз» и «Драм-эн-Басс». Никто не собирался появляться на месте сбора раньше одиннадцати, но, поскольку большинство вечеров они все равно проводили в этом квартале, им просто суждено было встретиться, чтобы выпить и покурить перед началом праздника.

Они столпились на тротуаре, невидяще глядя в сторону спортплощадки; желтые лампы в лестничных пролетах отбрасывали на асфальт пятна света. В основном все молчали. Сисси крепко прижималась к Валентину, как это часто бывает у влюбленных, всем своим видом показывая: этот парень — мой! Валентин отвечал ей тем же; обоих абсолютно не волновало присутствие остальных. Орин наблюдал за своей сестрой, нещадно дымя сигаретой; его лучший друг Малькольм стоял рядом, обмениваясь тихими шуточками с Алексом Картером (который стремительно превращался в Лучшего Парня района). Каролин напевала последнюю новинку от «Бокс»; Лила, Сиан и Софи подпевали, на удивление хорошо. Бенджи громко болтал с Робби о своей последней любовной победе. Райан последний раз глубоко затянулся и передал косяк Рэю.

Малыш Стэйси стоял, засунув руки в карманы; его лицо было напряженным и раздумчивым, словно в голове его роились тысячи мрачных мыслей. Он стоял, глядя, как приближается туман, вспоминая свою жизнь и размышляя, по какому пути она пойдет после полуночи, когда он вместе со всем остальным миром отважно вступит в следующее столетие. Он вполне мог признать это, но предпочитал обманывать сам себя. У каждого человека, где бы он ни находился, были свои теории касательно того, что будет дальше, но ни одна из теорий не казалась сколько-нибудь обещающей. Мать Стэйси полагала, что наступает конец света. Бенджи считал, что компьютеры захватят власть над миром, как это сделал Скайнет в «Терминаторе». Кузина Стэйси Надя говорила, что крайне правые фашисты начнут мировую войну, и жизнь чернокожих в Англии станет вдвое тяжелее. В свои шестнадцать Стэйси думал, что его жизнь и без того была достаточно тяжела; он не был уверен в том, что выдержит, если она станет еще хуже.

Всякий раз, когда Стэйси думал о наступлении нового тысячелетия, его нервы начинали гудеть подобно натянутым гитарным струнам. Страхи были похожи на острые ножи, пронзавшие его внутренности.

Рэй слегка сжал локоть Стэйси. Тот опустил глаза, взял из пальцев друга недокуренный косяк и медленно поднес ее к губам. Рэй повел плечами, сделал движение, словно нанося удар невидимому противнику, потом приподнялся на цыпочки и ухмыльнулся остальным.

— Жду не дождусь сегодняшнего, — искренне сообщил он остальным. Райан вопросительно поднял бровь.

— Да все будет отлично, вот увидишь! Тусовка будет в «Розовом саду» — прошлый раз там было просто классно.

— Точно! — крикнул Бенджи из того угла, откуда он услышал последнюю реплику.

— Классно было в «Саду» в прошлый раз; я там тоже был. Надеюсь, сегодня мы выдадим на полную катушку!

Никто ничего не сказал в ответ; девушки — потому что устали от постоянного подкалывания Бенджи, парни — потому что знали, что он прав. Стэйси обхватил себя руками; он дрожал от холода.

— Сегодня ночью будет холодно.

— Ну и что! — пискнула Кэролайн. Ей было шестнадцать, и она была очень красива. — Я просто хочу покурить и выпить, и оторваться, как смогу. Сегодня такая гулянка должна быть!

Стэйси выбросил окурок и снова сумрачно похлопал себя по бокам.

— Похоже, будет снег, — низким голосом проворчал он.

— Что ты говоришь, мать твою, снега не было уже года четыре или пять! — горячо возразил Рэй. — И сегодня ночью не видать тебе снега!

— В прошлом году снег был, и ты это знаешь, не фига тут! — ответил Стэйси. — Мы как раз тут и сидели, когда был снег!

— Это был не снег, — фыркнул Бенджи. — Настоящий снег должен лежать; а это дерьмо просто растеклось по асфальту, и все тут; ну, ты понял.

Он рассмеялся в лицо Стэйси и взмахнул своей бутылкой апельсинового «Хуча»:

— Кстати, о снеге…

Стэйси прищелкнул языком.

— Да, точно, единственно, почему снега нет — из-за этого дерьмового глобального потепления. В этой стране уже настоящие тропики, все эти безумные жуки и мошки летают вокруг каждое лето, а зимой нет снега. Меня от этого просто тошнит — я до смерти хочу убраться отсюда…

Стэйси снова прищелкнул языком, на этот раз — со злостью, потом вздохнул и снова принялся разглядывать клубящийся, ползущий по земле туман. Его молча оглядели, переглянулись, пожали плечами. Сиан, маленькая китаяночка в очках, повернулась к молодому человеку, сдвинув брови:

— Что с тобой такое?

Он плотнее обхватил себя руками, потом снова вздохнул и уронил руки.

— Ништяк, все в порядке…

— Точно? — присоединилась к разговору Лила. — Глядя на тебя, этого не скажешь.

— Верно говоришь, — подтвердила Сиан.

— Все с ним в порядке, дай братку расслабиться, — зарычал на девушек Бенджи. Он был одним из тех людей, которым всегда нужно говорить раз в десять громче окружающих. — Он вам уже сказал, что у него все круто, так что нечего тут над ним кудахтать…

— Отвали, Бенджи, — оборвала его Лила, резко развернувшись лицом к парню. — Стэйси, вроде как, из твоей компании, а ты даже не въезжаешь, когда с ним что-то не то творится. Барахло ты. И пасть у тебя слишком большая, ты слишком громко ее разеваешь, но ни одной долбанной умной мысли…