Чтение онлайн

– Я занятой человек, мисс Эшби. Я не трачу свое время на поверхностные развлечения.

– Тогда я отрекомендую свою кандидатуру как полагается. Послушайте, мистер Йорк, я...

Он поднял руку, останавливая ее.

– Я понимаю, что вы в поисках работы, и я уважаю это, - произнес он.
– Но для того, чтобы быть учителем здесь, необходимо очень многим пожертвовать. Я покинул свой дом много лет назад и никогда не возвращался. Ученики находятся здесь круглый год. Соответственно и работаем мы круглый год. Здесь в школе есть все, что нам необходимо, и мы очень редко покидаем эти владения. От вас потребуется посвятить себя полностью этой школе так, как это сделали мы. Какая бы жизнь ни была у вас за стенами этой школы, ее придется бросить ради того, чтобы остаться здесь.

– Я ценю ваше беспокойство, но могу с уверенностью сказать, что у меня никакой жизни за стенами этой школы нет. Жить внутри школы - это возможность иметь другую жизнь вместо той, что была у меня до сих пор.

– Мне трудно поверить, что у такой милой молодой женщины как вы, нет никакой жизни.

– У меня больше нет семьи, за исключением бабушки с дедушкой, которых я не так часто вижу. Я была вынуждена менять колледжи еще на первом курсе, после смерти своего отца, и в процессе я потеряла всех друзей. У меня был парень. Он уехал в Африку учить там сельских детей. Когда я говорю вам, что вся моя жизнь находится в машине, которую я разбила, пытаясь не сбить оленя, то я не преувеличиваю, - она замолчала на минуту. – Да, кстати, вы считаете меня милой?

Он проигнорировал ее вопрос.

– Примите мои соболезнования в связи с потерей ваших родителей.

– Спасибо, - она проглотила внезапно возникший ком в горле.

– Вы выглядите очень молодо, мисс Эшби.

– Мне скоро исполнится двадцать шесть. Вполне взрослая, чтобы преподавать ученикам средней школы.

– Даже таким ученикам, как мои? Мальчики здесь взрослые не по годам и в высшей степени смышлёные. Они нуждаются в постоянной интеллектуальной стимуляции, чтобы их ум все время был занят. Один заскучавший ученик превратил статую во дворе нашего основателя, сэра Уильяма Маршала, в эксперимент с реактивным двигателем.

– Я не заметила никаких статуй во дворе.

– Это потому, что эксперимент удался.

– О, Боже...
– она почти произнесла что-то о фильме «Настоящий Гений», и насколько все могло быть хуже - директор мог остаться со зданием, полным попкорна, или ледяным катком внутри помещения. Но она оставила это замечание при себе.

– Серьезно. С моей стороны было бы несправедливо просить такую молодую милую женщину посвятить свою жизнь обучению здесь. Я обязан настоять, чтобы вы вернулись туда, откуда приехали.

Гвен должна была согласиться с ним. Она должна уехать. Упаковать свои вещи, собраться и отправиться в Чикаго, как изначально и планировала.

Но он назвал ее милой. Дважды.

Она никуда не уедет.

– Я думаю, что предпочту остаться, если вы захотите.

Директор изогнул бровь, и она покраснела.

– Захотите меня как учителя здесь, - продолжила она.
– Я никогда не встречала студентов, настолько вдохновленных Шекспиром. Пожалуйста, позвольте мне их учить.

Директор долго смотрел на нее. Похоже, он что-то обдумывал. Ее качества? Ее достоинства? Все за и против? Может, он просто представлял, как опрокидывает ее на свой огромный стол и делает с ней все, что захочет? Вероятнее всего, первое.

– Вы можете остаться, - сказал он, и Гвен открыла рот выразить свою благодарность. Он поднял руку, останавливая ее.
– На испытательный срок в одну неделю. У вас займет несколько дней разобраться, что к чему, и я бы не хотел, чтобы вы уезжали, пока мы не будем уверены, что вы полностью восстановились.

– Одна неделя. Я справлюсь.

– Есть кое-что, что вы должны знать об этой школе прежде, чем переступите порог класса. Академия Уильяма Маршала не является нормальной школой. Это не обычная школа. И это не типичная школа во всех смыслах этого слова. Остальные школы говорят, что хотят подготовить учеников и сделать их лидерами. Лидер - это ничто. Лидер - это тот, кто ведет за собой, и плохой лидер может привести армию в ад. Я хочу, чтобы эти мальчики стали героями, отважными и умными. Так же, как и наш тезка, Сэр Уильям Маршал, самый великий рыцарь за всю историю.

– Я думаю, что это очень благородная цель, - сказала она, восхищаясь идеями директора Йорка и его страстью усовершенствовать не только умы, но и сам характер его учеников.
– И я обещаю сделать все, что в моих силах, чтобы помочь вам.

– Я буду просто рад, если неделю спустя вы не причините им непоправимого вреда, - он указал на свой стол. - Это мой рабочий кабинет. Не беспокойте меня, когда я работаю в нем.

– Могу я вас беспокоить, когда вы в нем не работаете?

– Нет, - сказал он, вставая и щелкая пальцами. Она послушно встала. Герой или лидер, или просто директор, она была готова и мечтала следовать за ним куда угодно. Ну или хотя бы в холл. – Другие преподаватели также имеют свои личные кабинеты. Мистер Прайс преподает математику и естественную науку. Мистер Рейнольдс преподает историю и философию. Я взял на себя уроки литературы после того, как мисс Майр нас покинула.
– Он указывал на классные комнаты, рабочие кабинеты и кладовое помещение.

– А куда уехала мисс Майр?

– Я не могу вам сказать, - что-то промелькнуло в его глазах.

– Не можете или не скажете?

– Ни то, и ни другое. Мисс Майр - не ваша забота. Единственная ваша забота - ваша работа. Это ваш кабинет, которым вы можете пользоваться всю неделю, пока вы здесь.
– Он достал ключ и открыл дверь. Она любила необычные ключи. Эти не были вырезаны в «Хоум Депо» [1] на машине. Они выглядели как отмычка, словно тюремные ключи шерифа Дикого Запада или ключи от ворот замка. Он открыл дверь, и она заглянула в офис. Было очевидно, что здесь работала женщина. Белые прозрачные занавески украшали окна. В отличие от деревянного резного монстра - стола в кабинете директора Йорка, этот маленький кабинет мог похвастать изящным письменным столом с перьевой ручкой и чернильницей.

– Нет компьютеров?
– последовал вопрос.

– Компьютеры?
– директор Йорк произнес слово, презренно высмеивая ее, будто она спросила его, где находится темница, а не компьютерная лаборатория.
– Я не знаю, какой школой вы нас считаете, но нам здесь нечего делать с компьютерами. Они могут это выучить в университете, если захотят.
– Он произнес слово «компьютер» так, словно говорил его на иностранном языке.

– Занимательно. Та официантка говорила, что в Маршале ученикам не разрешено пользоваться телефонами. И компьютерами тоже?

– Студенты здесь пользуются книгами. Книгами и ручками, и бумагой. Здесь учат рукописи. Искусству каллиграфии. Я не позволю этим мальчикам покинуть школу без умения собственноручно написать благодарственную записку. Когда вы будете оценивать их работы, вы должны будете оценивать их мысли так же, как и их написание. Форма и содержание идут рука об руку.

– То есть, вы имеете в виду, что я должна оценивать их почерк.

– Совершенно верно.

– Я могу это сделать.

– Вы будете это делать, - директор Йорк произнес это, закрывая и запирая дверь ее офиса.
– С тех пор как мисс Майр нас покинула, на кампусе не было женщин. Вы, вероятно, почувствуете себя одинокой и нежеланной.