Деточки

Таня своего будущего мужа Антона встретила в университете. Высокий, темноволосый и зеленоглазый, словом, красавчик. Влюбилась.

И мужем он оказался неплохим – всё в дом. Сам строил, работал с рассвета до заката, себя не жалел.

Вот свекровь, правда, совсем не то. Слишком простая, иногда, правда, сложная, но не в хорошем смысле этого слова, неудачница, да ещё не дура выпить. Свою свекровь Таня терпела с трудом. Но сына та любила, Антон к матери был тоже привязан, так что, пусть с трудом, но терпеть надо.

О чём Антон часами разговаривал с матерью за чашкой чая – было выше Таниного понимания. О чём умный, весёлый парень может разговаривать, ну, мягко скажем, с не очень умной женщиной – вот это загадка.

Таня сначала заподозрила, как бы не её обсуждали, даже напряглась слегка, устроила небольшой скандал. Но нет, похоже, её не трогают. И на том спасибо.

Вообще, с мужем Таня часто расходилась во взглядах на одни и те же вещи. И порой она удивлялась, как он, такой умный, не понимает самое элементарное! На первых порах она пыталась Антону объяснить. Но потом научилась действовать более эффективно – скандал. Скандал! Не жалея себя, своих голосовых связок. Надо – так и посудой пожертвовать можно. Чего не сделаешь ради семьи.

Антон тоже реагировал состветственно. Но силы не равны! Это Таня быстро поняла и выходила с поля боя неизбежно победителем.

Вскоре родились дети. Как и положено, мальчик и девочка: старший Женя, младшая Саша. Умнички, глазастики. Смешные и сладкие.

Теперь уж, если разногласия касались детей, Татьяна была незыблема. Она – мать. Она сердцем чует, как лучше!

И вот уж дети быстро разобрались кто есть кто. К бабушке они стали относиться с пренебрежением. А что? Детей не обманешь! Дети человека на энергетическом уровне чувствуют! Так что Танино мнение о свекрови железобетонно подтвердили внуки.

Каждый раз от бабушки приходилось забирать их голодными. И вот это называется бабушка!

– Антон, Таня! – неизбежно начинала она свою шарманку. – Не знаю, чем кормить. За целый день крошки, считай, не съели. Я уж блинчиков – не хочу. Может, макароны с котлетками? – Не будем. Салатика? – Фу-у! Пришлось в магазин их вести. А что делать? Вы уж меня не ругайте. Но надо же детей хоть чем покормить!

Таня молчала. Потом уж она скажет своё мнение про умение свекрови готовить. И пусть Антону это не нравится. Но дети – это святое!

Дальше – больше.

– Антон, Таня! Не слушаются. Боюсь с ними на улицу выйти. Бегут куда зря.

Таня только кривила рот. А что ещё ожидать!

И случилась беда. Саша сломала руку. В парке спрыгнула с качелей неудачно.

«Не доглядела!» Вердикт был венесен и обжалованию не подлежал. Тем более, свекровь и не жаловалась. Куда уж жаловаться, коли сама виновата.

С тех пор дорогу к бабушке стали забывать. Только в редких случаях, когда по-другому нельзя. Но дети подросли, уже научились оставаться дома одни.

– Мам, – как-то позвонила Таня, – Женька с Сашей сегодня дома одни, ты позванивай им, как они там. Я не могу.

Бабушку уже давно не одолевали такими просьбами. И она стала звонить. Но после нескольких гудков в телефоне приятный, но равнодушный голос неизменно отвечал: «Абонент занят, попробуйте позвонить позднее».

«Сбрасывают! Говорить не хотят!»

Бабушка волновалась. Хоть бы ответили. Что ж они так?

Но женский голос в телефоне был неизменен и неумолим.

Бабушка собралась идти к внукам.

Дом стоял на краю улицы, сверкая новой крышей. Сын – молодец, конечно. И всё в одни ручки, горестно вздохнула, жалеючи.

Пришла. И звонила, и стучала, и в окна пыталась докричаться. Может, испугались, боятся? Опять звонила тут же. И вновь безответно.

У ворот оглянулась и увидела внуков в окне. Те смотрели на неё и смеялись. Заметив, что она обернулась, тут же нырнули вниз.

«Всё нормально. Целы!» Пошла домой…

Позже внук написал: «Замахала ты звонить. Не звони больше». Внучка ничего не написала. Не умела ещё.

Больше не звонила.

Внуки росли. И теперь уже Таня всё чаще стала слышать от любимых крошек «Дура!». Только уже не в адрес бабушки, а в свой. Бабушку они теперь редко видели. И это поначалу было трудно проглотить. Но детям же скандал не устроишь! Хотя, тоже пробовала. Но эффекта уже не было. К тому же, их сразу же становилось жалко. Поэтому психовала – глотала. Так и жили. От бабки избавились, а радости почему-то не прибавилось…

…Ночь. Рядом спит Антон. Вот уж у кого сон непробиваемый, с раздражением подумала Таня. Хотелось даже лягнуть его локтем, пусть и он немного поволнуется, не одной же ей! Но не решилась. В последнее время он с ней не особо церемонится, может и в ответ лягнуть.

Но вот где их носит? Выросли детки. Правду люди говорят, маленькие детки – маленькие бедки. Когда маленькие были, всё же легче. Ну, заболеют. Зато теперь каждую ночь до рассвета минуты считай. Днём, обычно, легче. А вот ночью какие только страхи не лезут в голову.

Женя уж не раз приходил выпивши. И в кого такой? В бабку, конечно. Та была любительница. Антон не пьёт.

Таня, с раздражением посмотрела на мужа. Только стройка одна на уме. Уж отгрохал хоромы. И куда такие? А убираться ей. Совсем устранился от воспитания детей. А она что? Не слушаются они её.

Хоромы… Только пусто и тоскливо в них. Нет радости, когда дети что попало вытворяют.

Вот, пожалуйста, три часа. И где Саша? Неужели трудно позвонить? Мать же волнуется.

Таня набрала номер и в ответ услышала привычное: «Абонент занят, попробуйте позвонить позднее»…

Имена вымышлены, все совпадения случайны.