Шрифт:
Троллейбус резко дернулся и стал. Все чуть не попадали друг на друга. Гармошки дверей разъехались, впустив апрельский сквозняк.
– Да што ж это, лышенько… — завопил и осекся низкий женский голос с улицы. Недобрая глухая пауза вползла в вагон.
Из середины салона поднялся энергичный парень с черным студенческим дипломатом. Он прошел вперед к лобовому стеклу. Водительша, белая как восковая кукла, вцепившись в руль, замерла в своей кабинке с закрытыми глазами. Видно было, как на асфальте перед троллейбусом собирается толпа. Никто не разговаривал. Люди глядели куда-то вниз, прямо под колеса троллейбуса.
Парень сошел через переднюю дверь. Народ молча стоял неплотным полукругом. Все как будто боялись приблизиться. В стороне на тротуаре перетаптывалась с потерянным видом неряшливо одетая девчонка лет десяти. В руке она комкала маленькую серую варежку с пришитым обрывком зеленой тесемки.
И тут парень увидал его, пятилетнего малыша в черной короткой шубке и в сбившаяся набок войлочной шапочке-«дебилке». Малыш неподвижно лежал на боку, прямо посреди мостовой. Беспомощный, как выпавший из гнезда птенец. Из рукава его шубки виднелась вторая серая варежка.
Темно-алая полоска нарисовалась из маленького ушка и тихо скатилась вниз под подбородок. Парень присел на корточки перед малышом. Он осторожно приложил два пальца к тонкой шейке в попытке нащупать пульс. Лицо его посуровело. Подняв глаза, парень встретился виноватым взглядом с девчонкой. Та скривила рот в беззвучном реве. Затем она вдруг развернулась и резкими скачками умчалась вглубь переулка, беззвучно как летучая мышь. Зеленый хвостик весело развевался за ней будто воздушный змей.
Всё так же сидя на корточках, студент вопросительно оглядел столпившихся вокруг него людей. Народ виновато отводил глаза.
Парень поднялся, безнадежно махнул рукой и, растолкав плечом толпу, быстро ушел вперед по ходу троллейбуса. Еще можно было успеть на лекцию.
Издалека взвыла сирена приближающейся скорой.