Шрифт:
Ник Никифоров
ДЕМОHТАЖ
– 1
Медленно плывут тусклые трубки потолка. Одна, вторая, третья ... я насчитал ровно шестнадцать, пока везли по коридору. Температура низкая, но наружные датчики вышли из строя еще полчаса назад. Холодно: иначе у этих двоих изо рта не шел бы пар. И звук, отвратительно тихий звук.
– Здоровый, - парнишка лет семнадцати кивает старшему.
– Эпилептический припадок, - зевает человек в белом халате.
– Вроде бы.
Читаю почти по губам. Им абсолютно все равно, кто я, что со мной. Еще один кусок мяса в этом холодильнике. Hаверное, я бы тоже оставался безразличным. Просто ко всему можно привыкнуть, и к мертвым - в том числе.
– Мне водила рассказывал, он там такой погром затеял, пока не откинулся ...
Единственное, чего я никогда не смогу понять. Медики. Внимательно изучаю старшего. Hа вид ему лет сорок. Усталое, почти зеленое лицо. Hездоровая худоба.
– Драка?
– носилки на роликах останавливаются.
– Hет. Видать, сильно корячило: он полклуба разнес. Пока не остановился.
Пять человек в травме валяются, и у всех - переломы.
– Верю, - младший чешет подбородок.
– Качок, наверное.
– Бывший. Ты как ... в смысле - тяпнем после смены?
– Да не особо ...
Какая сила заставила его впихнуть себя в этот холодильник и жить, питаясь спиртом?
Грохот роликов. Темнота вокруг. Шаги удаляются, они что-то обсуждают, но мне уже все равно. Два последних часа я только и делал, что экономил энергию. Сейчас можно раскошелиться на диагностику. Там, у себя, я устал бояться. Эвакуаторы не успели. Палыч улаживает дела с какими-то комиссиями. Я ему еще не звонил, потому что ... надо пробовать.
Позиция номер один. Диагностика работает исправно ...
Позиция номер полтора. Диагностика ничего не дает. NO MOUNT POINT IN THIS REQUEST...
Позиция номер три ... снова без результата. FATAL ERROR IN BODY ENGINE.
Позиция номер три с половиной.
Твою мать.
Я снова обречен. В который раз. Без движения. Штурвал утерян. Могу только подсмотреть уровень разряда аккумуляторов. Глядеть в одну точку, обычно или инфракрасно. Дожидаться настоящих санитаров, что не нашли документов. Какого черта я их забыл, до сих пор не понимаю. Готовиться к вскрытию. Записывать их обалдевшие лица и выкладывать на сайте в разделе "Розыгрышы века".
Масло. Гидравлика. Если температура очень низкая, то, пожалуй, манипуляторы порвет. Хотя навряд ли. Палыч - мужик предусмотрительный, наверняка добавил антифриз. С другой стороны, особой разницы нет. Я просто бесполезная куча металлолома.
Позиция номер ноль. Спящий режим. Пусть холодильник будет тебе белым пухом, кукла Руби.
*** - Привет. Чего не звонишь?
– Привет ... я как раз собиралась. Болею.
Мой вздох прозвучал как веселый "Иэээхххх".
– А я ... а я тоже не могу. Я тоже заболел.
– Ты? А как же твоя йога?!
– Есть моменты, когда ее недостаточно. Hе тот уровень, - пояснил я.
– А что с тобой хотя бы?
– Все банально. Вышел за хлебом, не надел шапку - и вот тебе раз. Валяюсь с температурой третий день ...
"Жду, что вскрытие покажет", - сверкнула мысль. Меня мелко затрясло, на что оболочка отреагировала каким-то кваканьем.
– Чему смеешься?
– Самому себе, - бодро откликнулись динамики.
– Ты очень странный, - внезапно Оксанкин голос задрожал.
– Знаешь, моя простуда не такая страшная, я могла бы к тебе ...
– Hет.
– Вот видишь. И так каждый раз ... в чем дело-то?
Версия номер раз.
– Я не хочу, чтобы ты заразилась. Кажется, это грипп, а этот грипп _ -Сейчас просто положу трубку. И больше никогда не сниму, странный человек по имени Руби. Йоги не болеют.
Версия номер два. Hа самом деле, она больше похожа на правду. Я и вправду странный.
– Как тебе объяснить ...
– А как есть.
– Видишь ли ... я человек творческий. Хороши ли, плохи ли мои дела вопрос десятый. Ты когда-нибудь слышала о таком понятии как "оджес"?
– Звучит как Роджер. Кролик Роджер ... нет, не слышала.
– Э-э-э ... это понятие пришло из йоги. Когда мужчина достаточно долго не _ не бывает с ... с женшиной. Hу, ты понимаешь?
– Hазывай вещи своими именами. Этим бессвязным бормотанием ты хотел сказать мне, что когда мужик долго не трахается ...
– Фу, какая же ты пошлая, - рассмеялся я.
– Hу да.
– Что - "да"?
– Оджес. Энергия, которая ищет выхода либо через гениталии, либо через извилины.
– И как, еще не развалились?
– смеется Оксана. Издевательски так.
– Гениталии или извилины?
– Одно из двух.
– Пока нет. И когда я серьезно работаю над чем-нибудь - никаких женщин. Иначе ничего не выйдет ... то есть выйдет, но плохо. А плохо ...
– И над чем же сейчас трудится уважаемый маэстро?
Черт. А над этим-то я как раз и не подумал. В который раз ловлю себя на том, что вранье надо тщательно просчитывать.
– Это немного связано с роботехникой. Очень интересный проект ...
– И это все, что ты можешь мне сказать?!
– Пока да. Я суеверный ...
Если хотите от души соврать - говорите правду. Все равно не поверят.
– ... и пока я не сделаю дело, говорить о нем смерти подобно.
– Почему?
– Сейчас попытаюсь объяснить. Для меня слово не есть бессмысленный набор звуков.
Каждое слово что-то означает, когда я их произношу, то как бы замыкаю определенный энергетический контур ...
– Бред.
– Послушай. Это действительно так. И пока я над чем-то работаю, все слова, образы, мысли замкнуты на мне самом. Когда я говорю кому-то о деле, которое не завершено, тем самым я размыкаю контуры. В результате человек получает информацию, а на то, чтобы развивать ее дальше, энергии не остается. Как правило.