Чтение онлайн

Кто я теперь? Я не знаю. Новое ощущение еще не стало привычкой. Какая я? Я тоже не знаю. Но сейчас я не стала бы убеждать вас в том, что я не стерва. Стерва. Что, впрочем, не будит во мне никаких угрызений совести. Когда начинаешь относиться к прежним приятелям, как к средству от скуки – это уже цинизм. Это дано не каждому. Но это пугает меня не так, как мое равнодушие к собственным постельным партнерам. Конечно, я обставлю ужин при свечах и подгоню музыку. Я даже накормлю его с утра завтраком, но… Я не вспомню о нем после того, как за ним закроется дверь.

Ольга оторвалась от произведения и честно задумалась: почему она относилась к Витьке настолько хорошо? Наверное потому, что он отвечал ей тем же. Ольга не могла бы определить, что за чувства питал к ней Витька. Но она не думала, что это была только дружба. Может быть она, как это свойственно всем женщинам, придавала слишком большое значение мелочам? Но разве не из мелочей состоит вся наша жизнь? Для Витьки в ее душе сохранились нежность и теплота. Мало того, он будил в Ольге чувства, которые она сама считала давно пережитыми. Она вспомнила, что это такое – быть благодарной судьбе за даруемые ею маленькие радости. Да, Ольга уже не испытывала щенячьего восторга. Но и смотреть на Витьку приобретенным ею взглядом Холодного Равнодушия она тоже не могла. Для этого она слишком хорошо к нему относилась. Как к мужчине, как к другу, как к человеку. Просто раньше она была недостаточно взрослой, чтобы осознать это. И уж тем более это принять

Ольга не знала, что именно Витька в ней так ценил. Она даже не знала, что ему в ней не нравилось. Может быть, что это было не так уж важно. Ей было просто хорошо с Витькой. Тепло, умиротворенно и спокойно. Может быть, Ольга загонялась бы по нему не так сильно, если б он ее на это не провоцировал. Нежностью, заботой, искренним вниманием… Ольга улыбнулась. Наверное, став взрослыми, они стали все усложнять. Впрочем… Отношения между ними никогда особо простыми и не были.

Собственно говоря, нельзя было сказать, что мы с Витькой один раз расставшись, никогда больше не виделись. Виделись, конечно. На спектаклях, у общих друзей, на улице… Мы были с ним в близких отношениях более трех лет. По-моему, неплохой срок для периодического любовного романа, не думающего о завтрашнем дне. Однако… Ничего не было так давно! Наверное, именно поэтому, когда Витька согласился помочь театру, я слегка нервничала перед встречей с ним. Ведь это опять был молодежный театр. И мы опять должны были что-то ставить. Только участвующий в постановке народ был весь младше нас на 5-7 лет. А как еще мы смогли бы заметить, что мы так повзрослели?

У театра не было имени, но мы не подарили им идею "Торча". Название должно было родиться само. И оно родилось в первый же вечер, который мы потратили на знакомство. Пили чай (пиво пить было непедагогично) и рассказывали историю "Торча". Мы говорили ребятам о том, что не стоит бояться оригинально мыслить. В жизни и так много прилизанных людей, живущих в рамках правил. Представьте, какими они будут, если подложить им ежа? Так и родилось название "Берд", которое в принципе, по-английски, означало "птичка", но внутри театральной тусовки расшифровывалось лозунгом "Больше ежиков розовым дамам!" Наверное, ребята просто осознали, что творчество существует для того, чтобы будить в человеке человека. Пусть даже не очень приятным для него способом.

Витька остался в молодежном спектакле и после того, как премьера состоялась. Мне кажется, в глубине души, я была к этому готова. Просто не хотела об этом думать, чтобы не расстраиваться, если что пойдет не так. У Витьки была нормальная работа, нормальная (более чем) зарплата, но в вечернее время он зачислился в ДК совместителем как педагог дополнительного образования. Ему нужен был театр. Ему необходимо было место, где он мог реализовать свой творческий потенциал. Витька притаскивал время от времени в этот театр наших общих знакомых, и они с удовольствием пускались в дурь от собственной взрослой жизни. Помню, как перед очередной премьерой я заскочила к Витьке и обалдела. Знакомые лица, знакомые разговоры… Полное ощущение того, что я попала в прошлое. И такой знакомый взгляд Витьки через головы сидящих. (Нет? Да? Да? Нет?) Потом сигаретный дым слегка рассеялся, и я поняла, что повзрослели все.

Витька опять был со мной предупредительным и нежным. Но если себе не врать… Я знаю, что таким же он мог быть и по отношению к любой другой более-менее приятной ему девушке. И если во всем этом проскальзывало что-нибудь лично для меня, то настолько неуловимым образом, что словами это не определишь. И все-таки что-то было! Было в мелочах, в поведении, в обращении, во взглядах и даже в том, как он старательно держал дистанцию. Я старалась держать дистанцию тоже. И даже если Витька хотел действительно что-то там со мной закрутить, то я никак не облегчала ему задачи. Я вела себя по-дружески. Конечно, это не исключало легкий флирт, но разве это стоило воспринимать всерьез? Витька и не воспринимал. Сейчас я думаю, что мои чувства к Витьке были не совсем влюбленностью. Скорее, мне хотелось убедиться, что я до сих пор интересна ему как женщина. Я хотела, чтобы первый шаг сделал он. А он – чтобы я. Потому что на войне и в любви существует единый закон – один сдается, а второй диктует правила игры. Из нас с Витькой не хотел сдаваться никто. Потому что никто не хотел быть зависимым. Наверное, что в показушничестве на тему "а нам все равно" мы зашли чуть дальше, чем надо. И не знали, как из этого выбраться.

Может быть, нам не стоило быть такими взрослыми. И такими глупыми. Наступило время, когда мы устали скрывать друг от друга нереализованные желания и стали раздражаться. Потом психовать. А затем даже орать друг на друга. Может быть, это был какой-то период ломки в наших отношениях. И они просто перерастали во что-то другое, как это было в свое время у нас с Ником, но нам обоим это не нравилось. Определенно. Мы оба хотели побыстрее миновать эту злость, и даже друг от друга отдалились. Не знаю, помогло ли это Витьке. Мне – нет. И я решила, что все это необходимо менять. Понятия не имею, насколько Витька был готов к такому повороту событий. Я даже не могла предположить, как он среагирует. Мне уже было все равно. Меня понесло. Я устала от наших поганых отношений с Витькой, и была готова прекратить эту тягомотину раз и навсегда. Я была уверена, что Витьке это все тоже надоело. Просто из нас двоих сильнее, умнее и решительнее (опять!) должна была оказаться я. Если честно, мне этого не хотелось. Но особого выбора не было. Всяческие недоразумения между нами следовало прекратить. Только бестолковой влюбленности в 25 лет мне не хватало!

Наверное, с моей стороны не очень честно было напоминать Витьке наше прошлое, но ничего лучшего я не придумала. И Витька не устоял.

Ольга повела бровями. Чего ж теперь поделаешь, если загоняться по пустякам – это ее любимое занятие? Она все время только самого плохого ожидает. Ну почему, например, она думала, что Витька на нее не поведется? Он хотел этого не меньше, чем она! А она видела это в его глазах и продолжала сомневаться до последней минуты.

Мне было с ним хорошо. Не от того, что Витька творил в постели (хотя он был крут), и даже не оттого, что "я это сделала!". Мне было хорошо потому, что я понимала – этот раз не последний. Я чувствовала, что Витька ждал этого, и что он этого хотел. Он слишком хорошо меня помнил. Мое тело, мои привычки, и те мелочи, которые связывали нас в постели раньше. Такая память не бывает случайной. Она постоянно должна подогреваться воспоминаниями и желанием претворить эти воспоминания в жизнь. Я знаю это по себе. Я тоже его слишком хорошо помнила. Я чувствовала себя удовлетворенной и успокоенной именно потому, что я победила. И Витька никуда от меня не денется.