Чтение онлайн

– Не думаю, что ты знаешь букмекера по имени Торчок. Я права?

– Торчок? Нет. Никогда о таком не слышал. Он местный?

– В общем–то, я не уверена.

Поездка через город прошла спокойно. Перед многоквартирным зданием на Слоун–стрит у тротуара стоял лишь один автомобиль. Это был еще один новенький черный внедорожник. Танк припарковался за ним. За пределами этого здания вдоль бордюра по обе стороны улицы выстроились машины.

– Одна из причин, по которой нам нравится приводить в исполнение закон, это запрет стоянки машин перед зданием, – поделился Танк. – Всегда четко и ясно. Жители паркуются позади дома. А здесь у входа разрешается стоянка только служебного транспорта.

– А если кто–нибудь захочет тут встать?

– Мы это не одобряем.

Мягко сказано.

В вестибюле торчали двое мужчин. Они были облачены с ног до головы в черное с надписью ОХРАНА на куртках. Один вышел вперед, когда мы появились, и открыл дверь.

Танк вошел и огляделся:

– Что–нибудь случилось?

– Ничего. Всю ночь тишина.

– Когда последний раз делал обход?

– В двенадцать.

Танк кивнул.

Мужики собрали свои пожитки: большой переносной холодильник, книгу и спортивную сумку, и вышли в дверь. С минуту они постояли на улице, оценивая обстановку, потом забрались в свой внедорожник и уехали.

У дальней стены располагались маленький столик и два раскладных стула, так, чтобы охрана видела одновременно дверь и лестницы. На столике лежали два переговорных устройства.

Танк закрыл дверь, взял одну из раций и пристегнул к поясу.

– Я пройдусь. Ты оставайся здесь и смотри в оба. Звони мне, если кто–нибудь приблизится к дверям.

Я ему отсалютовала.

– А ты находчивая, – сказал он. – Мне нравится.

Я сидела на складном стуле и наблюдала за дверью. Никто не подходил. Я смотрела за лестницами. Там тоже никого не было. Потом проверила маникюр. Посмотрела на часы. Прошло две минуты – еще 478 минут, и я могу отправляться домой.

Танк легко сбежал по лестнице и сел на стул.

– Все спокойно.

– Что сейчас?

– Сейчас подождем.

– Чего?

– Да ничего.

Два часа спустя Танк удобно устроился на стуле, сложив руки, от глаз остались одни щелочки, но они бдительно наблюдали за дверью. Он уподобился рептилии. Грудь не двигалась в такт дыханию. Никакого сдвига в положении – двести пятьдесят фунтов гарантии безопасности в приостановленной анимации.

С другой стороны я перестала пытаться удержаться от падения со стула и растянулась на полу, где могла вздремнуть без угрозы убить себя.

Я услышала, как заскрипел стул под Танком. Услышала, как он наклонился вперед. И открыла один глаз:

– Что, время обхода?

Танк был на ногах.

– Кто–то у дверей.

Я села, чтобы посмотреть и БАХ! Кто–то громко разрядил пистолет, а затем раздался звон разбитого стекла. Танк резко отклонился назад, ударился о столик и обрушился на пол.

Стрелок ворвался в вестибюль, все еще держа в руке пистолет. Это был тот мужик, которого Танк выбросил в окно, обитатель квартиры 3С. Глаза бешеные, лицо бледное.

– Бросай оружие, – заорал он на меня. – Бросай гребаное оружие.

Я посмотрела вниз – и действительно, я держала пистолет.

– Вы ведь не собираетесь меня застрелить, а? – спросила я замогильным голосом.

На нем был надет длинный плащ. Он распахнул его и продемонстрировал опоясывающую его связку пакетов.

– Ты это видишь? Тут взрывчатка. Не станешь делать, что я скажу, и мы взлетим на воздух.

Я услышала глухой звук удара и поняла, что пистолет выскользнул у меня из пальцев и упал на пол.

– Мне нужно в мою квартиру, – скомандовал он. – Нужно попасть туда прямо сейчас.

– Она закрыта.

– Так добудь ключ.

– Нету меня ключа.

– Черт, тогда вышиби проклятую дверь, – посоветовал он.

– Я?

– А ты видишь тут кого–нибудь еще?

Я посмотрела на Танка. Он не двигался.

Парень в плаще махнул пистолетом в сторону лестницы:

– Вперед.

Я бочком обошла его и поднялась по лестнице на третий этаж. Там встала перед дверь в квартиру 3С и потрогала ручку. Разумеется, закрыто.

– Пни ее, – приказал парень в плаще.

Я пнула.

– Черт! Что это за пинок. Ты совсем ничего не умеешь? Телевизор что ли не смотришь?

Я отошла на пару шагов и с размаху врезалась в дверь. Ударилась боком и отскочила рикошетом. С дверью ничего не случилось.

– Когда Рейнджер так делал, у него срабатывало, – пожаловалась я.

Парень в плаще вспотел, и пистолет затрясся в его руке. Он повернулся к двери, взялся за оружие двумя руками, прицелился и нажал дважды на курок. Дерево расщепилось, и раздался лязг металла о металл. Парень пнул дверь на уровне замка, и та с треском отворилась. Он бросился внутрь, включил свет и огляделся:

– Что случилось с моим барахлом?

– Мы очистили квартиру.

Он пробежался по спальне и ванной и вернулся на кухню.

– Вы не имели права, – завопил он на меня. – Вы не имели право забирать мое барахло.

– Да тут его не очень–то много и было.

– Тут было целое состояние! Ты знаешь, что у меня тут было? Хорошая дрянь. Чистейшая. Черт, ты знаешь, как мне сейчас требуется вмазать?

– Послушайте, как насчет того, чтобы отвезти вас в лечебницу? Там вам помогут.

– Не хочу я в лечебницу. Мне нужна моя заначка.

Дверь открыла жительница квартиры 3А:

– Что происходит?

– Возвращайтесь в квартиру и закройте дверь, – посоветовала я ей. – У нас тут маленькая проблема.

Дверь с шумом захлопнулась, и щелкнул замок.

Парень в плаще снова забегал по квартире.

– Черт, – приговаривал он.– Черт, черт.

В холле появилась еще одна женщина. Она была сгорбленной и хрупкой, как тростинка. Возраст ее приближался годам к ста. Короткие седые космы торчали пучками на голове. На ней были надеты розовая фланелевая ночная рубашка и большие пушистые шлепанцы.