Шрифт:
Яна Моравцова
Цветок
– Ты разбираешься в цветах?
– спросила Маркета, отодвинув от себя стопку бумаг, сплошь исписанных цифрами.
– Послушай!
– Либуша закатила глаза.
– Оставь меня в покое с цветами. У меня отчет не сходится, куда-то исчезла крона. Эти монтажники всюду ездят, а заполнить бумаги никак не научатся.
Маркета вздохнула и до обеда более не промолвила ни слова.
– Ну что, нашла свою крону?
– поинтересовалась она у приятельницы, когда они приступили к еде.
– Да, наш гениальный Ружичка, разумеется, все заполнил неправильно.
– Ружичка?
– Маркета задумчиво помешивала ложкой в тарелке.
– У тебя, случайно, нет атласа растений? А еще лучше справочника комнатных цветов. Понимаешь, у меня дома растет какой-то странный цветок.
– Плотоядный, - подсказала Либуша, изучая кусок говядины на блюде.
– Да нет же!
– возразила Маркета с раздражением.
В этот день она больше не говорила о цветке.
На следующее утро Либуша застала Маркету за чтением книги с цветными картинками.
– Семейство хвощовых, - прочитала она через плечо подруги.
– У тебя дома есть хвощ? А квартиру ты отапливаешь углем?
Маркета хотела промолчать, но потом все-таки кивнула в знак согласия.
– Этот цветок похож на хвощ, - добавила она неуверенно.
– Разве хвощ - комнатное растение?
– Мое растение скорее всего адвентивное, - со вздохом сказала Маркета.
– Какое, какое?
– Либуша с удивлением покачала головой.
– Что за слово?
– Адвентивное, - повторила Маркета. И с видом сведущего человека добавила: - Это означает "встречающееся в непривычном для себя месте", иными словами, занесенное.
– Так что же, - засмеялась Либуша, - ты куда-то занесла свой цветок?
– Да нет, совсем наоборот - это цветок ко мне занесло, наверное, ветром. Вырос вместо пеларгонии. У меня в подвале стояло пять горшков, во все я посадила пеларгонию. Недавно я вынесла горшочки наверх. Смотрю: в четырех - пеларгония, а в пятом - какой-то непонятный цветок.
– Такое случается. Наверное, пеларгония погибла, а в земле оставалась еще луковица или семечко какого-то растения. Вот оно и проросло.
– Цветок странный какой-то.
– Ты его боишься?
– удивилась Либуша.
– Так выбрось в сад, и дело с концом.
– Как можно!
– Маркета с укоризной посмотрела на подругу.
– Выбросить цветок? Если хочешь знать - я его полюбила.
– Ну-ну, - произнесла после минутного размышления Либуша.
– А не пойти ли нам сегодня в кино? Вашек купил билеты на де Фюнеса...
– Вот и иди с Вашеком!
– Одну меня он не станет приглашать. А тебе кино не помешало бы глядишь, и развеялась бы немножко.
– Либуша, не зайдешь ко мне взглянуть на цветок?
– Маркета просительно смотрела на Либушу.
Та пожала плечами и кивнула в знак согласия. Почему бы нет?
– Я достала несколько атласов растений, но свой цветок не могу найти, призналась Маркета.
– По-моему, он светится. А днем меняет окраску листьев: они то синие, то красные...
Девушки вошли в квартиру.
Из цветочного горшка, что висел над диваном, где спала Маркета, свисало несколько поникших листьев. Либуша озадаченно посмотрела на подругу:
– Это и есть твой цветок?
Маркета растерянно подошла к горшку и осторожно коснулась листьев.
Либуша быстро зажмурилась и снова открыла глаза. Вот чудеса: листья явно распрямились! Но едва Маркета отошла, как они снова поникли.
– Пойдем-ка в другое место, - тихо сказала Маркета и повела Либушу в ванную. Закрыв дверь, она быстро зашептала:
– Все эти фокусы цветок проделывает, когда я в квартире одна! Перед чужими он притворяется. Раньше я об этом только догадывалась, а теперь уверена. Зашел слесарь - и цветок поник. А стоит постороннему уйти, и он оживает.
Либуша с недоверием взглянула на Маркету.
– Ты ведь сразу после работы идешь домой? Убираешь квартиру, читаешь, смотришь телевизор, и все одна!
– Это не имеет отношения к цветку.
– А когда ты последний раз была в кино? С поклонником, конечно.
– Сегодня вот ходила на фильм с тобой.
– А до этого? Короче, на тебя действует одиночество!
– заключила Либуша и решительно открыла дверь в комнату.
Из горшка свисали съежившиеся листья. Либуша подошла и указательным пальцем дотронулась до цветка.
– И вообще это не хвощ. Посмотри сама: у цветка ботва, словно ты намерена заготавливать корм для кроликов.
На другой день Маркета на работе вела себя как-то странно: отвлекалась, мечтательно смотрела куда-то поверх бумаг. Либуше пришлось трижды возвращать ей ведомости - Маркета никак не могла заполнить их и подшить в папки.
– Знаешь, - после обеда сказала Либуша, - был у меня один знакомый... Он интересовался цветами. Позвоню-ка я ему!
– Послушай!
– мечтательно проговорила Маркета.
– Мой цветок умеет навевать сны.
– Да не выдумывай ты чепухи!
– вздохнула Либуша и протянула руку к телефону.
– Нет, право, - продолжала Маркета.
– С той поры, как я поставила горшочек возле дивана, мне снятся такие прекрасные сны...
– Почему ты не выставишь его на балкон?
– удивилась Либуша.
– Цветы не должны находиться в помещении, где спят люди. Ночью растения поглощают кислород.
Зазвонил телефон. Либуша сняла трубку.
– Ты угадал, именно сегодня у меня нет свободного времени, - сказала она и повесила трубку, равнодушно заметив, что это опять надоедает Вашек.