Шрифт:
Жил когда-то один генерал, прекрасно владевший военным искусством. Он мог одной рукой поднять бронзовый треножник весом в тысячу цзиней.
Грозным был в его руках лук. Если генерал стрелял из лука, то его стрелы настигали летящих птиц. И сколько бы он ни пускал стрел, ни одна не летела впустую.
Враги боялись генерала. Никто не пытался напасть на него. Поэтому-то всемогущего генерала и одолели, вероятно, чванливость и тщеславие.
Был у генерала слуга, который кроме обмана да подхалимства другого дела и не знал. Однажды он, восхваляя генерала, назвал его «первым героем вселенной». А генерал, вне себя от радости, поднял кувшин с вином и осушил, его до дна.
На следующее утро генерал непробудно спал с кувшином в руках. Петух попробовал разбудить его, но генерал не проснулся; во дворе раздался горн, сзывающий солдат на военные занятия, но генерал так и не открыл глаз.
С этих пор генерал стал вести разгульную беспечную жизнь и забросил военное искусство.
Незаметно летели дни за днями, заржавело копье генерала, в колчане поселились мыши, оружие покрылось паутиной.
В один из весенних дней генерал поехал со своим слугой на прогулку. Солнце бросало свои горячие лучи на землю, и все тело генерала размякло.
Когда карета проезжала мимо одной деревни, они увидели крестьянина, поднимавшего каменную штангу.
Генерал, увидев, что вес штанги не больше 10 тысяч цзиней, презрительно усмехнулся. Стремясь показать свою силу, он выбрал каменную штангу весом свыше 20 тысяч цзиней, думая, что без малейшего напряжения тремя пальцами сможет легко поднять эту штангу. И разве мог он подумать, что, даже вложив все силы, покраснев от натуги, он так и не сможет поднять штангу над головой?
Пытаясь восстановить свою репутацию, генерал во чтобы то ни стало хотел посостязаться в стрельбе из лука. Как раз в небе пролетала вереница гусей. Генерал с большим усилием натянул лук и выпустил три стрелы подряд. Стрелы едва-едва поднялись в воздух и стали падать обратно на землю, но в этот момент подлетели гуси, подхватили стрелы и унесли их с собой.
Военное искусство генерала настолько ослабло, что даже он сам боялся поверить этому. Однако такое положение не насторожило его. Генерал по-прежнему вел разгульный образ жизни. В день своего рождения он устроил пир, на котором все приглашенные должны были поздравлять и восхвалять его.
В то время, когда веселье было в полном разгаре, когда лица гостей раскраснелись от сладкого вина, в зал вдруг влетел посыльный и доложил: «Враг наступает, он уже в 50 ли от города!»
Генерал не верил своим ушам. Разве кто-нибудь осмелится напасть на него! Но вот прибежали второй и третий посыльные и доложили:.«Враг уже у самого города!» В это время со всех сторон раздался барабанный бой. Генерал затрясся от страха, глаза его полезли из орбит, язык онемел, слова застряли в горле.
Гости в панике, обгоняя друг друга, бросились к двери, слуга генерала бежал впереди всех.
Генерал поспешно подбежал к своему оружию и только теперь заметил, что копье его покрылось ржавчиной, лук и стрелы погрызли крысы. Куда-то пропали и его солдаты. Генералу пришлось самому точить копье. Только провел он им по точильному камню несколько раз, как послышался треск, и острие копья обломилось.
Враг ворвался в город. Здания запылали в огне пожара, всюду слышались звуки барабанов. Генерал задрожал от страха и что есть мочи закричал: «Люди! На помощь!» Но никто не отзывался, только эхо откликнулось на вопли генерала.
Генерал со всех сторон был окружен врагами. Все пути к бегству были отрезаны. Во дворе, в задней стене, он обнаружил трубу, ход для собак — это была последняя надежда на спасение.
Но только генерал протиснулся в трубу, как был схвачен вражескими солдатами, стоявшими за стеной. Так попал в плен «первый герой вселенной» чванливый генерал. Что с ним было потом, неизвестно. Ясно только одно, что тщеславных людей всегда ожидает неудача и поражение.