Чтение онлайн

В это время подошел Кенет и тотчас же увидел труп.

— Опять таинственный истребитель! — воскликнул он. — Это непонятно, и так бывает всегда, когда он поблизости.

Последнее замечание он произнес шепотом, поглядывая на Авраама Гэмета.

Квакер не отходил от Ника, сидевшего под деревом. Под слушав замечание Кенета, зверолов выхватил топор из-за пояса Гэмета и, показывая его, сказал:

— Посмотрите-ка, друг Айверсон, как эта конфигурация подходит к ране.

Айверсон взял топор и рассматривал его. Светлое лезвие было запачкано кровью, и у топорища еще виднелись кусочки костей.

— Какой огромный топор, — сказал он, — и какую мощную руку надо иметь, чтоб управлять такой махиной!

— Да, и еще какую мощную для того, чтобы так искусно наносить раны и разрубать головы, вот как эту, например, ей-ей! Право слово, и я покорный ваш слуга!

Между тем Айверсон стал на одно колено и, наклонившись над убитым, сравнивал форму раны с формой топора. Повернув его голову, он издал изумленный возглас.

— Что там такое? — спросил Саул.

Айверсон мигом разрезал одежду убитого индейца и обнажил его грудь.

Грудь была белой. Гэмет заметно побледнел.

— Это не краснокожий! — воскликнул Саул.

— Возможно ли? — спросил Гэмет изменившимся голосом.

— Крис Кэрьер, — прошептал Кенет, вздрогнув.

— Крис Кэрьер! — повторил Ник, придвинувшись к трупу. — О! Честное слово, если кто и заслужил такую смерть, так это именно он. Ей-ей! Покорный ваш слуга! А жаль, истинно жаль, что он умер такой смертью, тогда как вполне заслуживал худшей пытки. Впрочем, не мое дело его судить. Если бы Всевышний не был так милосерден к нам, бедным грешникам, то я первый не имел бы права жить на белом свете. Ей-богу так!

— Справедливо сказано! Нам не дано право распределять награды или наказания, которые предназначаются Творцом своим творениям, — сказал глубоко взволнованный квакер.

В это время подошли Стауты, и нежная супруга впала в истерику при виде трупа, но и в порывах горести не забыла налечь всей тяжестью на плечо Голиафа.

— Не могу сказать, чтобы я очень жалел этого молодца. Не он ли был верным сообщником Марка Морау при похищении моей дочери? Понимаете?

Ник печально кивнул головой. Кенет, все время стоявший над трупом, увидел бумагу, торчавшую из кармана плаща мертвеца.

— Что бы это такое было? — сказал он.

— Это почерк Марка Морау, я хорошо его знаю. Понимаете? — сказал Саул, наклонившись и глядя на бумагу.

— Эта ехидна всех нас впутала в дьявольски затруднительное положение, — проворчал Ник, поглаживая голову Напасти.

— Читайте, читайте скорее, Айверсон, что в ней написано? — торопил Саул в лихорадочном нетерпении.

Среди мрачного молчания раздавался голос Кенета:

«Крис Кэрьер, черт тебя побери! Ты вечно делаешь дело наполовину; по твоей неслыханной глупости Волк не утонул, он убежал в свое племя и теперь готовит нам скверную шутку на свой лад. Как ему удалось спастись? Это лучше знать тебе, чем мне. Не было ли у него в кармане ножа, которым он успел перерезать веревку, привязывавшую камень к его шее? Но руки у него были крепко связаны сзади… Это очень странно, но я непременно выясню, как это случилось.

Во всяком случае, поторопись присоединиться к Джону Бранду и другим. Прикажи им повернуть на другую дорогу; они должны проводить молодую девушку в другое место. Понимаешь? Волк спешит по ее следам с шайкой проклятых черноногих. Переправьтесь с Брандом через Саскачеван и спрячьте девушку поблизости от того берега реки. Это разумный план. Я присоединюсь к вам по возможности скоро, боюсь, что фортуна отвернулась от меня. Что ни день, то хуже. Но если ты сумеешь добиться цели, то я щедро вознагражу тебя. Ты знаешь, что за деньгами я не стою и что я никогда не забывал моих верных слуг. Все, что я давал тебе прежде, служит только задатком того, что дам, когда успех увенчает наше предприятие.

Я заручился помощью некоторых индейцев, чтобы следить за гнусным молокососом Айверсоном. Скоро он попадется в наши сети. О Сауле Вандере я и сам позабочусь; его не надо бояться. Но остерегайся зубов Волка. Если же тебе представится случай влепить пулю в голову тупоумного квакера-великана или дать ему попробовать стального бальзама, не задумывайся — действуй! А в Селькирке мне сказали, что Ник Уинфлз еще дышит, но, вероятно, это пустые сплетни. Я не хочу им верить. Рыбы угощались им и теперь протестуют против этих слухов. Словом, исполняй мои инструкции: счастье в твоих руках, помни».

— Остановитесь! — вскрикнул Ник. — Я не желаю дальше слушать. Как! Рыбы, последние твари вселенной, угощались Ником Уинфлзом? О, болван из болванов! Попадись только ты мне в руки, узнал бы, могут ли рыбы угощаться Ником Уинфлзом, дядя которого исходил пешком всю Центральную Африку вдоль и поперек! Ей-же-ей, право слово, я ваш слуга!

Он остановился, перевел дух, поцеловал Напасть и сказал коротко:

— Ну, продолжайте же, капитан.

— Я прочел все, — отвечал Кенет.

— Да и этого достаточно, истинно говорю вам, — проворчал Гэмет.

— Верно сказано, ей-же-ей! Покорный ваш слуга! — подтвердил Ник, гладя голову Напасти.

Благородное животное смотрело на него с любовью и благоговением, как на явное воплощение высшего существа.

— Что теперь делать? — спросил Кенет, проводя рукой по лбу.

— Что делать? — вторил ему Вандер.

— Но прежде всего хотелось бы окончательно выяснить, кто этот таинственный истребитель, который…

Ник не закончил — ружейный выстрел прервал его фразу.

Слева от знакомой нам группы, в чаще деревьев и кустарников просвечивала прогалина. Сквозь эту прогалину видна была долина Саскачевана, струившегося по извилистому руслу.

С той стороны и донесся выстрел. Все взгляды мгновенно обратились к реке. В первую минуту ничего нельзя было увидеть, но вскоре вдали показались три всадника. Они неслись во весь опор. Никто не спускал с них глаз, но минуты через две показалось еще пять-шесть человек, преследовавших беглецов.