Часы

– Я смотрю на часы… нет, не так. Смотрю на Часы.

Саша запнулся, осознав, как глупо это прозвучало на записи. Закрыл глаза и стиснул зубы, невольно разозлившись.

«Лажаешь даже в такой момент!»

– Часы – с большой буквы, если вы понимаете… они отсчитывают время, которое мне осталось. Нам. Всем людям. На них пятьдесят секунд, уже сорок девять…

«На кой черт я вообще трачу время?!»

Умолкнув, Саша уставился на дисплей телефона, одновременно стараясь не упускать из виду циферблат часов.

– Я не знаю, что будет дальше! И вообще будет ли хоть что-нибудь! Если что, знайте – я пытался!

Юноша выключил диктофон и спрятал мобильник в карман. Запрокинул голову в тщетной попытке найти солнце. Небо стянули тучи, над головой косяком пролетели птицы – чересчур рано для зимовки.

«Как будто о чем-то догадываются и бегут…»

Свежий ветерок мягко прикоснулся к щеке. Возможно, в последний раз.

На другом конце города бушевал ливень. Даже отсюда виднелись вспышки молний, кроящие темное небо. Мир перед Сашей словно поделили надвое. И одна половина будто умирала на глазах, уступая очередь следующей.

Голос напомнил о себе властным рокотом:

«Ты так и не осознал глупость своих стараний?!»

Мысленно выругавшись, подросток, в который уже раз, попробовал сорвать часы с запястья. Конечно же, не вышло. Браслет сидел так, будто сам Дьявол вцепился в застежку мертвой хваткой, и, положа руку на сердце, Саша готов был принять это за истину.

Время утекало, прохладный ветер приятно обдувал лицо. Но он был предвестником страшной бури, и юноша это знал.

«Ты ведь знаешь, что произойдет! – проклятый голос мешал собраться с мыслями. – Зачем сопротивляться неизбежности?! Ты же не можешь не верить!»

– Не могу, да. Давно уже верю, – согласился Саша.

Он стоял, прислонившись поясницей к краю витиеватого стального ограждения, оберегающего реку от желающих прыгнуть. Люди поспешно покидали набережную, поглядывая на тучи. Юноша даже не думал двигаться – ливень уж точно не являлся проблемой. Его уши уловили нарастающий гул позади. Кто-то закричал, и десятки людей запрокинули головы к небу. Не прошло и пяти секунд, как все они бросились врассыпную.

«Ну и что теперь, человек?! Ты ведь даже не попытался!»

Длинная фраза пронеслась в сознании подростка за мгновение. Он бросил короткий взгляд на дисплей и увидел три нуля и всего одну пятерку. Саша искренне боялся задуманного, но, как и любой утопающий, попытался схватиться за соломинку.

Откидной нож идеально лег в ладонь, и юноша замахнулся.

Две секунды на циферблате – целая громада времени. Поэтому он успел вспомнить все.

Ливень шел стеной. Плотность водного потока не позволяла Сергею видеть дальше, чем на десяток метров впереди. Ничего страшного – он прекрасно знал – смотреть там не на что.

Прическа-площадка огромных размеров, которую парень подсмотрел в старой видеоигре и тщательнейшим образом отращивал четыре года, свалялась и облепила голову. Сейчас он не походил на бойца с экрана – максимум на престарелого хиппи. Сергей был высок ростом – не дотянул до двух метров единственный жалкий сантиметр. Широкие плечи, плотный каркас мускулов – неизбежные отголоски спортивного режима, которому он посвятил четырнадцать лет. Начал в девять, когда подсмотрел в кино красивые драки и принялся размахивать ногами, красуясь на детской площадке, а потом как-то совершенно неожиданно для себя втянулся с головой на все оставшиеся до двадцати трех лет годы.

Не имея ни малейшего желания связываться с высшим образованием, по окончании школы парень отслужил в морской пехоте, где, опять же, по большей части тренировался и выступал за вооруженные силы. Демобилизовавшись, получил предложение подписать контракт с местечковой лигой смешанных единоборств. Определенно – это был замечательный трамплин к одной из главных целей его жизни.

Был.

Отвратительное слово, если понимать, что теперь все эти цели…

«Да хватит уже!» – опустошенно подумал Сергей.

Перед страхом смерти любой человек смотрел на последние дни под другим углом, в надежде отыскать ошибки, без которых мог обойтись. Корить себя – в человеческой природе, люди редко принимают кончину с гордо поднятой головой. В большинстве своем их пожирает ненависть и обиды на большинство принятых решений и совершенных поступков.

Сергей думал, что он избежит подобного. Сейчас же вышло так, что он ничем не уступал серой массе. Разве что питал надежду повлиять на неизбежное.

«Думаешь, получится?»

В бьющем в разгар лета ливне не было и намека на тепло, парень плохо чувствовал пальцы ног. Те словно окаменели, как и туго стянутая медицинским жгутом рука – его последний шанс побороться за жалкое существование.

– И наплевать, – сказал Сергей, хотя голос услышал бы и мысли.

Парень устроился на рваной покрышке, спиной прислонившись к проржавевшей рабице. Когда-то позади стоял мясокомбинат. Сейчас – заброшенное здание и такой же пустырь на окраине города.

Удобно для того, кто находится в розыске.

Окажись здесь случайный человек – наверняка удивился бы солнечным очкам на глазах Сергея – обычно бесполезным в пасмурный и дождливый день – но на то имелись свои причины.

«Как же болит рука!»

Сосредоточиться на происходящем было непросто. Внутри запястья как будто работала дрель, всверливаясь все глубже с каждой секундой. Сергей поднес к глазам левую руку и брезгливо поморщился.

Яркие цифры сияли сквозь кожу алым заревом. Минуты его жизни, скорее всего – последние. Насыщенный оттенок цифр соответствовал всем общепринятым канонам об адском пламени.