Чтение онлайн

— Ваше сиятельство, я даю весьма подробные лекции и разжёвываю буквально весь предмет от и до. Какие из них будут герои, коли они не способны будут уразуметь столь элементарные и разжёванные вещи?

— Столь элементарные вещи? И с каких пор магия считается таковой? Или вы уже забыли, как три четверти столетия назад сами осваивали магическую науку? Напомню вам, уважаемый, — последнее слово Джоан особенно твёрдо произнёс, жёстко глядя в глаза своему коллеге, — вы, как и все студенты академии, изучали её сначала дома, а затем ещё и здесь отучились пять лет, достигнув при этом уровня мага! Вам не кажется, что вы слишком многого желаете от людей, большая часть которых не сталкивалась с магией ранее?

— Нет, ваше сиятельство, я так не считаю, — стараясь сохранить твёрдость голоса, ответил профессор. Хотя давалось это ему тяжело. Но он нашёл силы и продолжил, — они будущие герои и обязаны легко осваивать магию и внутреннюю энергию!

— Надо же какое упорство. Я так понимаю, что и в подземелье вы их отправили без должного обмундирования по схожим причинам. Я прав?

— Не совсем ваше сиятельство. Они сами не озаботились тем, что им необходимы доспехи и оружие для прохождения подземелья. И знаете, только за это им положено снизить бал!

Как не странно, но по хамски наглый ответ Менджера ни чуть не удивил Джоана. Собственно, примерно этого он и ожидал, хотя и рассчитывал, что лицо профессора будет попроще. Слишком уж нагло он смотрел на него. Ему правда было невдомёк, сколь тяжело его подчинённому даётся это, но даже если бы он это знал, то лишь пожал плечами.

Ректор глубоко вздохнул и, стараясь говорить спокойно, спросил, — то есть, получается, это своего рода урок?

— Да ваше сиятельство, — даже глазом не моргнув, ответил профессор.

— Просто великолепно, ваше сиятельство! Такого урока они видимо никогда не забудут! Империя, призвавшая их, намекает, что они должны сами позаботиться о себе! — Слова ректора прозвучали с нескрываемым сарказмом, на что не преминул ответить Менджер:

— Не пойму, чем вы так недовольны? Это будущие герои и дворяне нашей страны, они обязаны предвидеть подобные вещи!

— Ваша светлость, вы видимо не совсем понимаете, чего сегодня чудом избежали! Если бы хоть один из призванных покалечился или погиб, то вас уже завтра отправили бы на плаху, а мне бы пришлось отчитываться за ваши деяния перед его императорским величеством Аманом Хэльсом! — Несмотря на резкую и немного грубую речь, ректор всё ещё оставался спокоен, хотя некоторое раздражение бурлило в глубине его души.

— При всём уважении, ваше сиятельство, но нет такого закона, по которому меня могли бы привлечь за подобное происшествие! — Менджер говорил не голословно. Всё же он не был дураком и предварительно проштудировал законы империи от и до, и собственно говоря, до определённой степени был прав.

— Глупец, — со вздохом подумал Джоан, понимая, за что цепляется его коллега. Но у него не было желания объяснять профессору, в чём тот ошибается, он, мысленно махнув рукой, произнёс. — Что ж, и последний вопрос, с каких это пор, добыча в подземельях передаётся академии или империи?

Атмосфера в кабинете откровенно потяжелела, Менджеру не то, что говорить, ему уже и сидеть было тяжело. Но собрав все свои силы он всё же дал ответ, — как я слышал, данный закон ближайшее время вступит в силу.

— Ммм, вы видимо о поправке сорок пять в закон о праве собственности на трофеи и добычу из подземелий.

— Д-да, — еле выдавил из себя профессор. Он хорошо знал этот закон и даже был знаком с некоторыми из тех, кто проталкивает его. От чего был уверен, что его примут, всё же его поддерживало не менее третьи аристократов страны, среди которых было весьма много сиятельных особ, не обделённых властью.

— Начну с того, что закон всё ещё не принят и даже более того, он не дошёл до его величественного взора императора Амана Хэльса. — Произнося всё это, Джоан был абсолютно спокоен, но напряжение в комнате лишь нарастало. Чужеродная магическая энергия буквально давила на Менджера, который и припомнить не мог, когда бы сталкивался с ректором в столь дурном настроении. — И скажу даже больше, этот закон вряд ли когда-нибудь будет принят, — продолжил князь, подумав, — по крайней мере, пока мой род в силе, это никогда не произойдёт!

В кабинете воцарилась тишина. Менджер откровенно не мог даже слова вымолвить, он то и дышал с трудом. В тоже время ректор, внимательно глядя на профессора, недовольно размышлял. Мыслей в его голове была тьма. Но в основном они крутились вокруг текущей политической ситуации, которая не могла не беспокоить его. Собственно говоря, два последних происшествия, которые застигли его как гром среди ясного неба, как раз и произошли из-за неё.

— Интересно, сколько же им заплатили, что они пошли на столь глупый и гнусный поступок? — Подумал ректор, покосившись на съёжившегося подчинённого, вся бравада которого уже давно улетучилась в никуда. Будь его воля, и он на месте прибил бы его, но будучи князем, а по совместительству ректором Вилиатарской академии героев, он не мог себе позволить такой роскоши. Хотя и понимал, что решить всё силой будет куда быстрей и проще.

— Что ж ваше сиятельство Менджер Клавдис, не вижу смысла вас больше задерживать. Можете идти и собирать свои вещи. Вы более не работаете в этой академии. — Глядя на, и без того бледное лицо профессора, Джоан продолжил, — также я не могу оставить ваш поступок без внимания и доложу о нём в Вилиатарскую полицейскую канцелярию, а также напишу письмо вашему отцу, который имеет право знать, чем занимается наследник его рода. На сим, порошу покинуть мой кабинет!

Первое число четвёртой декады лета началось весьма обыденно и не предвещало особых изменений. После завтрака, группа, как и обычно, направилась на занятие к Менджеру Клавдису, но придя в кабинет, всех ждал весьма интересный сюрприз.

— Что встали!? Заходите уже! — Произнёс огромный на вид, черноволосый мужчина. Одет он был в просторную рубаху и штаны, отличные от принятых в академии, как у преподавателей, так и у студентов. Из-за этого он больше походил на прохожего с улицы, а единственное, что его всё же причисляло к числу первых, так это бейджик, на его груди. Подобные носили Аврус и Менджер, но в отличии от этого бугая, а по другому его никто не мог воспринимать, он видимо игнорировал принятую в академии форму одежды.